Процесс

Он ударил кулаком по столу, но без гнева, с ледяной уверенностью.

- Наша сила не в лобовой атаке. Наша сила в том, чтобы сделать эту победу для них бессмысленной. Мы не пойдем на штурм. Мы осадим крепость, сожжём все подвозы и отравим колодцы. Пусть сидят там со своим «Процессом», отрезанные от мира, в стране, которая будет десятилетиями полыхать вокруг них. Их упрямство станет их тюрьмой.

Он обвёл их обоих тяжелым взглядом.

- Мы выигрываем время. Мы можем заставить их десятилетиями топтаться в песке, отбиваясь от партизан и латая дыры в собственной империи. Они будут цепляться за прошлое. А мы… мы инженеры. Мы перестраиваем реальность. И наша ближайшая задача, обрушить одну страну и взорвать другую изнутри, чтобы заморозить ад под песками. Цена вопроса - всё. Начинайте оперативную разработку сегодня же.

Ренсом и Кроули молча кивнули. Вопросов не было. Они вышли из кабинета, оставив Пирса одного.

Он снова подошел к окну. Дождь усилился. Где-то там, за тысячами миль, под палящим солнцем другой части света, лежал предмет его самых мрачных раздумий. И он только что санкционировал скрытую мировую войну, чтобы не дать этому предмету вырваться на свет.

Игра вступила в свою самую опасную фазу. Фазу реализации.

Глава 6.

Март 2011 года. Командный центр операции «Рассвет Одиссея».

Помещение центра было наполнено гулом серверов и немой напряжённостью. На гигантских экранах в реальном времени танцевали огненные узоры: данные с БПЛА, цели, утверждённые зелёным, поражённые — кроваво-красным. Сэр Джереми Пирс наблюдал за этим цифровым балетом уничтожения с каменным лицом.

- «Волк-2» подтверждает: ракетный склад у Сирта уничтожен…

- Пропустите, — тихо прервал Пирс. — Что по вторичным целям? Сектор «Дельта».

Офицер кивнул.

- Сектор «Дельта». Группа «Альфа» выполняет заход. Основная цель - командный пункт в районе водозаборной станции №17. Используются высокоточные боеприпасы с проникающей частью.

На экране выделился квадрат карты — восточная пустыня. Не командный пункт. Узел управления и насосные агрегаты Великой рукотворной реки.

Пирс видел, как цель была утверждена. Зелёный значок сменился красным. Где-то за тысячи километров, в ливийской ночи, с крыла носителя отделилась управляемая бомба.

- Вторичная цель поражена. Высокая эффективность. Зафиксированы значительные сопутствующие разрушения инфраструктуры.

Пирс отвёл взгляд на новостной канал BBC. Диктор говорил:

«…союзники наносят высокоточные удары по военной машине Каддафи, минимизируя потери среди мирного населения. Наша цель — защитить ливийцев…»

Затем, сюжет из паба. Молодые люди с пивом:

- Ну, и дают этому Каддафи!

- Да ему бы только нефть качать. А что они там ещё ломают, эти трубы?

- Да хз, какая-то ирригация. Но раз наши бомбят, значит, там были солдаты.

Они вернулись к своему пиву. Им было невдомёк. «Вторичные цели». «Сопутствующие разрушения». Слова-призраки, скрывавшие истинную цель: перерезать пуповину, связывающую древний ужас с поверхностью.

Капитан обернулся:

- Сэр, поступает запрос на подтверждение целей в секторе «Гольф». Ещё один узел гидросистемы. Утверждаем?

Пирс на мгновение зажмурился, а затем открыл глаза. В них не было ни сомнения, ни триумфа.

- Утверждаем. Все цели в секторе «Гольф». Полное уничтожение функциональности.

Он сделал то, для чего его сюда прислали. Он превратил гениальное инженерное сооружение в груду металлолома и бетона. Теперь России потребуются годы, чтобы просто расчистить завалы.

На экране телевизора диктор улыбался, рассказывая о благотворительном марафоне. Никто не вспоминал про трубы в пустыне. Война за реальность продолжалась, и её самый важный удар остался незамеченным.

А где-то в ливийской глубинке, уцелевшие российские специалисты в своих психоблокирующих шлемах смотрели на зарево пожаров над разрушенными насосными станциями. Они молчали. Они всё понимали. Игра только начиналась. Они оставались. Потому что отступать было некуда. То, что они нашли, не отпускало.

Пирс вышел из душного центра в прохладный коридор. Его миссия здесь была завершена. Цена была уплачена. Они выиграли время, обрушив чужую страну в хаос. Что они будут делать с этим временем — он не знал.

Знало только молчание под песками, которое теперь было надёжно прикрыто свежими руинами, созданными его собственными решениями.