Страница 236 из 2474
Она очень хорошо помнила, что произошло дальше.
Она смотрела на себя в зеркало, пытаясь очистить свой разум от любых потенциальных ловушек, которые мог скрывать этот парень.
Она знала, что он, возможно, женат.
Она знала, что он может быть бабником.
Она знала, что у него может быть множество странных сексуальных фетишей, и что если она пойдет с ним домой, то может не заметить, что что-то не так, пока не станет слишком поздно.
Подкрасив губы и бросив последний взгляд в зеркало, она приказала себе перестать волноваться. Каждый парень был рискованным. Любой из них мог разбить ей сердце. Любой из них мог причинить ей боль. По крайней мере, она решилась на этот шаг с тем, кто ей нравился.
Она уже собиралась уходить, когда стоявшая рядом с ней женщина, привлекательная женщина примерно ее возраста, с темными волосами, настолько гладкими, что казались почти прозрачными, заговорила с ней.
«Если вы думаете, что он слишком хорош, чтобы быть правдой, — сказала женщина, — вы правы».
Агата удивлённо посмотрела на женщину. «Простите?» — спросила она.
Женщина оглядела ванную комнату, чтобы убедиться, что они одни, затем наклонилась ближе.
«Поверьте мне, — сказала она. — От одной девушки к другой, вы не захотите идти домой с этим мужчиной».
Агата растерялась. Она не знала, что сказать. Кем себя возомнила эта женщина в дорогом пальто Burberry и шарфе Hermes?
Агата собиралась возразить, но женщина ушла.
Когда Агата вернулась к своему столику, она оглядела комнату в поисках женщины, но не увидела ее.
Она закончила трапезу с мужчиной, и когда пришло время решать, позволить ли ему отвезти ее домой, в последнюю минуту она решила не идти с ним.
Лишь несколько месяцев спустя она увидела его фотографию в базе данных полиции. Его тело было обнаружено на Рижской верфи. Судя по всему, это было типичное российское убийство. Он был отравлен «Новичком», бинарным химическим веществом, которое, как известно, было разработано Российским государственным научно-исследовательским химическим институтом. Это был практически фирменный знак для убийств, совершённых Кремлём.
Агата изучила остальную часть досье и увидела, что мужчина действительно находился под наблюдением латвийских властей. Его подозревали в связях с ГРУ, и он добыл компромат на ряд женщин-сотрудниц латвийской разведки.
Из-за того, что сказала ей та женщина в ванной, Агата, похоже, чудом избежала участи стать одной из таких женщин.
Агата просмотрела остальную часть дела и обнаружила видеозапись. Место, где было обнаружено тело, находилось под видеонаблюдением. Хотя само убийство не попало на камеру, была видеозапись того, как предполагаемый убийца покидает место преступления.
Когда Агата смотрела запись, она от шока опрокинула чашку с кофе. Она не сомневалась в том, что видит.
Женщина в длинном пальто Burberry, на лице у нее накинуто что-то очень похожее на шарф Hermes.
Это была женщина из дамской комнаты в ресторане. Агата была в этом уверена.
И она думала, что на этом история бы и закончилась, если бы женщина не подошла к ней во второй раз. На этот раз, как и в первый, это произошло в дамской комнате дорогого рижского ресторана.
«Нам действительно нужно прекратить подобные встречи», — сказала женщина.
Агата была ошеломлена.
«Вы агент ГРУ», — сказала она. «Я видела кадры с верфи».
Женщина кивнула.
Агата не поняла. «Зачем ты мне это рассказал? Если я кому-нибудь расскажу, твоё прикрытие будет раскрыто. Твоя жизнь будет в опасности».
«Я не думаю, что ты кому-нибудь расскажешь», — сказала женщина.
Агата покачала головой. «Ты зря тратишь время», — сказала она. «Если ты думаешь, что я продам свою страну, ты глубоко ошибаешься».
«Я не пытаюсь вас вербовать», — сказала женщина.
«Тогда что вы пытаетесь сделать?»
«Я за тобой наблюдала», — сказала женщина. «Ты в списке ГРУ».
«Все есть в списке ГРУ», — сказала Агата.
Женщина кивнула. Они обе смотрели в зеркало, и женщина посмотрела Агате прямо в глаза. «Я думала…» — сказала она, затем замялась.
«Ты думал?»
«Может быть, я подумал, что у нас с тобой есть что-то общее».
«О, ты это сделал?»
«Да, я это сделал.
«Это ловушка», — сказала Агата.
«Если бы я хотел тебя поймать, я бы позволил этому уроду затащить тебя в постель. У него в спальне было больше камер, чем в порностудии».
Агата не знала, что сказать. Это было бессмысленно. Эта женщина была русской, и всё же она пошла на риск, подвергнув себя риску, лишь чтобы защититься от ещё одного русского шпиона.
«Что здесь на самом деле происходит?» — спросила Агата.
«Я думал, мы могли бы быть…».
" Да ?"
"По сути…".
«Что по сути?»
«Я подумала, что мы могли бы стать друзьями», — сказала женщина.
Агата посмотрела на нее, на ее уязвимость, на легкий румянец на щеках.
«Ты, должно быть, сошла с ума», — сказала Агата.
Женщина выгнула бровь. «Правда?» — спросила она.
«Друзья? Что это, как вы думаете? Старшая школа».
«Расскажи мне, в чём здесь настоящая битва, — сказала женщина. — В какой настоящей войне мы ведём войну?»
«Та же война, в которой мы всегда участвовали».
«Именно так», — сказала женщина. «Самая древняя война из всех».
«Вы ведь не о холодной войне говорите?»
Женщина покачала головой. «Адам и Ева, милочка. Вот так нас и будут трахать. Попомни мои слова».
«Итак, вы говорите…».
«Я просто хочу сказать, что иногда полезно, чтобы кто-то за тобой присматривал».
«Итак…» — сказала Агата, «то, что ты предлагаешь…».
«Я вас ни о чём не прошу, — сказала женщина. — Просто говорю, что нахожусь в вашей стране нелегально. У меня нет дипломатического прикрытия. Я получаю приказы из анонимной банковской ячейки, а затем соблазняю влиятельных людей и шантажирую их. Это лишь вопрос времени, когда я попаду в беду».
«Мне не положено вести этот разговор», — сказала Агата.
Женщина кивнула. «Тебе не положено вести этот разговор», — сказала она. «Мне вообще не положено существовать».
«Чего ты от меня хочешь?» — спросила Агата.
«Не знаю», — сказала женщина. «Я просто знаю, что иметь друга не помешает. Я не прошу тебя предать свою страну ради меня. Я просто говорю, что в моей работе мне было бы полезно, если бы ты тоже не предавал свой пол».
«Мой пол?»
«Мы, девочки…», — сказала женщина.
«Надо держаться вместе», — тихо сказала Агата.
Женщина надушилась. Она не выглядела слабой. Она не выглядела испуганной. Скорее, она выглядела свирепой.
Но Агата понимала, что говорила. Порой она чувствовала себя изолированной, и это при том, что она была в своей стране, работала на своё правительство, делала то, что должна была делать.
Эта женщина действительно была совсем одна.
«Послушайте, — сказала женщина. — Вы уже видели, как я могла вам помочь. Я не продавала вам государственные секреты. Я не меняла курс мировой геополитики.
Я просто…».
«Поддержал меня».
Женщина кивнула.
Агата тогда не понимала, что делает. Никогда в жизни ей не пришла бы в голову мысль о такой сделке, особенно с агентом ГРУ.