Страница 28 из 62
— Дима, это Рокотов, — раздался голос Вани. — Бункер зачищен, здесь есть много чего интересного. Четыре отгороженных друг от друга зоны, целый вольер с животными, как я понимаю, чистыми, но до конца не уверен. Похоже, эта лаборатория использовалась не один год. Я направлю сюда специалистов из центра по контролю заболеваний после того, как мы все сами исследуем и заберём необходимое. Тиму я уже приказал сюда явиться, чтобы поработать с компьютерами. Их тут больше десятка. И да, мы нашли Власова Сергея. Он жив, но сильно травмирован, мы перенаправим его в республиканскую больницу после того, как удостоверимся, что он ничем не заражён.
— Хорошо, — проговорил я, краем глаза замечая, как в бокс входят помощники Ахметовой, неся в руках носилки. Они молча переложили на них болезного и также молча вынесли наружу. — Вы сами-то как?
— Всё нормально, защитой не брезговали, — с усмешкой произнёс Ваня, отключившись.
— Ну и славно, — проговорил я, даже не веря, что всё практически закончилось. Оставалось только дождаться вестей из отеля и надеяться, что наши умники успеют создать сыворотку для всех, кто заразился.
— Дмитрий Александрович, Эдуард Казимирович, — я повернулся в сторону помощницы Ольги Николаевны, неопределённого возраста женщины с внешностью восемнадцатилетнего ангела. — Я прошу вас проследовать за мной, — она указала рукой на дверь, в которую начали входить люди в защитных костюмах с какими-то коробками, вёдрами и распылителями.
— Зачем? — спросил Эд, нахмурившись и заложив руки за спину в своей излюбленной манере.
— Вы подверглись воздействию патогена при контакте с заражённым вирусом человеком. Согласно протоколу безопасности, я вынуждена вас изолировать и поместить в строгий карантин, — судя по голосу, она улыбалась, когда говорила это.
— А…О-о-о, — до меня наконец дошло, что, когда я заразил Зимина, то через него и сам мог подхватить эту заразу. — Но у нас иммунитет и всё такое.
— Разумеется, но вы можете быть заразными, так что не спорьте, иначе мне придётся вас усыпить.
— Да, не так я представлял себе временный больничный, — пробурчал я, сдаваясь в руки целителям.
— Мы вас отпустим сразу же, как только удостоверимся в вашей безопасности для окружающих, — уже без тени улыбки произнесла девушка, подталкивая меня в спину. — Хорошо, что Роман Георгиевич сможет и дальше выполнять за вас ваши обязанности. Временно, разумеется.
— Да, разумеется, — процедил Эдуард. — Хотя незапланированный выходной — это тоже не так уж и плохо.
— Что-то я посмотрю, все воодушевились от такой новости, — усмехнулся, выходя из лаборатории. — Ну ничего, вы сильно не расслабляйтесь, мы с Эдуардом Казимировичем не навсегда вас покидаем.
— Да никто и не думал об этом, — она сказала это так горячо, что не только мне стало ясно — проверять нас с Эдом будут о-о-очень долго.
Роман переместился прямо в холл отеля, хватая за руку первого же попавшегося ему на пути целителя.
— Вот, — Рома сунул ему контейнер, с трудом разжимая сведённые судорогой пальцы. — Сыворотка. Пять доз, всё проверено в СБ, эффективность подтверждена. Начинайте с самых тяжёлых, у кого меньше всего времени. Наши учёные уже занимаются производством необходимого количества лекарства. Как Вишневецкая?
— У меня нет о ней информации, извините, — развёл руками целитель. — Мы начнём лечение немедленно, — и он осторожно забрал контейнер, сразу же отправляясь с ним к одной из закрытых зон.
— А эта мне, — прошептал Роман, доставая одну из ампул из кармана всё того же рабочего комбинезона, который ему вручили здесь в прошлый раз вместо испорченной одежды.
Сжав её в руке, он сразу же бросился в сторону закрытого коридора, отведённого для тяжёлых больных. Как бы он ни торопился, этот путь, казалось, занял у него целую вечность. Когда он достиг дверей номера, где разместили Ванду, он резко затормозил, сам не понимая, почему это сделал.
