Страница 39 из 81
- Погоди, ты хочешь сказать, что это был просто насморк? – обалдела я. – Минус три деревни – это дракон просто случайно чихнул, а ему снизу «Шоб ты сдох!».
- Ну да?! Зачем дракону жечь деревни? – удивился Альвер. – Исключительно из зловредности?
- Ну, некоторые мои предки, с тобой не согласились бы! – добавил с кресла Белуар. – Поэтому для драконов с насморком и кашлем ввели карантин. Кашляешь, чихаешь, – сиди в замке. Это бывает у маленьких драконов перед самым первый оборотом. И взрослых, кто давно не оборачивался. Помнится, я, так получилось, лет сорок не оборачивался. Ни к чему было! А потом как обернулся, как расчихался…
- Да! Она вчера чихала! Кашляла! – почти обрадовалась я. По симптомам почти подходило. – Все тут обкашляла… Как чихнет, так из нее струя пламени!
- Да, но при драконьем насморке не лежат вот так вот! – вставил Белуар. – Что-то здесь не то!
- А при какой болезни лежат? – насторожилась я, глядя на драконий консилиум.
- О, тебе это не грозит! – заметил Альвер.
- Ты сам недавно сказал, что я мало интересуюсь драконами! Вот я и спрашиваю! – настаивала я, перебирая детские пальчики.
- Дети драконов все чаще рождаются в человеческом облике. Раньше все было наоборот. Рождался дракон, а его учили принимать человеческий облик. Ну еще бы, живя с мамой и папой в просторной пещере нет необходимости быть маленьким, – произнес Альвер с усмешкой. – И сейчас, если дракон рождается драконом, или большую часть времени проводит именно в драконьем обличии, родители просят у слуг небольшую комнатку. И сажают его туда. Чтобы дракон почувствовал себя некомфортно и принял облик человека. Маленькое помещение – маленькая форма! Но тебе –то с таким замком в двадцать семь этажей, такое точно не грозит. Значит, причина в чем-то другом! И я не могу помочь. Не может такого быть, чтобы в таком огромном замке, как твой, дракону мало места!
Маленькое помещение – маленькая форма… Я задумалась. Они же не знают, что из всего замка нам принадлежит комната с санузлом.
- А чем это чревато? – спросила я, обеспокоенно глядя на Злату. Кажется, я догадываюсь, в чем причина. И все-таки потолки у нас низковаты… О! А я еще вчера сделала ей ее любимую палатку! В детстве она часто в ней играла. Но я же не знала, что нельзя было…. А! Альвер был прав! Что человеку хорошо, дракону – вот!
- Последствия маленьких пещер очень страшные! – произнес Белуар. – Во –первых, бедняжка вынужден будет всеми силами сдерживать трансформацию. От этого ломаются кости…
О, ужас!
- … деформируются суставы…
О, мамочки! Мне только драконьего сколиоза не хватало!
- … но самое страшное, что ребенок испытывает сильнейшую в жизни боль! – закончил старик. – Боль настолько сильная, что они впадают в похожее состояние и перестают шевелиться. Они не могут даже разговаривать. Если они хоть на секунду потеряют контроль над собой, то оборот неизбежен, – закончил Белуар, листая книгу. – Милая, скажи слугам, чтобы и сегодняшний день обвели в календаре! Сегодня еще одна книга пригодилась! «Драконьи болезни и особенности их лечения».
- Итого – все, – отрезал Альвер. – Поэтому, я не знаю, чем тебе помочь!
А не может ли быть такого, что Злате действительно мало места? А что если это – правда? И Злата не может обернуться. И прямо сейчас, когда мама гладит ее, ребенок испытывает страшную боль?
- А драконы большими оборачиваются? – спросила я, делая вид, что праздно интересуюсь. – Если как Вивернель, то это вполне себе…
- Вивернель – виверна. Они меньше драконов. Меньше, но длиннее. К тому же, они ядовиты. И рукокрылые. К тому же Вивернель – мальчик, – произнес Альвер, сглотнув. Он с обидой в голосе добавил. – Мы меньше, чем девочка…На заднем плане я слышала приглушенные голоса.
- Несите книгу! – торжественно объявил Белуар, сидя в короне в кресле. Он повелевал, размахивая золотым кубком.
Слуги забегали, а я с тревогой, поджимающей горло, посмотрела на Злату. Что же делать?
- Вот! – произнесла служанка, подавая Белуару рассохшийся опус, чье место или в музее, или на помойке.
- Проклятые мыши прошлой эпохи! – возмутился Белуар, откидывая изгрызенную почти на половину обложку. – Запишите! Пригодилась еще одна книга! Так, тут написано, что перед оборотом, дракон как никогда чувствует пространство. И пространство рассчитывается по размаху крыльев. Если дракон чувствует, что не сможет взмахнуть крыльями, то оборот начинает сдерживаться.
