Страница 26 из 80
— Вовремя подсказал. Мы как-то все больше об исследовании и строительстве думали. Сейчас позвоню Терехину, пусть ученые подумают, что нам с собой брать. Климат они знают, образцы почв в районе выхода у них есть, пускай прикидывают, что там расти лучше будет. Но брать надо все равно побольше и поразнообразней.
Я достал телефон и набрал Сергеича. Объяснив ему предложение отца, добавил:
— Видишь, ты говорил никому не рассказывать, а хорошие идеи могут прийти и со стороны.
— Я не так говорил, если помнишь, ты сам решаешь, но и сам отвечаешь. Согласен, здесь ты не зря, так сказать, рассекретился. В общем, я все понял, сейчас, за ужином озадачу наших яйцеголовых. Вы как? Нормально отдыхается? Обратно когда собираетесь?
— Двенадцатого утром выезжаем, и к пятнадцатому будем на базе, если никакого форс-мажора не случится, мы теперь в четыре руки, так что без остановок пойдем. Ну а если что случится, сразу отзвонимся. И вообще дорога штука такая, что заранее загадывать ничего не стоит. По дороге еще Кузнецова заберем, я ему уже сообщил, так что будет готов. В общем, жди.
— Хорошо, жду. Серебряков уже здесь, остальные тоже на днях будут. Мужики твои чиндатские уже вовсю работают, втянулись. Нормальные парни. Так что когда приедешь, вся команда будет в сборе.
— Добро. Как буду выезжать, еще позвоню. До связи.
— Пока.
— Ну вот, — обратился я к отцу, — все решается быстро. Как приедем, уже все приготовят. Может еще что подскажешь? Буду только благодарен. Подумай, пока мы здесь.
— Думать — не камни таскать, если что в голову придет, обязательно сообщу.
В это время подъехал Виктор на своем «Сафари», и мы «прекратили дозволенные речи». Он подошел, поздоровался с родителями, присел, поглядывая на стоящую в конце двора махину «Тигра». Из вежливости Витя минут десять поговорил, рассказывая последние новости и, не удержавшись дольше, повернулся ко мне:
— Ну, давай, показывай своего зверя.
А машина действительно выглядела грозным хищником. Раскрашенная в темный камуфляж, с небольшими лобовыми стеклами, агрессивного вида мордой, высоко поднятая, она и напоминала своей внешностью животное, давшее ей свое имя.
— Пошли, — я отключил сигнализацию, разблокировал замки и открыл все двери. Гость обошел машину вокруг, заглянул под днище, и только после этого залез внутрь. Вот тут и посыпались вопросы, я только успевал рассказывать ТТХ*, объяснять, что и как переделано, чем отличается от чисто армейского варианта, как ведет себя на трассе и по бездорожью. Допрос длился почти полчаса, у меня аж во рту пересохло. Но Виктор был удовлетворен моими объяснениями:
— Да, отличная машина, и кушает немного при такой массе, и скорость приличная, и комфорта достаточно.
— Ну, комфорт с завода такой не делают, это поздняя переделка.
— И сколько такая красота стоит?
— Три — пять миллионов, точнее не скажу.
— Квартиру в Благовещенске купить можно.
— Можно, но это служебная машина, хотя планируем себе взять такую же через год. После командировки.
— И что за такая командировка может быть у военных, что бы за год столько заработать?
— Ну, это, скажем так, закрытая информация. Но бывают такие. Ладно, вроде все рассказал, показал, пошли теперь кофе пить.
