Страница 7 из 38
Колчин первым делом отправился посмотреть на лёгкий крейсер, прихватив по пути своего начальника штаба капитана 3-го ранга Симонова Евгения Максимовича. Выдернув того с японских эсминцев.
- Евгений Максимович, с эсминцами мы будем разбираться завтра, - произнёс Колчин, обращаясь к своему начальнику штаба, - давайте сначала осмотрим японский лёгкий крейсер, может быть он пойдёт на роль флагмана лёгких сил флота?
Пока они дошли до крейсера, Колчин коротко, рассказал о своём назначении «Командующего лёгкими силами» флота, своих прогнозах на назначение командиров эсминцев и командира лёгкого крейсера, все названные кандидатуры Симонов знал и со своей стороны одобрил.
-Старший лейтенант Богданов, командир сторожевого корабля «Смерч» будет идеальным командиром для лёгкого крейсера, - согласился Симонов со своим командиром,- нам очень повезёт, если его кандидатуру утвердит Военный совет флота.
Японский лёгкий крейсер имел длину около 160 метров, ширину более 14 метров, осадку чуть меньше 5 метров, водоизмещение более 7000 тонн (навскидку определил Симонов), основное артиллерийское вооружение состояло из семи орудий 140-мм, с длиной ствола в 50 калибров. Зенитная артиллерия была представлена десятью спаренными 25-мм орудиями, оснащёнными пламегасителями. Минно-торпедное вооружение крейсера было представлено четырьмя двухтрубными 610-мм торпедными аппаратами, и запасом торпед в количестве 16 штук. По заверениям мичмана, который временно был старшим у механиков, крейсер имел четыре гребных винта, способен разогнаться до 35 узлов.
Кроме того на крейсере была предусмотрена авиагруппа, между третьей дымовой трубой и кормовой мачтой была установлена одна катапульта, в наличии имелся один морской разведывательный гидросамолёт, с экипажем два человека и возможностью подвески двух 30-кг бомб.
- Ну как первое впечатление от крейсера? - поинтересовался Колчин у своего начальника штаба.
- Да у нас и близко ничего такого нет, - пожав плечами, ответил Симонов, - однозначно будет хорошим лидером группы эсминцев, к тому же имеет свой гидросамолёт, что для разведки очень будет кстати, да и наведение и корректировка огня - однозначно гидросамолёт поможет.
- Что будем делать крейсер флагманом лёгких сил? – уточнил Колчин.
- Однозначно, - закивал головой Симонов, - с него хорошо управлять, да и места хватает для штаба соединения.
Следующие несколько дней пролетели как одно мгновение, весь командный состав крутился, как мог.
Военный совет утвердил назначение на должность командира лёгкого крейсера «Двина» (бывший «Юра») старшего лейтенанта Богданова Николая Ивановича, одновременно ему было присвоено звание «капитан-лейтенант».
Капитана 3-го ранга Пастухова Александра Евгеньевича утвердили в должности командира эскадренного миноносца «Печора» (бывший ЭМ «Аянами»), а старшего лейтенанта Рудакова Олимпа Ивановича в должности командира эскадренного миноносца «Томь» (бывший ЭМ «Муракумо»), одновременно ему было присвоено звание «капитан-лейтенант». Лейтенанта Тайшерский Александр Болеславович, стал командиром эскадренного миноносца «Гремящий», ему так же было присвоено воинское звание «старший лейтенант».
Капитана 3-го ранга Гурина Антона Иосифовича утвердили в должности командира ОДЭМ, ему было присвоено воинское звание «капитан 2-го ранга». Ему капитан 1-го ранга Колчин, поручил в первую очередь подготовить к походу два эсминца «Сокрушительный» и «Грозный» до 2 декабря.
Тяжёлому крейсеру, который перешёл в подчинение капитана 1-го ранга Зозули, присвоили название «Кама».
Сам Колчин все два дня был сосредоточен на комплектовании экипажем эсминцев «Печора» и «Томь» и флагмана лёгких сил флота – лёгкого крейсера «Двина» (бывший лёгкий крейсер «Юра»). Активно помогая их командирам отбирать краснофлотцев, из постоянно присылаемых разбросанных подразделений и частей флота. В общей сложности необходимо было добрать около 1000 человек различных специальностей – артиллеристов, зенитчиков, минёров, механиков, связистов и т. д..
