Бывшие. Цена предательства

– Я на тебя вообще не рассчитывала, – фыркает она.

Янис, глядя на меня, пытается угнаться за мной в поедании тефтелей за обе щеки. Немного торможу, чтобы он не торопился.

– Не торопись. Жуй хорошо, – с любовью говорит Ника Янису.

Доев, мою за собой посуду.

– Спасибо, – вытираю руки полотенцем.

– Чай дома попьёшь, – отвечает Ника, вытаскивая Яниса из стульчика.

– И не только, – хмыкаю я.

Ника на мгновение застывает.

– Ещё у меня есть профитроли с клубничным мороженым, – знаю, что это её любимый десерт.

– Смотри, чтобы горло не заболело.

– Переживаешь?

– За сына.

Улыбаюсь как идиот. Я за три года столько не улыбался.

– Купать его тоже пойдёшь?

– Я рядом постою.

Ника не отвечает, лишь поджимает губы и несёт Яниса в ванную. Я иду следом, прислоняюсь к стиральной машине и наблюдаю за ними. Янис плещется в воде, радостно визжит и брызгает водой во все стороны. Ника ловко его подмывает. Она смеется вместе с ним, и в этот момент я вижу ту прежнюю Нику: беззаботную, счастливую и настоящую.

После ванной она вытирает его полотенцем и начинает одевать в пижаму. Он вертится и не слушается, но она терпеливо продолжает свои действия.

– А ну-ка, иди сюда, – подхватываю сына на руки, и в этот момент Ника натягивает на него штаны.

В спальне Ника включает ему мультики и сажает на кровать.

– Справишься?

– Думаю, да. Вот только… – развожу руки.

– В шкафу видела вещи Глеба.

– Отлично, – улыбаюсь. – Всё как дома.

Переодевшись в домашние штаны и футболку, возвращаюсь в комнату к Янису. Ника выходит, оставляя нас двоих. Сажусь рядом с ним на кровать и обнимаю его. Он тычется мне в плечо и продолжает смотреть мультики. Чувствую себя дома, и причина не в месте, а в людях.

Через некоторое время Янис начинает клевать носом. Выключаю мультики и укладываю его в кровать. Он сразу же засыпает. Сижу рядом и смотрю на него, не могу насмотреться.

Тихо выхожу из комнаты и, прихватив папку с комода, иду на кухню. Ника с мамой сидят за столом и пьют чай.

– Уснул?

– Да.

– Не буду вам мешать, – Светлана Игоревна поднимается, ставит чашку в раковину и уходит.

Сажусь напротив Ники и протягиваю папку.

– Что это? – недоверчиво смотрит на меня.

– Я нашу квартиру переоформил на тебя.

– Она мне не нужна, – выпаливает она, понимая, о какой квартире идёт речь.

– Она нужна нашему сыну. Рядом есть хороший частный садик. Она рядом с твоим офисом. И вы сможете сразу прописаться.

Ника недоверчиво смотрит на папку. Сомневается.

– Спасибо, – еле слышно произносит она.

– В папке еще карта. Лимита нет.

– Нам хватает моей зарплаты.

– Обустроишь квартиру по своему вкусу. Купишь все необходимое Янису.

Молчит. Понимает, что спорить бесполезно. Но вижу по взгляду, что сделает по-своему.

– Яниса я признаю и оформляю все документы после развода.

Ника вскидывает на меня удивленный взгляд.

– Развод будет нелегкий, не хочу, чтобы это как-то отразилось на нем. Пресса будет копать, чтобы выяснить, почему дочь главного прокурора разводится.

– Может, тогда не стоило переоформлять квартиру на меня и делать карту?

– К квартире и счету они не смогут прикопаться. Квартира была оформлена на Эрика, а мои основные счета сейчас тоже на нем.

Она хмурится, явно не понимая, зачем я так сделал, но молчит, вопросов не задает.

– Если Марго или её отец попытаются как-то с тобой связаться, сразу звони мне. Никаких решений по отношению к ним сама не принимай, что бы они тебе ни говорили.

Ника смотрит на меня испуганным взглядом.

– Ты меня поняла?

– Да, – проводит ладонями по волосам. – Ян, может, оставим всё как было? Я боюсь за Яниса.

