А если это любовь?

ГЛАВА 18. Милена

Все разворачивается так стремительно, что я даже толком разглядеть бедолагу не успеваю, на которого бросается Максимов. Парень тоже далеко не низкого роста, и, вцепившись в грудки Демида, оба повалились на асфальт. Кругом все кричат, свистят, даже ставки ставить начинают. От ужаса меня всю начинает потряхивать. Я не понимаю, что мне делать.

Демид каким-то образом сумел перекатиться и сесть сверху на молодого человека: раз удар, два удар… кровь хлынула из носа.

– Прекратите! – не своим голос кричу, расталкивая толпу, которая кругом обнесла импровизированную арену.

Гогочут, с ума сходят – не иначе. Девчонки и парни меня игнорируют, но мне удается протиснуться между одной парой. И что я вижу: Максимов озверел, а парень под ним уже практически без сознания. А дружки, с которыми он приехал, стоят и семечку жуют. Что это за друзья такие?

– Что вы стоите, как истуканы? – я практически срываю голос до хрипа, но ребята смотрят шоу. Им нет дела до меня.

– Остынь, цыпочка, у ребят одно дельце незавершенное. Пусть насладятся вечером, ну что ты в самом деле? – кто-то плюет в мой адрес с не пренебрежением. Я ищу этого гада среди кучки парней, но все сливается – все их лица.

– Да она не из наших, Краш, – Лиза обнимает молодого человека, явно старше нее самой раза в два. Потом моя одноклассница смотрит пристально мне в глаза и переводит взгляд на Демида. Ехидно ухмыляется, но льнёт к Крашу, а тому нет дела до Лизки. Для меня она становится с каждым днем жальче.

– Что вы за люди такие? Они поубивают друг друга!

В ответ я слышу лишь смех и желание посмотреть на это кровавое побоище. Я никогда не была трусихой: в огонь или в воду, куда угодно, если средства оправдывают достижения цели. Но только не тут: Максимов одержим местью, а тот парень… судя по всему, здорово накосячил. И если никто не остановит, то для самого Демида все окажется плохо – ему сейчас совершенно не нужны проблемы, все-таки выпускной класс и ему дали шанс спокойно закончить учебный курс для дальнейшего поступления в университет.

Решение приходит само собой: я кидаюсь на Демида и висну у него на шее со спины. Он не сразу соображает, что это я – его Милена, а хватает меня за руку и перекидывает через себя. Я ударяюсь спиной об асфальт и едва остаюсь в сознании. Боль пронзила мою грудную клетку, а перед глазами посыпались звездочки. Шум толпы вдруг стихает, или я оглохла – не знаю, но перед взором появляется обеспокоенное лицо Демида, и он склоняется надо мной. Я ощущаю его теплые ладошки на своих щеках.

– Что ж ты полезла, – он не ругается, но притягивает меня к себе.

Мой взгляд сфокусировался, и я обратила внимание на его лицо, нос и губы. Словно их я не видела никогда. Тянусь к его щеке, попутно смахиваю капельку крови. Его? Или того парня? Я медленно поворачиваю голову по направлению к бедолаге, которому по-крупному досталось, но никого не обнаруживаю. Хмурюсь. И только потом легкое мельтешение перед глазами проявляется в образе того приезжего. Тыльной стороной ладони он смахивает с лица кровь, тяжело дышит, но больше не предпринимает попытки напасть со спины на Демида.

– Милен, ты меня слышишь? – обеспокоенно спрашивает Максимов, прикасаясь огненными губами к моему лбу. Я киваю, затем пытаюсь подняться на ноги. – Зачем ты полезла в драку? – в его тоне прослеживается гнев. Помогая мне отряхнуться, Демид все еще отчитывает меня, а я замечаю, что толпа уже разошлась. Шоу закончилось – ничья? Или я помешала Максимову выиграть?

– Никто вас не хотел разнимать, – боже, как больно говорить. Как будто я не просто упала, сделав кувырок вперед, а по мне еще катком прошлись для большего эффекта. Я закашлялась, но Демид меня не выпускал из своих объятий.

– Прости, я был не в себе, – он переживает за свой резкий выпад.

– Сама виновата, нужно было подойти спереди. Я просто не знала, что делать, – тихо отвечаю, и вдыхаю мускусный аромат парфюма, смешанного с его собственным запахом вспотевшего тела.

– Не нужно было вообще подходить, мышка. Я мог и ударить, – Демид ослабляет объятия и немного отстраняется. – Запомни, Милен: два дерущихся молодых человека равно опасности для такой хрупкой девушки, как ты.

– Не надо меня принижать, Демид, – с обидой выдаю, все еще чувствуя боль. Кажется, мне придется посетить врача, но тогда я подставлю Максимова. Эту мысль я сразу отметаю. Парень хмурится, сцепив руки на груди в замок. – Что? – не выдерживаю его пристального взгляда.

– Я хоть раз принизил тебя, мышка? Назови хотя бы один случай, – Демид вскипает.

– Прямо сейчас! – восклицаю я, а Максимов закатывает глаза.

– Всё правильно, Милен! Иначе ты могла пострадать, а я не хочу, чтобы с тобой что-либо случилось. Тем более по моей вине, – обреченно выдыхая, Демид снова обнимает меня. что-то он зачастил с объятиями, но мне так комфортно чувствовать себя защищенной им. – Обещай мне…

Я напрягаюсь, потому что терпеть не могу давать обещания, которые я по любому нарушу.

– Милена, посмотри на меня, – приказывает он, заставив меня поднять лицо и взглянуть в его карие глаза, в которых бликует фонарный желтый свет. – Пообещай, что ты не будешь лезть на рожон и тем более к дерущимся мужланам.

– Ты не мужлан, – фыркаю я, Демид едва прячет довольную ухмылку. Глубоко вбирает в легкие воздух, словно готовится к сокрушительной речи.

– Ладно, мышка. Сегодня с тебя достаточно. Поехали домой, уже почти три утра, – Демид констатирует факт, указывая на наручные часы.

Мне становится не по себе, ведь столько вопросов роется в голове, и я хочу их задать. Уводя меня подальше от тусовки, я встречаюсь взглядом с тем парнем. Он уже остановил кровотечение из носа, но его потухшие глаза говорят сами за себя – он тоже не рад этой встречи.

– Демид, кто он? – тихо спрашиваю я, кивая на толпу ребят. Усадив меня на мотоцикл, Максимов надевает шлем сначала мне на голову, а потом себе. Снова игнорирует. Я перехватываю его кисти рук и останавливаю, глядя пристально в глаза. – Скажи мне, кто он. Мне кажется, я заслуживаю знать, что между вами происходит.

Мимо нас как раз проходил Артём, и, услышав часть моего вопроса, он не удосужился промолчать, а ответил вместо Демида:

– Это Григорий – лучший друг нашего бунтаря и дебошира, – организатор рассмеялся, и только потом, увидев на наших лицах, скрытых в шлемах, абсолютное ничего, поспешил ретироваться.

Заведя мотор, Демид рвет колеса от асфальта, а затем гонит вперед. Думаю, сегодня для меня приключений вполне достаточно, но на мои вопросы я все же выбью ответы, но немного позже.