Осторожно открыв дверь, Роман зашёл в совершенно пустую комнату. Он остановился, глядя невидящим взглядом на заправленную кровать. Все аппараты и артефакты, ещё недавно работавшие и пищавшие на разные лады, были выключены, а в комнате стояла идеальная тишина.
— Ванда? — глухо, на грани слышимости произнёс он, обернувшись, словно ожидая её увидеть за спиной.
Паника накатила волной, сразу же переходя в отчаяние и опустошённость. Инъектор выскользнул из ослабевших пальцев и с глухим стуком упал на пол, только чудом не разбившись.
— Я всё-таки опоздал, — прошептал он, медленно оседая на пол и хватаясь за голову, в которой металась только одна мысль: это он виноват во всём, что произошло, с самого начала. Если бы он обратил внимание на этого психа, а не просто отверг его кандидатуру, если бы вовремя про него вспомнил, если бы сообщил ей, что заказ снят, если бы… Он закрыл глаза, не противясь ледяной волне, накрывающей его с головой.
— Рома, какого хрена вы все не отвечаете на звонки⁈ — знакомый женский голос заставил поднять голову и сфокусироваться на стоящей в проёме фигуре в защитном костюме.
— Телефон и рацию отобрали во время санобработки, — коротко пояснил он.
Ольга Николаевна вошла в комнату, её взгляд скользнул по пустой кровати, по валявшемуся на полу инъектору, и, наконец, остановился на нём. Она вздохнула, протянула руку и грубо схватила его за плечо, заставляя встать.
— Какие же вы все идиоты, — пробормотала Ахметова. — И я в первую очередь. Рома, посмотри на меня! Ванда не умерла, она живее всех в этом чёртовом отеле! Потому что лично я скоро свалюсь от усталости.
— Что? — непонимающе посмотрел на неё Роман. — Но…
— Я только что её перевела, а эту комнату подготовили для Окунева, потому что других оборудованных помещений не так уж и много, — терпеливо пояснила главный целитель.
— Куда перевела? Да что случилось⁈ — заорал Гаранин, вырывая руку из захвата Ахметовой и отстраняясь, стараясь смотреть ей в глаза через стёкла ненавистной ему маски.
— В твой номер, — проговорила Ахметова, поднимая инъектор и ставя его на тумбочку рядом с кроватью. — Вадиму пригодится.
— Оля, что с Вандой? — процедил Рома, не сводя взгляда с женщины.
— Да не знаю я! — всплеснула руками Ольга Николаевна. — Я не могу объяснить то, что произошло. Никто из нас не может. Примерно через сорок минут после того, как ты ушёл, её состояние внезапно стабилизировалось само по себе. Не просто остановилось ухудшение, а началась обратная динамика. Температура упала, кровотечение прекратилось, сыпь практически ушла. Такую регенерацию я видела только дважды в своей жизни: у Димы и у тебя после того, что Семья с тобой сделала. Но вы же не поили её кровью Лазаревых?
— Ты думаешь я бы не сообщил тебе об этом? — потёр Гаранин лоб, отворачиваясь от замолчавшей целительницы.
— Мы взяли повторные анализы, и они противоречат тому, что было изначально. Да, мы трижды брали у неё кровь, и трижды были противоречивые результаты. Сначала они показали, что она вообще не болеет, и я подумала, что у неё мнимые симптомы, ну такое бывает на фоне стресса, — она обвинительно ткнула Романа пальцем в грудь. — Когда у Ванды началось кровотечение, мы увидели, что она очень даже болеет и шанс, что выживет, был нулевым. А сейчас я вижу такой иммунный ответ, что даже тебе не снился. Её организм не просто сопротивлялся вирусу, он его уничтожал с невероятной скоростью. Сейчас у Ванды осталась лишь сильная слабость, как после тяжелейшей болезни, но все витальные функции в норме. Она просто спит. Восстанавливается, — выдохлась Ахметова и замолчала.