– Ника, я просто перестраховываюсь. Не думаю, что дойдет до угроз.

– Надеюсь.

– Я поеду, – поднимаюсь и иду в ванную, чтобы переодеться.

В коридоре Ника сидит на пуфике и о чем-то думает. Заметив меня, встает и отходит в сторону, чтобы дать мне возможность обуться.

– Напиши мне, когда решите переехать. Организую переезд.

– Хорошо.

– И ни о чем не переживай. Я все решу!

– Мне самое главное, чтобы это никак не отразилось на Янисе.

– Не отразится, – хочется подойти к ней, обнять и успокоить. – Я поехал.

– Хорошо, – Ника старательно смотрит куда угодно, но только не на меня. Ждёт, когда я уйду.

– Пока, – открываю дверь и выхожу.

Слышу тихое:

– Пока, – затем, как проворачивается замок двери.

Настроение падает до нуля.

Нехотя завожу двигатель и смотрю на окна. Ехать в собственный дом совершенно не хочется. Но нужно поставить жирную точку в наших отношениях с Марго.

До дома добираюсь быстро. Дороги в такое время уже почти пустые. Заезжаю на территорию.

– Твою мать, – выругиваюсь, заметив машину тестя.

Глава 25_Ян

– Добрый вечер, – прохожу в гостиную.

Марго с отцом сидят на диване и пьют чай.

– Привет, – она отставляет чашку и натянуто улыбается.

– Ты поздно, – говорит тесть.

Проигнорировав его реплику, молча размещаюсь напротив них.

– Вот, решил заглянуть к дочери и, пока тебя нет, скрасить её одиночество, – бросает на меня недовольный взгляд. – Много работаешь.

– Что поделать. Если хочешь чего-то добиться, нужно много работать.

– Я надеюсь, ты не забыл, что через месяц у меня юбилей, и на нем вы должны присутствовать вместе.

–Марго Вам не сказала, что мы разводимся?

Тесть смотрит на меня гневным взглядом. Сжимает челюсть так, что выступают желваки. Бесится, но молчит. Думает, как загнать меня в угол.

– Развода не будет, – цедит он.

– Это не вам решать, – спокойно говорю я.

– Это репутация моей дочери, а значит, и моя.

– В этом нет ничего страшного. Многие люди сходятся и расходятся.

– Но не в моей семье. Однажды ты сделал свой выбор, так что теперь живи с ним.

– Это касается только нас с Марго.

– Ты ей должен быть благодарен, что она твою задницу прикрыла.

– Папа…

– Оставь нас!

– Но…

– Иди к себе, – повышает голос на дочь.

Марго послушно встает и уходит. Дождавшись, пока она поднимется к себе в комнату, говорит:

– Моя дочь мне всё рассказала. Я прекрасно знаю о ваших с ней договорённостях о фиктивном браке на год. Но потом ты передумал и решил попробовать построить семейную жизнь с ней. А теперь хочешь развестись, когда в город вернулась Кузьмина?

– Дело не в Кузьминой, – хмыкаю, откидываясь на спинку дивана. – Марго скрыла от меня, что Ника была беременна, – внимательно смотрю за реакцией тестя. Ожидаемо. Ни капли удивления.

– Она это сделала ради тебя, – тычет в меня пальцем.

– Вам не жалко дочь? Вы же прекрасно видите, как мы живём, что я её не люблю. Она ведь только мучается со мной. Зачем вам её поддерживать?

– Потому что ОНА любит тебя! Лучше так, чем видеть, как дочь сходит с ума.

Качаю головой. Дочка захотела любимую игрушку, и папа с радостью ей её купит. Договориться точно не получится.

– Вы же понимаете, что вы не сможете меня заставить жить с ней? – давай, выкладывай свои козыри.

Я вижу, как в его глазах борются гнев и беспокойство. Он не хочет признавать, что я прав, но и не может отрицать очевидное. Марго всегда была для него любимой дочерью, и он всегда старался дать ей все, что она хотела.

– Ты же не хочешь, чтобы у Кузьминой были проблемы с законом?

– Она их не нарушает, – пожимаю плечами.

– Сейчас, возможно, но вот два года назад она слила в интернет списки клуба, а затем продала свой рабочий ноутбук со всей информацией о клубе за кругленькую сумму.