Оберег для разбойника

— А что ты хочешь? — спрашивает, нервным движением облизывая свои сочные губы.

Огненный шар прокатывается по внутренностям от этого восхитительного зрелища.

— Поцелуешь?

Распахивает глаза, перестаёт дышать. Но вновь взглянув на призывно манящих к себе русалок, решительно кивает.

Сердце подскакивает и перестаёт биться. От радости, что сейчас попробую сахарные уста на вкус, хочется рассмеяться в голос. Но не делаю этого, боюсь спугнуть.

Наклоняюсь ниже, задыхаясь от предвкушения.

— Молодой Кощей пожаловал! А к тётушке, значит, в гости явиться не захотел! Уважить старушку не пожелал! — скрипучий старческий голос раздаётся совсем рядом. — Не дело, племянничек, ох не дело!

Неждана отскакивает от меня, бурно краснея, да мне самому становится не по себе. Откуда она здесь взялась, старая карга?

— Здравствуй, тётушка! — оборачиваюсь, изображая на лице подобие улыбки. — Рад тебя видеть.

На тропинке стоит старушенция в чёрной одежде, горбатая, с длинным носом, с бородавками на лице и руках. Она тоже пытается придать уродливому лицу приятное выражение.

В нашей семье всегда так: в лицо улыбаются, а за спиной проклятия насылают. Все друг друга терпеть не могут.

— А ты, смотрю, времени даром не теряешь? Невестушку уже нашёл, по стопам отца идти желаешь? Правильно, жизнь она одна, самое ценное что ни на есть.

— Ты о бессмертии? — приподнимаю одну бровь.

— О нём самом, касатик.

— Нет уж, увольте! Мало радости превратиться в иссохшего старика и влачить жалкое существование, высасывая силы из девиц. Если бы молодым оставаться, тогда другой разговор. А так… — говорю как есть.

Судьба папаши меня не прельщает.

— Ох, не пожалей потом, племянник, а то поздно будет, — грозит мне скрюченным пальцем.

— А чего жалеть? Отец тоже не спасся. Что с ним произошло? Не знаешь, часом?

— Отчего же, знаю. Из-за этой девицы он и умер.

— Из-за меня? — Неждана, с откровенным страхом взиравшая на старую ведьму, заметно бледнеет.

— Из-за тебя, ягодка, из-за тебя, сахарная. Опоздал царь с уплатой долга. На целый год опоздал. А без свежей кровушки умер мой братец. Вот так-то. Ждал соколик, ждал, да не дождался. Он бы мог сам девицу отыскать в соседнем селении. Да в последнее время совсем ослаб. Так и умер, — вздыхает ведьма и даже пускает слезу, но глаза смотрят безжалостно, на самом деле плевать она хотела на своего родственника.

— Ясно теперь, — киваю. — А может, ты знаешь, куда старик свои сокровища запрятал?

В ответ старуха качает головой.

— Вот чего не знаю, того не знаю. Эти тайны братец никому не открывал. Золото для него самая что ни на есть главная ценность. Так что не ведаю.

— Жаль… Ну и на том спасибо. А то я голову сломал, как мог умереть мой бессмертный батюшка. А тут вон оно что… Спасибо, тётушка, — кланяюсь старой ведьме.

Она благосклонно кивает. Любит, когда к ней с уважением. А если не поблагодарить и не поклониться, тогда может и проклясть до седьмого колена. Она такая.

Глава 16

Вечером мы целовались с Гордеем. По-настоящему, как жених и невеста. Сладко-сладко и долго-долго!

А ночью мне приснились сокровища старого Кощея. Они спрятаны в одном из коридоров подземелья.

Я знаю, что Гордей облазил все ходы вдоль и поперёк, но ничего не нашёл. Но на то он и клад заговорённый, чтобы в руки не даваться.

Открыв глаза, сразу же вспоминаю про тёплое свечение, в одном из коридоров. Думаю, что без труда отыщу, в каком именно его видела. Там-то и запрятал старый колдун свои денежки.

И что теперь делать? Рассказать Гордею? При мысли об этом сердечко сжимает тоска. Эх… Коли расскажу, молодец ведь уедет. Сам сказал, что не хочет прозябать в лесной глуши и мечтает вернуться в город заграничный, где шумно и весело.

