Страница 65 из 445
– Хорошо пошла…
Вот негодяй, совсем расслабился, надо его взбодрить. Курю и жду, когда он начнет делать еще глоток своего пойла, делаю испуганное лицо и, глядя ему за спину, говорю:
– Ох, походу нам всем настал пипец.
Кузьмич от неожиданности начал давиться и кашлять, резко разворачивается кругом в попытке обнаружить внезапную угрозу. Не находя ничего, смотрит на меня с подозрением и говорит:
– Очень смешно! И где пипец? На горизонте всё чисто.
– Да не на горизонте, а у тебя на спине такое, что, походу, мы все умрем скоро.
Кузьмич испытующе смотрит на меня недоверчивым взглядом, потом не выдерживает и начинает пытаться, вывернув шею, заглянуть себе за спину. Получается забавное кружение на месте, как будто собака гоняется за своим хвостом. Так и крутясь на месте, не унимается:
– Скажи, что ты там увидел, или это опять шутка дурацкая?
На что я с самым серьезным видом, делая таинственное лицо, говорю:
– Ага!
– Ага?! – делая удивлённое лицо и замедляя свой темп вращения, переспрашивает Кузьмич, и я вскрикиваю.
– Ага, нога!
И, подловив момент, когда он окажется спиной ко мне, даю ему хороший пинок по пятой точке. От чего Кузьмич, теряя равновесие, летит носом в снег. Начиная подниматься с земли, сыпет на меня проклятиями:
– Ах ты щегол, совсем берега попутал, да я таких, как ты, на завтрак ем! Ща я тебе пятак сверну, и посмотрим, насколько это будет смешно!
Кузьмич поднялся и, сверкая глазами от переполняющего его праведного гнева, начинает угрожающе, закатывать рукава. Все смеются, меня тоже тянет рассмеяться и стоит больших усилий внешне оставаться серьёзным. Говорю спокойным голосом:
– Да потому что ты совсем расслабился, хрен моржовый. Тебе сказали, стой и смотри, что бы нас тут не положили всех рядом остывать. Может, ты забыл, что по городу ходят зомби и еще более опасные люди. Так вот напоминаю, наша жизнь сейчас в глазах большинства людей стоит ровно один патрон, а мертвецы вообще её ни во что не ценят. Пока я узнаю у спасённого нами человека информацию, которая нам может пригодиться, ты не можешь пятнадцать минут постоять спокойно, внимательно осматривая округу в целях нашей, в том числе и твоей, безопасности. Я вроде не гружу строгой армейской дисциплиной и не заставляю ходить строем. Просьбы просты и логичны, даже пить не запрещаю, хотя тебя вообще следует к кузнецу свозить и закодировать. А ты только и делаешь, что прикладываешься к своей фляге и крякаешь, как голодная утка. Кря‑кря‑кря! – застыдил и передразнил я его. Кузьмич перестал закатывать рукава, понимая, что я прав, но из‑за вредности всё равно начал огрызаться.
– И чем помог тебе твой спасенный человек, кроме поедания наших консервов?
– Например, указал место, где стоят бронеавтомобили, так нужные нам. Эта информация стоит несчастной банки каши с тушенкой, на твой взгляд?
Окончательно поняв, что я прав, старый хитрован сразу «включает заднюю» и начинает оправдываться:
– Да я чё, я ничё. Просто, скучно стоять, вот, и спросил, долго ли еще, а ты сразу свои приколы дурацкие байкерские шутить начинаешь и подсрачники раздавать.
– Иногда полезно для профилактики получить, дольше проживешь и товарищей не подставишь. Потом еще спасибо скажешь, что благодаря мне смог выпить много тонн всевозможного алкоголя и покоптить воздух. А вообще, ща поможем человеку, и поедем на указанный им адрес, так что не плакай, еще чуть‑чуть, и ты тоже в тепле будешь.
Закуриваем, пускаем его флягу по кругу, делая по глотку виски в знак примирения. В УАЗе открывается дверь, Валера выбирается на улицу и идет к нам. Кузьмич и ему тоже предлагает пару глотков виски. Не отказывается.
