Страница 4 из 64
Глава 2
Москва, Лубянка
Долго мы с Андроповым, в общем, беседовали. Как бы часа не полтора — по субъективным ощущениям.
Ясно, что это не тот собеседник, при котором стоит смотреть на часы, чтобы точно знать, сколько времени прошло. Это для него оскорбительным может показаться, учитывая его статус и разницу с моим…
По некоторым моим предложениям, по семеноводству тому же, или по предложению вводить как можно больше птицефабрик в строй, чтобы обеспечить население диетическим куриным мясом, никаких вопросов у Андропова не было. Ну там, в принципе, достаточно подробно было мной всё расписано. Да и ничего революционного, на самом деле, и не было в этом. Не ускоримся со своими семенами, тогда, как и в моем будущем, подсядем на западные семена крепко. Ну а что касается птицеводства… Не зря же Америка все рынки, до каких может дотянуться, заваливает своими бройлерами. Птицеводческие комплексы и в самом деле высокорентабельны, если делать всё по уму. И для Америки самой хватает, и для множества других рынков. В девяностых годах американцы надолго захватят и российский рынок в том числе.
И окупается птицеводство очень быстро, помнил из будущего, что это самый выгодный бизнес в животноводстве, чтобы быстро деньги вложенные отбить. От шести до девяти месяцев, говорили знакомые бизнесмены. По свиноводству — уже два-три года, а по коровкам — больше пяти, если вообще сможешь свое вернуть… Это самый рискованный бизнес…
Так что Андропову тут полностью всё было очевидно. Больше дешёвого мяса — больше довольных советских людей, меньше проблем у советской власти, правда же?
Правда, для мощного развития птицеводческих комплексов комбикорм нужно обеспечить в нарастающих пропорциях. Но в чём проблема? И с этим, если задаться целью, можно справиться — это тебе не пищевое зерно на не очень приспособленных для этого землях пытаться вырастить… Для комбикорма, как раз, угодий в СССР полно…
Ну а ряд составляющих комбикорма, таких как рыбная мука или известняковая мука, — вообще не проблема для Советского Союза, учитывая мощный рыболовецкий флот и огромное количество минералов на собственной территории.
Но всё же, наконец, наша беседа подошла к концу. И Андропов в конце неё выглядел очень задумчиво. Помедлил даже с полминуты, прежде чем всё же завершить её. Как будто вспоминал, не забыл ли о чем-то меня спросить.
— Спасибо, Павел Тарасович. — сказал он, кивнув мне. — Думаю, очень продуктивно мы с вами пообщались. Причем на тему, которая для меня достаточно сложна. Будем думать над вашими предложениями.
И генерал мне на прощание тоже молча кивнул.
Фух, времени побольше заняло, чем я ожидал, конечно. Но вроде бы разобрались со всеми вопросами, что у председателя ко мне возникли по проекту. Надеюсь, в очередной раз дергать не будут.
Выйдя в коридор, сразу глянул на часы. Ну вот, как и ощущал — полтора часа просидел в кабинете. Эх, я так и опоздать могу на стрельбище…
Румянцев тут же меня вниз, в гараж, повёл. Помалкивал, пока метров тридцать не прошли. Потом встревоженно спросил:
— Ну как оно всё, по твоим ощущениям, прошло?
— Да вроде достаточно дружелюбно пообщались, Олег Петрович, — пожал плечами. И на всякий случай, если Румянцев вдруг имеет планы со мной ещё пообщаться, мало ли ему интересно узнать, о чем со мной Андропов разговаривал, озабоченно сказал, покачав головой:
— Блин, я думал, мы раньше закончим. Я уже практически на стрельбище опаздываю.
— Сейчас, Паша, посадим тебя в машину — и помчишься, — сразу отреагировал Румянцев. — Попрошу побыстрее тебя домой доставить…
Как я и надеялся, ускорились. Спустились быстро вниз. Сел в ту же самую белую «Волгу», на которой приехал, с закрытыми шторками, и поехали.
