Страница 1509 из 2474
– Тс-с-с, – приказывает он. Ее веки начинают опускаться, глаза закатываются – работа почти завершена…
– Отпусти ее.
Лила, схватив нож, приставляет его лезвие к шее Джоны.
Он поднимает на нее глаза.
– Но…
Она надавливает, и крошечная красная бусинка выскакивает на поверхность.
– Убери от нее руки, Джона, – тихо говорит она, – или, клянусь Богом, я убью тебя.
Наконец он ослабляет хватку, и Селия жалобно ахает, ловит ртом воздух, затем сворачивается калачиком с гортанным стоном. Между ее ног – темное влажное пятно.
Джона медленно поднимает окровавленные руки и в отчаянии смотрит на Лилу.
– Это было ради тебя, – бормочет он. – Это все было ради тебя…
– Хватит! – обрывает она его.
Селия бережно держится за горло, поднимает растерянный взгляд на Лилу.
– Все кончено, Джона, – тихо говорит Лила. – Мне все равно, даже если ты никогда не признаешься в том, что сделал. Я знаю правду, никогда больше не буду в этом сомневаться. И для меня этого достаточно.
* * *
Он встает, подходит к балкону и распахивает дверь навстречу мерцающим каплям дождя. Он выходит, и они обрушиваются на него огромным холодным полотном, стекая розоватой жидкостью по всей длине его тела на террасу внизу.
Небо начинает светлеть: скоро рассвет. Он опирается локтями на перила и смотрит на волнистую поверхность воды, дождь свободно струится по лицу.
Его взгляд опускается на улицу внизу, к дереву, под которым он каждое утро останавливался отдохнуть. Моргает, когда видит, что кто-то прячется в тени и наблюдает…
Он снова моргает – фантастическая пепельная фигура исчезает.
Улыбка сползает с лица, пока не становится мимолетной, почти незаметной. Он ждет, безмолвно приоткрыв губы. И сквозь звуконепроницаемую стеклянную стену не слышит тихого женского совещания, не замечает, как Селия ускользает со сцены, чтобы снять с себя обвинения в подстрекательстве, а Лила дочиста вытирает нож, бросает его в угол и готовится к финальному выступлению.
Однако он слышит сирены: сначала такие слабые, что решает, будто они ему почудились, затем они усиливаются, заполняя воздух, как это сделали бы трубы. И благодаря какому-то ухищрению уха и глаза звук неразрывно свяжется с зелеными огнями Джерси, которые медленно гаснут, один за другим. Затем, на одно зачарованное мгновение он задержит дыхание, его дрожащие руки протянутся дальше в темноту, и Джоне покажется, что звук доносится из-за воды, зов спасения, манящий домой.
Он будет готов к встрече с ними, когда они придут.