Страница 157 из 168
508
Гастролатры – подданные мессира Гастера (желудка), у которых «была одна забота: как бы это не похудеть и не обидеть чрево» (Рабле. Гаргантюа и Пантагрюэль, IV, 58).
509
Шеве – владелица продуктовой лавки в Пале-Руаяле, чьим преданным клиентом был Брийа-Саварен; по его словам, к госпоже Шеве доставлялись продукты со всех концов света, удовлетворявшие требованиям капризнейшего из чревоугодников (см. в его «Физиологии вкуса» раздел «Смесь», XXVI). В именовании витрины продуктовой лавки библиотекой можно увидеть намек на другого «гастрономического» писателя, Гримо де Ла Реньера (также большого поклонника товаров из лавки Шеве). На фронтисписе первого тома его «Альманаха Гурманов» (1803) изображен книжный шкаф, где место книг занимают съестные припасы и бутылки; подпись под гравюрой гласит: «Библиотека Гурмана XIX столетия».
510
Страсбургским пирогом назывался паштет из гусиной печенки с трюфелями, запеченный в тесте.
511
Отей – в первой половине XIX века деревня близ Парижа, в окрестностях Булонского леса; с 1860 года в черте города. Гораций и Тибулл упомянуты как два поэта, восхвалявшие прелести сельской жизни.
512
Конгрегация – религиозная ассоциация, в которую входили высокопоставленные люди ультрароялистских убеждений и которой либералы в 1820-е годы приписывали (сильно сгущая краски) огромное могущество. Членов Конгрегации считали даже тайным правительством Франции.
513
Эти слова, отражающие суть его политики (ср. примеч. 233), Людовик XVIII произнес в тронной речи 29 ноября 1819 года.
514
Названия почерпнуты из эротического глоссария Франсуа де Л’Оне (см. примеч. 179).
515
Ср. в «Максимах и мыслях» Шамфора: «Мне случалось видеть человека, порвавшего с оперными танцовщицами, оттого что они оказались не менее лживы, чем порядочные женщины» (Chamfort. T. 1. P. 415).
516
Это кафе на бульваре Итальянцев принадлежало к числу самых модных парижских заведений; днем здесь подавали плотные завтраки, а по вечерам – прохладительные напитки и первоклассное мороженое.
517
Жан-Батист Виллель (1773–1854) в 1822–1827 годах был главой правительства и министром финансов; выпускавшиеся по его инициативе облигации государственных займов давали частным лицам возможность играть на бирже с большей или меньшей выгодой.
518
Звание пэра в эпоху Реставрации передавалось по наследству; по-видимому, Бальзак хотел сказать, что, хотя пэр и обзавелся наследником, наследник этот, увы, не связан с ним кровными узами.
519
Австрийский фельдмаршал Шарль-Жозеф, принц де Линь (1735–1814) был знаменит как любовными похождениями, так и блестящим остроумием. В бальзаковском оригинале употреблено слово cocu – рогоносец, которое считалось неупотребительным в хорошем обществе, однако сам принц де Линь употреблял его не только устно, но и письменно; в частности, одну из своих зарисовок он так и назвал «Les cocus», причем издатель счел своим долгом специально подчеркнуть, что, к ужасу элегантных господ, князь выразился именно так (см.: Ligne Ch. – J. de. Œuvres choisies, littéraires, historiques et militaires. Paris, 1809. T. 2. P. 105). В 1831 году роман под названием «Le cocu» выпустил Поль де Кок, и по позднейшему свидетельству язвительного современника, целомудренные кухарки и приказчики, не в силах произнести крамольное слово, спрашивали у книгопродавцев или в кабинетах для чтения «последнего Поля де Кока», и по этой причине в течение двух недель слова «последний Поль де Кок» означали попросту «рогоносец» (см.: Gautier T. Les Jeunes France. Amsterdam, 1866. P. 151).
520
Бальзаковский курсив объясняется тем, что в 1820-е годы использование слов «комфорт» и «комфортабельный» для обозначения удобных и приятных условий жизни воспринималось французами как английское заимствование; до этого во французском языке слово confort имело другой смысл – помощь, поддержка. Бальзак продолжал выделять это слово и позже; героиня романа «Старая дева» (1836) размышляет о нем: «Не состоит ли это слово из нескольких слов? Ну-ка смелее, возможно, это русское слово, откуда же мне его знать?» (Бальзак/15. Т. 5. С. 167); курсивом выделено слово «комфортабельно» и в рассказе Бальзака «Любовные приключения двух животных», вошедшем в состав сборника «Сцены частной и общественной жизни животных» (1842).
521
Парадоксальная формулировка, заимствованная из «Дон Жуана» (1, 160), где о доне Альфонсо говорится: «В проступке был он твердо убежден / И ожидал довольно терпеливо, / Когда он будет вскрыт и подтвержден. / Давно он знал, что искренне правдивы / Лишь наши лжесвидетели, когда / Владеют ими страх или нужда» (пер. Т. Гнедич).
522
Бальзак цитирует литературную новинку – роман Анри де Латуша «Фраголетта: Неаполь и Париж в 1799 году», вышедший в июне 1829 года (Latouche H. de. Fragoletta: Naples et Paris en 1799. Paris, 1829. T. 1. P. 298). О Латуше см. примеч. 340.
523
«Голубиные крылья» – название прически, которая была модной в середине XVIII века: на висках локоны, а сзади волосы стянуты лентой.
524
В Древнем Риме в имперский период разводы были очень часты, причем инициатива могла исходить и от женщин, но чаще исходила от мужчин, причем одной (хотя и далеко не единственной) из причин развода была неверность супруги.
525
Нынешняя площадь Согласия с 1826-го по 1830 год официально носила имя короля Людовика XVI, поскольку этот король в 1793 году был на этой площади казнен; особняком Королевской кладовой называлось здание, выходящее на площадь со стороны, противоположной Сене; в конце 1820-х годов в нем располагалась уже не Кладовая, а Морское министерство, но по традиции за ним сохранялось старое название.
526
Описка Бальзака; между двадцатью и пятьюдесятью годами проходит, разумеется, не два, а три десятка лет.
527
Такова была максимальная сумма, которую платили человеку, который шел в армию вместо другого, вытянувшего жребий (ср. примеч. 411).
528
То есть ради знака ордена Почетного легиона.
529
Можно предположить, что с этим тезисом об отсутствии в современной жизни мужчин, способных принести жизнь в жертву женщине, полемизировал Пушкин в отрывке 1835 года «Мы проводили вечер на даче…», где персонажи обсуждают «условие Клеопатры», предлагавшей поклонникам купить ночь с нею ценою своей жизни, и герой, Алексей Иваныч, говорит: «Да и самое условие неужели так тяжело? Разве жизнь уж такое сокровище, что ее ценою жаль и счастия купить? ‹…› И я стану трусить, когда дело идет о моем блаженстве? Что жизнь, если она отравлена унынием, пустыми желаниями!» (Пушкин. Т. 8. Кн. 1. С. 424). О других возможных бальзаковских аллюзиях в этом отрывке: Мильчина В. А. Россия и Франция. Дипломаты. Литераторы. Шпионы. СПб., 2006. С. 435–440.