Страница 216 из 2474
Она открыла окно и прислушалась к звукам леса.
Было жутко тихо, и холодный туман поднимался от земли, словно пар над зимним озером.
По обеим сторонам трассы земля поднималась, а впереди местность становилась все мягче и грязнее.
Моросящий дождь, продолжавшийся все утро, прекратился.
Она вышла из машины и проверила свой табельный пистолет Glock 17. Он был заряжен, и она сняла предохранитель.
Нападения волков были редки, но в тех краях случались, но она боялась не волков.
Она подошла к задней части машины и открыла багажник. Там был пластиковый кейс, который она открыла, доставая бинокль и один из тех старых GPS-навигаторов, которыми пользовались туристы до того, как телефоны стали повсеместными.
Она положила оба в куртку и пошла дальше по тропе. Она не знала, что именно там надеется найти. Самолёт мог быть в двадцати метрах от неё, среди деревьев, и она бы его не увидела. Но она не была готова возвращаться в Ригу. Ей нужно было найти что-то конкретное, чтобы показать Кузису.
Тот, кто переназначил подразделения мониторинга, должен был знать, что происходит, а эти люди не слушали таких, как Агата, пока у нее не было чего-то конкретного, что она могла бы им показать.
Она шла осторожно, останавливаясь каждые десять ярдов и прислушиваясь. Она никогда не любила дикую природу, а близость к русской границе делала каждый треск ветки, каждый скрип дерева ещё более зловещим.
С небольшого возвышения на дороге она разглядела просвет в деревьях справа от тропы. Она съехала с дороги и стала пробираться сквозь ветви, которые, казалось, цеплялись за её кашемировое пальто, словно намеренно пытаясь его порвать. Добравшись до поляны, она увидела, что это на самом деле другая, более узкая тропинка. В грязи виднелись свежие следы шин.
Они выглядели так, будто их оставил после себя кроссовый мотоцикл с толстыми шинами.
Она пошла по тропинке, которая, насколько она могла судить, вела на восток. Тропа привела её наверх, и сразу за следующим хребтом она увидела небольшое деревянное строение.
Это было похоже на навес для машины, с открытыми стенами и плоской крышей. Сверху была натянута камуфляжная сетка, чтобы скрыть его сверху, а внутри стояли деревянные полозья с большими ящиками на них.
Агата тут же опустилась на одно колено и выхватила пистолет. Она прислушалась. Кроме звуков леса, она ничего не услышала.
Она наблюдала за сооружением около десяти минут и не увидела никаких признаков движения.
Она оглянулась в том направлении, откуда пришла.
Это было безумие.
Ей не следовало оставаться там одной. Она даже не позаботилась о том, чтобы Кузис знал, где она.
Там с ней может случиться что угодно, и пройдут дни, прежде чем он придет ее искать.
Строение может принадлежать кому угодно.
Наркоторговцы.
Торговцы людьми.
Браконьеры.
Но что-то подсказывало ей, что это принадлежит российским военным.
Она оглянулась на тропинку, откуда пришла. Она знала, что самым разумным решением будет вернуться к машине и убраться оттуда к чертям.
Но она не могла этого сделать.
Она должна была знать, что происходит.
Она осторожно спустилась по склону к строению. Она попыталась открыть первый ящик. Он был забит гвоздями. Она огляделась в поисках чего-нибудь, чем можно было бы его поддеть. Там были несколько шестидюймовых гвоздей, которые использовались при сборке конструкции, и ей удалось загнать один из них под сосновую крышку ящика. Используя камень в качестве молотка, она ударила по гвоздю и медленно подняла крышку.
Внутри ящика находились деревянные коробки поменьше, и на каждой из них еле различимым шрифтом кириллицы были написаны следующие слова:
Отдел авансового обеспечения
Военно-техническая академия
Санкт-Петербург
Россия
Она вытащила одну из коробок из ящика и открыла крышку. Внутри находились винтовочные патроны калибра 5,45×39 мм – наиболее распространённые патроны, используемые в российской армии. Их использовали как для АК-74, так и для более нового АК-12.
Она проверила следующий ящик, снова поддев крышку гвоздем и камнем, и, конечно же, там находились десятки новых автоматов АК-12.
Подразделение Агаты отслеживало каждую деталь российского вооружения, и она прекрасно знала, что АК-12 был принят на вооружение всего два года назад. В конечном итоге он должен был заменить старый АК-74М, но из-за задержек в производстве новое оружие пока получили только самые важные подразделения.
Приоритет доставки определялся на основании одного фактора.
Вероятность неминуемого боя.
Она знала, что означает складирование оружия именно здесь.
Сердце ее колотилось в груди.
Она открыла следующий ящик, и то, что она обнаружила, было еще более ужасающим.
Ряды аккуратно сложенных переносных гранатометов РПГ-7, а также более совершенных зенитных ракетных установок 9К333 «Верба».
Каждый из них был более чем способен сбить сорокалетний лесной биплан.
В следующем ящике лежала стопка бумаг в запечатанном пластиковом конверте. В конверте лежала карта приграничного района вокруг Зигури в масштабе двадцать пять тысяч к одному.
Она не могла не заметить, что посты пограничного контроля Латвии отмечены на карте красными крестами. Это были те самые позиции, которые, по словам людей в Зигури, как раз в этот момент освобождались.
Она также заметила, что эти карты были на порядок подробнее всего, что она когда-либо видела. Дороги, включая те, по которым она только что проехала и которые не были отмечены в GPS-системе её автомобиля, были размечены так подробно, что специальная разметка показывала, где деревья расположены слишком близко друг к другу, чтобы проехать трёхметровому транспортному средству.
Мосты были обозначены кодами, указывающими материал, из которого они были построены, их официальную грузоподъемность и вероятность того, что они выдержат транспортное средство весом пятьдесят пять тонн.
Агата прекрасно знала, что новый российский танк Т-14 «Армата» весил ровно пятьдесят пять тонн и имел ширину ровно три метра. Опытная партия из ста танков поступила во 2-ю гвардейскую Таманскую мотострелковую дивизию, дислоцированную в городе Калининец к юго-западу от Москвы.
Таманская дивизия была самым титулованным формированием в советской военной истории и самым элитным подразделением в Первой гвардейской танковой армии Западного военного округа России.
В ходе бесчисленных военных учений латвийские военные пришли к выводу, что если Россия когда-либо решит начать молниеносное наземное вторжение, то именно это подразделение они, скорее всего, задействуют. Даже при поддержке региональных сил НАТО танки Т-14 были бы неостановимы и сокрушили бы латвийскую оборону.
Они могли бы быть в Риге за считанные часы, если бы мосты не были разрушены.
Все в дивизии Агаты серьёзно относились к угрозе русского вторжения. Они считали её неминуемой. Они помнили железнодорожные расписания, вероятности маршрутов, грузоподъёмность мостов, боевые порядки подразделений и габариты техники.
Они знали, как будет выглядеть российское наземное вторжение, возможно, даже более подробно, чем офицеры российского Верховного командования.
И это было оно.
Агата посмотрела на карты, ящики, камуфляжную сетку над строением и точно знала, что видит.