Вот только каково будет мне без него? Он такой… Красивый, умный, заботливый… И пусть, забота его показная, как кот говорит, но ко мне никто и никогда так не относился. Гордей первый был ласков, не ругал, не принуждал ни к чему.

Эх… А как хорошо было гулять с ним по лесу, пить чай в саду, слушать его мудрёные истории! Неужели вот так всё закончится, и он уедет, оставив меня одну?

Умом понимаю, что всё складывается замечательно, лучше не придумаешь. Останусь жить в замке в тепле и сытости, про тяжёлую работу позабуду, обидеть меня тоже никто больше не сможет, ведь посторонним сюда не пробраться. Да и кто решится, ведь это владения колдуна! Но сердце глупое своей выгоды не понимает, к темноокому молодцу тянется, забыв про гордость.

Но делать нечего. Не зря мне сокровища приснились. Видно, пришла пора найти их, и принять свою судьбу.

Мелькает мысль, скрыть всё от Гордея, сделать вид, что не знаю, где искать наследство Кощея. Тогда молодцу ничего не останется, кроме как жить здесь со мной. Но живо гоню соблазн прочь.

Нет, так не пойдёт! Нельзя с обмана начинать, не дело это! Пусть уж уезжает и будет счастлив. Ну а я… А я переживу.

Утром чуть свет отправляюсь искать Гордея. Ладошки холодеют, сердце сжимается, а по спине бежит дрожь. Но всё равно иду, готовясь рассказать свой сон.

Пусть, так надо…

Он уедет, а я буду долгими ночами вспоминать его сладкие поцелуи…

Слёзы сами собой набегают на глазах, но я решительно смахиваю их рукой. Пусть!

К опочивальне молодого хозяина замку подхожу едва дыша. Несколько минут стою, не в силах постучать. Прикрываю глаза, делаю глубокие вдохи.

Неожиданно дверь распахивается сама собой.

— Ты ко мне пришла, ягодка? Я почувствовал… — на пороге стоит Гордей и протягивает мне руку. — Проходи…

Принимаю его ладонь, впиваюсь в неё пальцами, не в силах насытиться теми чудесными ощущениями, что дарят его прикосновения.

— Я всю ночь о тебе мечтал, и ты пришла, — продолжает, улыбаюсь мне ласково. — Останешься со мной? Станешь моей женой? Будешь моей по-настоящему, желанная?

Замираю, распахнув глаза, слушаю, как гулко грохочет сердце.

Ведь хочу! Ох, как хочу, больше жизни! Но не могу обмануть. Не хочу с ним лукавить.

— Погоди… Я пришла сказать… Я знаю, где сокровища Кощея, — сразу выдаю, срывающимся голосом, чтобы не передумать.

Молодец замирает, глядя мне в глаза. А потом вдруг улыбается, открыто так широко.

— Не нужны мне его богатства! Я передумал. Мне ты нужна, и ни на какие деньги я тебя не променяю. Я ведь люблю тебя. Отвечай, ягодка, будешь моей женой?

— Буду, — говорю твёрдо, не сомневаясь ни одного мгновения.

Вот только поверить никак не могу, я ведь и мечтать об этом не смела.

— Тогда иди в объятия и поцелуй, — молодец притягивает меня к себе.

Не сопротивляюсь, подаюсь к нему, обвиваю его шею руками, подставляю губы.

Вот теперь я счастлива. Ведь тоже люблю его больше всего на свете.

***

А сокровища мы всё же отыскали. Они прямо там и лежали в самом первом коридоре, подходи да бери. Только их никто кроме меня не видел. И в столице заграничной побывали, и ещё много где. Гордей хотел показать мне белый свет со всеми его чудесами.

Потом вернулись в наш замок, где и сейчас живём. Нам ведь теперь не до путешествий, потому как вместе с любимым мужем с нетерпением ждём появление на свет первого наследника. Уже недолго осталось, к лету будем держать на руках нашего малыша, а там, глядишь, родим ему брата, или сестрицу.

Оберег для разбойника

Оберег для разбойника

Я простая девчонка без роду, без племени. Выживаю как могу, зарабатываю гаданием на базаре. Повстречался мне как-то добрый молодец. Не простой, ох не простой! Ни на кого не похожий. Вот только понять не могу, кто он. Может, разбойник, а может, князь…