12. В обратный путь. 11.06–13.06.2016(понедельник). Екатеринославка — Тарбагатай
Следующие два дня мы никуда не ходили, помогали моим родителям. Пололи огород, красили забор, еще кое-что по мелочи. Но все хорошее когда-нибудь кончается, вот и нам пришла пора отправляться в дорогу. Собираться нам было нечего, все лежало в машине, продуктов было столько, что еще раз можно было проехать Россию из конца в конец. Но родители просто так не могли отпустить, и в машину лег пакет с салом соленым с чесноком, такой же с копченым. Еще пара банок варенья, соленые огурцы и помидоры, и в довершение всего огромный пакет с домашними булочками. Я еще прошелся по огороду и нарвал свежей зелени, надергал редиски. В общем, продуктами нас обеспечили надолго. Взамен я оставил десяток армейских пайков, отцу пригодятся на рыбалку ездить. Когда собрались, было уже около семнадцати часов. Мне не хотелось разводить долгие проводы, и мы с Сашкой сказали, что пора ехать. Мама стала уговаривать еще перекусить, но мы стойко отказались, мотивируя тем, что только пару часов назад обедали, а через час уже будем в Белогорске. Выехали за ворота и вышли прощаться, тут мне в голову пришла мысль, и я спросил отца:
— У тебя рубль есть?
— Есть, — недоуменно посмотрел он на меня, и достал из кармана монетку.
— Тогда держи, — я достал из машины хороший охотничий нож, который купил еще с полгода назад, но так ни разу и не использовал. Отец попытался отказываться, но я впихнул ножны с клинком ему в руки:
— Бери, не думай. У нас не хуже, армия обеспечивает, — и достал из бардачка НРС-2, — ну а теперь давайте прощаться.
Начались последние наставления, советы, без которых невозможно уехать от родителей. Но в конце концов все закончилось, обнялись с матерью, пожали руку отцу и, посигналив на прощание, тронулись в путь.
К семи мы уже были в Белогорске. Успели как раз к ужину, Лена с мамой расстарались, и уже через час мы с трудом поднялись из-за стола. Пока набивали желудки, у меня появилась идея выехать в ночь, квартира у тестя с тещей была маленькая, двухкомнатная, и тесниться, чтобы поспать не хотелось. Когда вышли с Сашкой на балкон покурить, я позвал туда же жену, и высказал свое предложение.
— Да я и сама об этом думала, — согласилась супруга, — во-первых, что тесниться, а во-вторых какой смысл терять полсуток, да и прощание утром затянется, а так выедем часов в одиннадцать, и утром уже в Забайкалье будем. Только сейчас как скажем, слезы начнутся, уговоры до утра подождать.
— Ничего, прорвемся. Иди первая говори, а я покурю и зайду помогать.
— Давай, — согласилась Лена.
Я раскурил потухшую трубку и стал прислушиваться к звукам из комнаты. Особого шума не было, но через пять минут, когда мы зашли, по лицам дедушки с бабушкой было видно, что они не очень довольны.
— Лен, давай мы в магазин сбегаем, возьмем пару куриц, и в духовке зажарим. Как раз хватит на первый день.
— Сходите, заодно свежего хлеба и сока возьмите.
Через полчаса началась предотъездная суета — засунули запекаться кур, сварили и залили в термос кофе, после этого снова сели за стол.
— Кто первый за рулем? — спросил я брата.
— Могу я, только покажешь, как из города выезжать.
— Навигатор вывезет. Значит, ты не пьешь, а мы немножко сбрызнем дорожку.
Сбегал в машину за коньяком, налили за расставание, правда, выпили чисто символически, дорога впереди дальняя, не стоит с судьбой играть. Видно было, что Сашке тоже хотелось выпить, но желание сесть за руль пересилило. Похоже, с этим проблем быть не должно. И до этого пьянствовал он от безделья и скуки. После отъезда из Большого Камня он пил не больше других и ни разу не предложил добавить. Пока приготовились куры, пока все уложили, потом решили еще и ополоснуться перед отъездом, время подошло к одиннадцати. Пора было выезжать. Проводы не затянулись, Ленины родители не стали спускаться к машине, и попрощавшись в коридоре, обнявшись и пожав руку деду, мы спустились вниз. Сели покурить перед дорожкой и я, вспомнив, позвонил сначала Терехину, доложил что выезжаем, а потом Кузнецову в Тарбагатай, сообщил, чтобы готовился, через сутки, или чуть больше, будем у него. Брат сел за руль, а я в салон.