Отхлебнув из фляги, он говорит:
– Спасибо вам, мужики, спасли и согрели, накормили. Дальше я, наверное, сам, вы и так много сделали, и мне даже стыдно, что ничем не могу взамен отблагодарить.
На что я ему отвечаю:
– О благодарности даже не парься. Твоя информация о броневиках для нас сейчас лучше золота и бриллиантов. Мы в любом случае тебя бы спасли, не ради выгоды или информации, а ради себя. В любой ситуации важно оставаться человеком и, если есть возможность оказать помощь, то использовать её. Жизнь штука переменчивая, уже через час тебе самому может быть нужна помощь, и есть вероятность, что сделанное добро вернётся. Опять же, если не помогать людям, или, того хуже, убивать их за пачку патрон или банку тушенки, да не важно, за что, тогда чем мы будем лучше бродящих тварей, готовых убивать любого встречного человека, и зачем вообще нужна дальнейшая жизнь?
– Да, вы, правы, но всё равно спасибо, я дальше сам.
– А далеко тебе до дома ехать?
– В Северный район.
– Не близко. Мы тебе сейчас поможем найти машину на ходу. И вот, держи, возражения не принимаются. – протягиваю ему пистолет Макарова.
Говорю всем рассаживаться по машинам и смотреть брошенные автомобили по дороге, чтобы наш новый знакомый смог уехать домой.
Искать машину Валере долго не пришлось. На первом перекрёсте была небольшая авария из трех машин, «паровозиком». У самой первой, синей лады 14 модели, был только треснут задний бампер, что абсолютно не влияло на ездовые качества машины. Останавливаемся, ребята по‑тихому убивают идущих к нам зомби штыками, а я осматриваю машину. Водительская дверь была приоткрыта, ключи в замке зажигания. Видать, водитель вышел после аварии из машины и больше не вернулся. Стал зомби или убежал от страха, что сейчас уже не имело значения. В салон авто намело немного снега через приоткрытую дверь, но двигатель заработал сразу после поворота ключа. Топлива было чуть меньше, чем полбака, хватит за глаза. Прощаемся с Валерой, жмём ему руку и трогаемся. После вогрэсовского моста разъезжаемся в разные стороны: он уходит на набережную, направо, а мы – прямо, в сторону цирка.
Уже привычно разорвав дистанцию между автомобилями, едем на небольшой скорости. Пассажиры, прильнув к биноклям, внимательно осматривают окрестности, выискивая всевозможные опасности и угрозы. На правом берегу города зомби было заметно больше, чем на левом. Первая машина их периодически сбивала, если они были на её пути, вторая машина участвовала в таране мертвецов гораздо реже. В основном, это были те, кто не успел кинуться под первую машину и брел за ней вслед. А потом, услышав звук мотора второго автомобиля, разворачивался и шел в лобовую атаку, вообразив себя, как минимум, большим КАМАЗом, которому все пофигу. Хотя, скорее всего, вообще ничего не соображая, двигаясь на животных инстинктах по самой прямой траектории к замеченному раздражителю.
После Строительного университета поворачиваем направо, проезжаем метров триста прямо и выполняем поворот налево, сразу видим цель нашей поездки. Три фургона кофейного цвета с зелёными полосами по бортам с круглыми бойницами в толстых бронестёклах. Стоят аккуратно в ряд, задними бамперами к забору банка. Такие без ключей не завести. По уже заранее договорённому плану тормозим около них и выскакиваем на улицу. Убиваем штыками зомби, но их тут почему‑то во много больше, чем ожидалось, поэтому кричу Вите и Артёму:
– Давайте, прыгайте через забор и ищите ключи, а мы пока попробуем на машине увести их отсюда подальше, а то их к нам идёт всё больше и больше, скоро зажмут совсем!
Ребята перебрасывают рюкзаки через решетчатый забор и перебираются через него сами, пока мы прикрываем их, убивая зомби. Как только они добегают до здания и скрываются за его углом, мы прыгаем в машину и резко трогаемся с места, раскидывая и давя идущих на нас мертвяков. Прорываемся на улицу Кирова.