С командующим военно-воздушными силами Северного флота генерал-майором авиации Кузнецовым Александром Алексеевичем удалось решить вопрос с комплектованием авиагруппы на лёгкий крейсер «Двина» (в неё вошло семнадцать человек лётно-технического состава).
Около 200 краснофлотцев и командиров - зенитчиков выделил, генерал-майор артиллерии Пименов Алексей Фёдорович, начальник противовоздушной обороны Северного флота.На декабрь 1941 года противовоздушная оборона флота включала пять отдельных зенитных артиллерийских дивизионов ПВО, один зенитный артиллерийский дивизион, две роты ВНОС и одну радиороту ВНОС.
Глава 5
2 декабря на эсминцы «Сокрушительный» и «Грозный»,с 08.00 прибыло около 200 человек краснофлотцев и командиров из состава резервных экипажей главной базы Северного флота. Решение об организации резервных экипажей главной базы Северного флота было принято на заседании Военного совета Северного флота ещё 29 ноября. Организационные вопросы по созданию резервных экипажей были возложены на командира Охраны водного района главной базы Северного флота.
Ровно 09.00 эсминцы «Сокрушительный» и «Грозный» отошли от пирсов главной базы флота.
Капитан 1-го ранга Колчин находился на головном эсминце «Грозный», вместе с ним был и капитан НКВД Уськов, с которым на эсминец поднялись и трое его подчинённых.
Павел Иванович, не мешал работать командиру эсминца Даниилу Григорьевичу Нагорному, сам, по уже укоренившейся привычке старался находиться на мостике эсминца, пока он не вышел из Кольского залива, внимательно отслеживая всё вокруг по ходу движения.
Обменявшись сигналами опознавания со сторожевым кораблём Охраны водного района, который нёс патрульную службу в миле от острова Седловатого.
- Это сторожевой корабль «Смерч», - опуская бинокль, проговорил капитан 3-го ранга Нагорный.
- Да «Смерч», бортовой номер 15, - согласился Колчин, - кого интересно назначили командиром вместо Богданова? Да, и Даниил Григорьевич, прибавьте ка ходу до 30 узлов, а то мы до темноты не успеем вернуться на базу.
- Вахтенный, прибавить ход до 30 узлов, - тут же отдал команду Нагорный, - может крепкого чаю, уже почти вышли из Кольского залива.
- Пройдём Лайновы острова, тогда и попьём чайку, - проговорил Колчин, рассматривая в бинокль береговую линию, тут на скорости немного идти, минут сорок.
По проходу острова Торос, и островов Лайнова, сигнальщики ничего и никого не обнаружили, поэтому пройдя к штурману, на стоящий у стены диванчик Колчин и Нагорный взяли по кружке горячего чаю, к ним присоединился капитан НКВД Уськов, который больше молчал и сам слушал. Как ни удивительно, но, попили они его в относительно спокойной обстановке. Колчин, проверив по штурманской карте прокладку курса, решил выйти на мостик, как только отряд будет проходить мыс Лодейный.
Он уже одевал, свой бушлат, когда раздался крик сигнальщика.
- Большая группа кораблей за мысом у берега, - кричал сигнальщик, - два больших похожи на наш тяжёлый крейсер «Кама», четыре эсминца тип «Печора».
- Боевая тревога, - тут же приказал Нагорный вахтенному командиру, - увеличить ход до 35 узлов.
Колчин, уже выскакивал на мостик, поднимая бинокль,следом за ним накидывая на плечи шинель, выскочил капитан Уськов. Командир эсминца Нагорный вышел вслед за капитаном, когда вахтенный уже включил сигнал тревоги по кораблю.
- Да, очень похожи на наш крейсер «Кама», - смотря в бинокль, проговорил Колчин.
- А это значит, что я прав, - произнёс Уськов, при этом внимательно посмотрев на Колчина, - везёт вам.