Сдерживает оборот? Хорошо! Где я возьму огромное помещение, стадион или актовый зал, чтобы Злата смогла «почувствовать пространство»? Где можно арендовать пещеру на время оборота? Так, я видела объявление. На объездной сдаются ангары под картошку. А у нас под дракошку… Да, но как она будет летать? А если она захочет взлететь?
- Может, она просто впала в уныние? – предположил Белуар, шурша книгой. – Быть может, нужно попробовать ее расшевелить. Что она любит больше всего?
- А-а-а-а…. Любит больше всего? Пуговицы! Пирожные с миндальной посыпкой… Сырые пельмени… Мультфильм про маленьких фей… Что-то сверкающее…. – перечисляла я, загибая пальцы.
- Пуговицы… – сполз по креслу Белуар. – Пуговицы!
- Так! – перебил Альвер, заслоняя Белуара. «Спокойно, Белуар, спокойно! Сейчас мы выпьем чаю, спросим, кто благословил торговца… Тише, Белуар, тише!».
- Почему ты мне не сказал? – возмутился Белуар. – Ты ведь знал!
- Я? – поднял бровь Альвер, глядя на старика в полоборота. – Я был очень зол, поэтому не обратил внимания. Извини.
- Хватит ругаться! – вспылила я. – Что-что-что там нужно?! Пуговицы? Пельмени? Пирожные!
- Так, пуговицы мы с моим, как выяснилось, не до конца другом, Альвером, берем на себя! – кивнул Белуар. – Что такое «пель-мен- нии», я не знаю, поэтому вам придется самой позаботиться.
- Я возьму на себя пирожные! Я знаю, что это такое! – заметила старушка, которая все еще вертелась вокруг мужа.
- Так, надо пробовать все! – кивнул Белуар. – Эй! Срежьте все пуговицы, которые посчитаете красивыми! Даже золотые! Все режьте. А ты говорила – выбрось старую одежду! Уже никто такое не носит! Выбрось! Вон как пригодилась!
Я запаниковала. Так, я беру такси, покупаю пельмени, пуговицы, пирожные… Сколько у меня денег? Я бросилась к кошельку, считая его содержимое. Судя по всему хватит только на пельмени. Я напряглась, видя, что дочка никак не реагирует.
- Так, я отключаюсь! Мне предстоит купить все необходимое. Это займет … эм… час! – сообщила я, трогая, не без надежды, ручку Златы. Нет, а вдруг?
Глава 52. Дракон
- Да ты с ума сошел! Да кто ж тебя учил так за женщинами ухаживать! – стек по креслу Белуар. – Я же тебе знаки давал! Намекал! А Альвер у нас что? Топор! Неси топор, дорогая! Альверу только топора не хватало!
- Прекрати, – прорычал я, чувствуя, что начинаю огрызаться. Или это усталость, или сама ситуация. – Не о том думаешь!
- Как не о том? Ты должен быть соблазнительным! Искушать женщину! – негодовал Белуар. – И это я еще не сказал, что ты, мой дорогой, скрыл от меня тот факт, что Злата все-таки золотая! Другая бы не смогла благословить!
Я прекрасно понимаю, что с женщинами так себя не ведут. Но меня встревожила Злата. Довести ребенка до такого состояния! Мне казалось, что я начну крушить все на своем пути. Это ж надо умудриться!
- Альвер! – прокашлялся Белуар. – Ты ушел от ответа! Где вот это вот рыцарство…
И правда, где?
- Прекратите обижать бедную девушку! Налетели на нее вдвоем! – фыркнула миссис Рэндис, возвращаясь с кухни. – Только что поставила пирожные для малышки! Вы что? Не видели? У нее замок сгорел! Слуги разбежались! Одна там одна, совершенно беспомощная, на пепелище с девочкой, с которой неизвестно что случилось. И тут вы еще! Я вам знаки делаю! А вы… Тьфу на вас! Бедняжка напугана… Если она привыкла жить в роскошном замке, то она, скорее всего, ничего руками делать не умеет! В отличие от меня! Но я –то не аристократка! Мой отец всего – лишь лавочник! А вы… Стыдно! Стыдно, господа драконы! Бедняжке столько бед на голову свалилось. И вы вдвоем! Обольстители! Нашли кого обольщать! Ее сейчас способен обольстить любой, кто обнимет и скажет доброе слово! И если это будете не вы, то будете жить без меня с Морисом! А я уеду к своим родственникам недели на три! И Вивернеля заберу с собой!