Страница 47 из 81
- Вот подарок, который ты должен вручить Злате! Как хорошо, что я все приготовила заранее! – произнесла Ирла, роясь в маленькой сумочке. О! Похожая сумочка была у меня! Я ее купила тогда за бешенные деньги! В нее все помещалось! Она так и осталась у меня в прихожей…
Злата пыталась накормить кота тортом. И ругала его за то, что он чуть не погиб. Кот пытался слезть с ее рук и верещал так, словно хочет исправить это упущение и немедленно сдохнуть мучительной смертью!
- Подойдешь к Злате! Скажешь: «С днем оборота поздравляю! Много золота желаю! Пусть сбываются мечты! Чтобы лучшей стала ты!» – отряхнула Ирла плечи внука. – И поцелуешь ее в щечку!
- Ну ба! Целовать не буду! Это тяжело-о-о! – вздохнул Морис, поглядывая страдальчески в сторону Златы и кота. У кота на испачканной кремом морде читался один вопрос: «На фейхоа я вообще выжил?».
- Иди! – подтолкнула Ирла Мориса. Тот нехотя пошел, неся в руках три золотых слитка.
- Маловато дарим! – проворчал Белуар, показав глазами на вход в зал. И тут я поняла, в чем дело! На пороге зала появился Вивернель с подарком в руках. За ним стоял Альвер, успевший переодеться в тот самый опасный для женских глаз халат.
Глава 10
- А я говорю, мало! – бурчал Белуар, когда Морис посмотрел на свои слитки в руках. Прилизанный, наглаженный, он был похож на ребенка с открытки. Вивернель выглядел, как пижон. Такой вот микро герой – любовник. В руках у него была целая горка украшений.
- Дорогая Злата, – опомнилась Ирла, – наступило время подарков!
Я почувствовала себя неловко, понимая, что у меня нет для Златы подарка. Я не успела его ни купить, ни приготовить. Все заволновались. Ирла принесла целую горсть пуговиц.
- Ого! – обрадовалась Злата, едва не запрыгав на месте.
- Это старинные пуговицы! – пояснила Ирла, пока дочка рассматривала их с дотошностью и восторгом ювелира. – С подвенечного платья! Помню, какое оно было у меня пышное, как у принцессы! Все обзавидовались! Целое кладбище умерших от зависти подружек!
- А вы в нем замуж выходили? – спросила Злата, с вожделением перебирая пуговки. – А можно его посмотреть!
Помимо пуговиц, Злата питала любовь к платьям. И всегда бежала ко мне с криком: «Мама! Я такое платье видела в мультике!». И мама шила ей платье из мультика. Потом оно надоедало. На нем появлялись пятна от супа. Оно медленно но верно превращалось в кота, обзоводясь как и все в доме, своим собственным шерстяным покровом. А потом мама брала его, прятала, тайком отстирывала и перешивала в новое.
- Нет, замуж я выходила в одеяле! – проворчала Ирла. Она при этом посмотрела на Белуара. – В чем похитили, в том и выходила замуж. В этом платье вышла замуж моя младшая сестра. Не пропадать же добру, да, муж? Кто-то мне обещал четыреста лет назад, что будет у нас нормальная свадьба…
- Ты мне настолько понравилась, что я решил поторопиться! – смутился Белуар. – Будет! Я от своих слов не отказываюсь! Дракон сказал, дракон сделал!
- В твоем случае, дракон сказал, дракон забыл! Толку, что у тебя двадцать две головы! Ни одна не помнит годовщину нашей свадьбы! – выдохнула Ирла, пока Злата пересыпала пуговицы в карман.
Белуар прокашлялся, глядя на супругу. Тем временем, я лихорадочно соображала, что можно подарить ребенку. У мамы сокровищницы не было!
- Морис! Теперь твоя очередь! – ворчала Ирла, подталкивая внука к решительным действиям. Сейчас он напоминал жениха, который не знает, что делать с невестой. И это было ужасно умилительно.
- Ба! Я забыл, что нужно говорить! – прошептал Морис, пока Белуар поздравлял Злату, вручая ей золотой браслет. Та висела на старом драконе, пока он что-то рассказывал ей про первую сокровищницу и как ее лучше обустроить.
