Страница 413 из 2474
«Это угроза?»
«Просто… просто будьте осторожны».
Линия прервалась. Она повесила трубку. Он взглянул на экран, чтобы убедиться в этом.
Это было плохо.
Официант подошел с обедом, и Рот бросил на него уничтожающий взгляд. «Спишите с моего счета», — сказал он, поднимаясь.
На улице, на Беркли-сквер, лил дождь. Что-то было не так.
Ада приняла все меры предосторожности. Русские не должны были её найти.
Он потратил столько лет, пытаясь убедить русских в наличии у них двойного агента в Лондоне, что проигнорировал признаки реальной утечки.
Конечно, он заметил. Он предпринял шаги, чтобы найти его. Он передал ложную информацию через сеть и ждал, пока она просочится обратно. Он установил слежку за каждым источником, каждым агентом, каждым агентом в городе, включая Тенета.
Этого оказалось недостаточно. Тот, кто сливал информацию в Лондоне, только что перешёл на уровень экзистенциальной угрозы.
И Рот понятия не имел, где его искать.
OceanofPDF.com
83
Андрей Суворов услышал выстрел из конференц-зала, и выражение его лица было больше похоже на рычание. Он встал и направился к двери. Его секретарша сидела за столом.
«Катрина», — сказал он.
Она посмотрела на него. «Всё готово».
Он прошёл по коридору к комнате, где находилась Тенет, и велел ей открыть. Она посмотрела на него и замерла в нерешительности.
«Продолжай», — сказал он.
Она вынула ключ из кармана, вставила его в замочную скважину и повернула. Затем остановилась.
«Открой», — сказал он.
Она толкнула дверь и тут же отступила назад.
«Такой пугливый», — сказал он.
«Простите, сэр».
Он протиснулся мимо неё в кабинет. Увидев беспорядок, он почувствовал лёгкое головокружение. Тело Тенета было откинуто назад в кресле, словно у измученного спящего человека, руки свисали по бокам, ноги были раскинуты под столом. Голова свисала со спинки кресла, лицом к потолку.
За его спиной на стене виднелись красные брызги, словно кто-то на секунду распылил краску из баллончика. На полу виднелась лужа крови, осколки черепа и немного мозга.
«Какой беспорядок», — сказал он, оглядываясь на дверь.
Секретаря на месте не было.
Он подошёл к телу и осмотрел его. Без сомнения, без права на ошибку: перед ним был Ричмонд Тенет, доверенное лицо Леви Рота, мёртвый, как карп на рыбном рынке. Тенет и Рот были ближе, чем просто близки, на самой вершине американского шпионажа, и они были там с самого начала. Они замышляли не только свержение президента Молотова, но и подчинение всей российской нации прихотям и капризам американских интересов. Будь их воля, Россия стала бы всего лишь вассальным государством, Чечней, Дагестаном, Ингушетией.
Суворов облизал губы языком. Он наклонился над головой Тенета и посмотрел в безжизненные, змеиные глаза своего убитого врага. Они смотрели на него, не дрогнув.
«Катрина!» — рявкнул он. Он вышел в коридор и увидел её стоящей у стола, уставившейся в стену. «Позвони», — сказал он. «Позови Леви Рота. Хочу ткнуть его носом в это дерьмо».
Она посмотрела на него, удивлённая этим приказом. Не каждый день член «Мёртвой руки» просил о встрече с директором ЦРУ.
«Сделай это», — сказал он.
Она достала телефонный справочник. Позвонить напрямую было нельзя, и ей нужно было уточнить процедуру. Ожидая, Суворов снова облизнулся.
Он задавался вопросом, помнит ли его Рот.
Как он это сделает? Это было бы слишком. Прошло столько времени, сорок лет, а Суворов был такой незначительной фигурой. Тогда он был совсем другим человеком, насекомым, занимающим самую нижнюю ступеньку лестницы КГБ — шофёром, сусликом, телохранителем. Однажды он подтер задницу своему начальнику, когда тот был слишком пьян, чтобы сделать это сам. Он взял использованный презерватив из руки того же начальника и выбросил его в мусорку. В то время Рот и Тенет были полноценными агентами, руководили операциями, работали с источниками, подстрекали людей к убийствам. У них не было времени на такого таракана, как Суворов.
«Ну?» — нетерпеливо спросил он Катрину.
«Вызов должен быть сделан оператором службы. Я сейчас подам заявку».
Суворов засунул руку в нагрудный карман и достал очень длинную, очень толстую кубинскую сигару.
"Как долго это займет?"
«Не знаю, сэр. Скоро».
«Я ждал сорок лет, — сказал Суворов. — Пожалуй, подожду ещё немного».
Он направился в свой кабинет, попутно закуривая сигару. Дойдя до двери, он остановился и повернулся к Катрине.
«Ой, дорогая, убери тут беспорядок, пожалуйста».
Её лицо побледнело, казалось, она вот-вот расплачется при этой мысли, и он, закрывая дверь, позволил себе ещё одну презрительную усмешку. «Правду они сказали», – подумал он, опускаясь на стул и с жаром попыхивая сигарой.
На самом деле, нет ничего слаще вкуса мести.
Он курил и уже наполовину выкурил сигару, когда зазвонил телефон.
Он откинулся на спинку сиденья и поднял трубку.
Это был американский голос, говоривший по-английски: «Пожалуйста, подождите, директор Рот».
Он подождал. Последовала пауза, затем щелчок, и он не был уверен, установилось ли соединение. «Алло?» — спросил он.
Когда голос ответил, он был именно таким, каким он его помнил: «Это Рот».
«Леви Рот», — сказал Суворов, почти в благоговении от того, что привлек его внимание.
"Кто это?"
«Я уверен, ты никого не помнишь».
«Если это какая-то игра».
«Это не игра, Леви. Ты же знаешь, это не игра».
Рот ничего не сказал.
Суворов пососал сигару, и на губах его застыла презрительная усмешка. «Знаешь, — сказал он, — мы с тобой на самом деле очень старые друзья».
«Я в этом очень сомневаюсь».
«Ты, конечно, не помнишь. А зачем? Ты был занятой человек».
«Я не понимаю, о чем ты говоришь».
«Конечно, нет, хотя, не знаю, может быть, у вас остались какие-то воспоминания».
«Воспоминание о чем?»
«Такой важный период в вашей жизни. Я бы рискнул назвать его… поворотным ».
«Лучше начни говорить осмысленно, иначе я повешу трубку».
«Там был водитель. Ты должен это помнить».
«Всё. Я вешаю трубку».
«Все эти тайные связи в грязных пабах. Все эти полуночные вывозы. Кто-то же должен был доставить Грегора Горького из пункта А в пункт Б».
«Григор Горький?»
«Только не говори мне, что ты его тоже забыл».
«Нет», — сказал Рот, и впервые Суворов почувствовал, что все внимание мужчины сосредоточено на нем. «Я не забыл Горького».
«Рад это слышать, Леви. Ведь как его водитель, его камердинер, я был к нему ближе, чем кто-либо другой».
«Подождите минутку», сказал Рот.
«Вот именно», — сказал Суворов, кивнув головой только себе.
«Водитель. Тот, который не мог говорить».
«Я мог бы говорить».
«Вам нужна была машина».
«Я это преодолел».
«У тебя была дыра в горле».
«Теперь все зажило, уверяю вас».
«Чёрт возьми», — сказал Рот. «Кажется, я слышу это по твоему голосу. Они сказали, что ты сам себя наказал».
«Они много чего наговорили, Леви. Уверяю тебя».