Страница 26 из 89
Озеров тогда консультировался с разными специалистами, водил дочку к психологам, и ему казалось, что постепенно они все вместе выбираются из этой ямы слез и отчаяния. Но потом трудности все равно возникали, и, вероятно, это была очередная из них.
Матвей взял Веру на руки, совсем как маленькую, посадил к себе на колени и погладил по спине.
— Не бойся, мы никогда ее не забудем. Она живет в наших сердцах.
— Но я совсем не помню ее лица. — Ее руки вцепились в край его свитера.
— Для этого у нас есть целый альбом. — Он принялся перебирать ее длинные каштановые волосы, зарылся в них носом. — А еще у тебя фото стоит в рамке на тумбочке, забыла?
— Разве честно срисовывать маму с фотографии?
— Мы можем посмотреть видео. Хочешь?
— А если я совсем забуду ее, папа? Если навсегда забуду?
— Такого никогда не случится. — Озеров начал слегка укачивать малышку. — Уверен, мама сейчас видит нас, и ей не хочется, чтобы ты плакала и расстраивалась.
— Она видит меня с неба? Так бабушка всегда говорит.
— Возможно.
— Тогда я не буду расстраиваться. — Девочка замотала головой. — Не хочу, чтобы она тоже печалилась.
Мужчина осторожно встал и прижал дочку к груди. Та обхватила его талию ногами. Он неуклюже подхватил фотоальбом с верхней полки, и они вместе уселись на диван.
— Сейчас посмотрим, и ты сразу все вспомнишь. Вместе мы нарисуем маму самой красивой.
Матвей обнял дочку и открыл альбом.
— Кто это? — Размазывая слезы по лицу, спросила Вера.
— Как будто ты не знаешь. — Улыбнулся ее отец. — Маленький, крикливый, сморщенный сверток. Я жутко испугался, когда мне принесли его.
— Это я! — Рассмеялась девочка, водя пальцем по карточке.
— Правильно. А это мама. — Он тоже коснулся старого снимка.
Десять лет назад, а будто вчера.
— Она тут какая-то… измученная…
— Конечно, ведь ты все время плакала и не давала нам отдохнуть дольше часа.
— Правда? — Ее брови изумленно взметнулись.
— Правда.
— Мама красивая… — Сказала Вера, скользя ладошкой по фотографии.
— Очень. — Сжал губы Матвей.
— Листай дальше.
Он перелистнул страницу и бросил взгляд на дверь. Марина Валерьевна улыбнулась ему сквозь слезы. Вот и всё. Кажется, кризис миновал.