- Па, а то что она на меня так смотрит, это нормально? – негромко произнес Вивернель, стоя рядом с отцом. Он ждал своей очереди и очень нервничал.
- Это нормально! Она же женщина, – негромко ответил Альвер, бросив мимолетный взгляд на подарок в детских руках. – Женщины всегда так смотрят.
- Папа, – снова прокашлялся Вивернель, глядя на подарок. – А можно я просто положу, а она сама возьмет?
- Не допускай ошибку всех мужчин, – произнес Альевер, глядя на сына. – Она и так возьмет все, что ей понравится. Только ты будешь не при делах.
- А можно я молча ей подарок подарю и… – шептал Вивернель, глядя на отца с надеждой. А вдруг разрешит?
- Нет! Женщины любят ушами! – произнес Альвер, краем глаза следя, как Морис со своим подарком так же прильнул к бабушке.
- Ну, ты говорил, что женщины сами все придумают! – тихо возразил Вивернель. – Пусть она там себе сама все придумает!
- А ты знаешь, что она там дальше придумает? – полушепотом спросил Альвер. Вивернель вздохнул и погрустнел. – Женщины могут все, что угодно себе придумать…
При этом он посмотрел на меня, а не на Злату, которая вертелась радостная вокруг Белуара. Старый дракон, позабыв о своих бедах и нажитом непосильным трудом хламе, улыбался.
И тут я увидела, как созрел Морис. Он направился к Злате, неся золотые слитки.
- Этот год был очень для нас непростым… – с серьезным произнес Морис, протягивая золотые слитки удивленной Злате. Девочка успевала и принимать подарки и тискать кота. Я не заступалась за него Сам виноват. Нечего было убегать. Теперь пусть отгребает любовь и ласку.
- Морис! – всплеснула руками Ирла. – Это ты его научил! Это он от тебя понахватался, старый жадный чешуйчатый кошелек! А я-то думаю, почему к нам родственники перестали кататься!
- Но я же тогда шутя! – запереживал Белуар.
- … были свои взлеты и падения… – продолжал Морис. Вивернель скрипнул зубами. – Падения – это было больно…. Взлеты – приятно. Так что поздравляю тебя с днем оборота! В коробочке что-то! Прости идиота!
С этими словами он ссыпал золото Злате в свободную от кота руку. Она тут же положила его на стол.
- Спасибо, Горыныч! – пискнула Злата, улыбаясь.
- Почему … Горыныч? – спросил Морис.
- Ну у тебя две головы? Две! Значит ты – Горыныч! – нарекла Злата, решив, что объяснения не для нее.
- У меня к тебе серьезный разговор! – засопела Ирла, глядя на Белуара. Тем временем с места сорвался Вивернель. Он едва не выронил верхний слиток, но успел прижать его подбородком.
- А поцеловать! – полушепотом встрепенулась Ирла, пока Морис спешил обратно к бабушке.
Морис понял, что не все доделал, поэтому округлил глаза, плотно сжал губы, глядя на Злату, к которой уже пристал Вивернель. Морис хотел было вернуться к бабушке, но та отрицательно помотала головой и пальцем показала вернуться только после поцелуя.
- Злата! Ты сегодня прекрасна, как никогда… – начал Вивернель, немного растягивая слова. – Ты сияешь, как звезда на небос…
Он осекся, видя, что Злата смотрит не на него, а на Мориса. Видимо, Горынычем его не еще называли! Тот корчил ей рожи, косил глаза и задирал пальцев кончик своего носа.
- Сбила меня! Стой ровно! И не кривляйся! Я тебе тут хорошее говорить буду! Приятное! – проворчал Вивернель. –Злата, ты сегодня прекрасна, как никогда… Ты сияешь, как зве….
Злата, которая до этого внимательно слушала, или делала вид, тут же посмотрела на Мориса, который высунул язык. Она высунула ему язык в ответ.
- Я слушаю тебя! – прокашлялась Злата, слыша, как недовольно покашливает Вивернель. И тут же ее глаза снова вернулись к Морису. Она высунула ему в ответ язык, а Морис скосил глаза. Вивернель, который взял дыхание, чтобы снова начать поздравление, внезапно гневно выпалил, обращаясь к отцу.
- Кто-нибудь! Уймите эту женщину! Папа! Эта женщина меня когда-нибудь с ума сведет!