В этот раз уже не высматривал, едет там за нами кто‑нибудь в сопровождении или нет. Решил прокрутить в голове ещё раз беседу с Андроповым.
Всё же жёстко у них дисциплина в комитете поставлена. За полтора часа беседы тот генерал, который сбоку сидел, ни словом не обмолвился. А ведь наверняка у него тоже какие‑то вопросы ко мне могли быть. Но нет, изображал из себя манекен в форме при высоком начальстве…
Москва, Лубянка
Ивлев ушёл, и Андропов сразу же посмотрел на Вавилова, который с облегчением снял марлевую повязку с лица.
— Ну, Николай Алексеевич, что скажешь?
— Вот честно скажу, Юрий Владимирович, не особо я силен в этом сельском хозяйстве. Правда, теперь, наверное, после этой беседы начал чуть больше понимать. И мне, на мой взгляд, дельными кажутся большинство предложений от Ивлева. Тем более что да, видел я лично эти самосвалы, из которых зерно прямо на дорогу сыплется, и никого это абсолютно не волнует. И другого разгильдяйства полно, за которое мы полновесными долларами платим, закупая зерно у американцев и канадцев. Очевидно, что не хватает у нас твёрдой руки в сельском хозяйстве. И смётки хозяйственной, как у Ивлева. Он же прав… Тут ручеёк остановим зерна, который падает из самосвала на дорогу из-под колёс, а там запретим гнилое зерно в элеватор сваливать вместе с отборным, в результате чего и отборное зерно тоже загниет, — и не нужно будет ничего больше за рубежом закупать, своего всего хватит. И объединение это колхозов и совхозов в более крупные единицы…. Как он там их назвал? Агрохолдинги? Разумная же вещь. Правильно Ивлев сказал: откуда в стране взяться сотням тысяч талантливых руководителей колхозов, совхозов и других управленцев на селе? Мы же с вами знаем, что у нас и на крупный завод иногда нет таланта, чтоб поставить. И что талант действительно попробуй ещё найди…
Андропов, вне обыкновения, помалкивал, и Вавилов понял, что для председателя действительно важно услышать, что он думает по итогам этого разговора с Ивлевым. Так что продолжил рассуждать:
— Ну и что касается проверок… Да, десятки тысяч проверок мы не потянем. И МВД не потянет. Это надо парализовать все остальные сферы деятельности, что недопустимо. А значит, посевная начинается, а большинство хозяйств ещё и не почесалось технику в нужное состояние привести, чтобы как следует все посеять. Знают, что в каждый колхоз и совхоз с проверкой не приедут, нет столько просто проверяющих, на авось рассчитывают проскочить…
В общем, на мой взгляд, сугубо как не специалиста в этой теме, я бы сказал, что толковые предложения Ивлев сделал.
Андропов помолчал, потом сказал:
— Ну что же, моё мнение в целом тоже такое же. Хотя некоторые вещи, конечно, на более высоком уровне озвучивать невозможно. Как про ту же бабку со свиньями как способ решить проблемы советских граждан с жильем и решить демографическую проблему.
Андропов даже и усмехнулся, когда это сказал. Вавилов, конечно, целиком был с ним согласен. Это Ивлев себе позволяет свободно такие вещи обсуждать — по имеющейся с ним договорённости, что он открыто всё будет говорить, что ему в голову приходит, не руководствуясь соображениями уместности и идеологической правильности.
Но, увы, даже разумные вещи не везде можно озвучивать. Стоило только Вавилову представить, как Андропов аргументы Ивлева про бабку, выращивающую свиней, на Политбюро озвучит, как тут же его холодок по коже пробил. Да за такое тут же обвинят в попытке вернуть НЭП, отклонение от генеральной линии партии пришьют, и остальные члены Политбюро тут же немедленно Андропова за это и заклюют. Так что да, некоторые моменты из проекта Ивлева просто по политическим причинам использовать нельзя.
Где‑то с полминуты ещё помолчали. Андропов о чем-то думал, напряжённо сжав губы в плотную линию. Затем сказал Вавилову: