Современный зарубежный детектив-11. Книги 1-19 [Компиляция

– Но я думала, ты знаешь, что секс был условием! Я думала, ты добровольно согласилась…

– Зачем бы мне вообще это делать? И если это действительно так, почему ты не предупредила меня прямо? Мы обе знаем ответ. Потому что обсуждение этого могло поставить под угрозу твои планы. Поэтому ты молчала и позволила этому случиться. Потому что ты была готова пожертвовать мной.

– Селия…

– Я верила тебе. – Она сердито вытирает слезы. – Была уверена, что мы на одной стороне. Мы пережили одну и ту же травму. Как же мы могли не быть союзниками? Тебя вообще волновало, что Джона изнасиловал и меня? Или я была просто пешкой – катализатором, приведшим в действие твой тайный адский план?

Она видит разгром вокруг себя.

– Убить Курта? – спрашивает она, затем смотрит на Джону. – И выставить его убийцей? – Ее голос был едва слышен. – Даже он этого не заслуживает. Ты превратила его в убийцу, Лила. Ты так же ответственна за смерть Курта, как и он, а может быть, и больше. Ты одна устроила этот кошмар. Если бы я знала, что ты на самом деле запланировала, никогда бы не захотела участвовать в этом. Курт мертв из-за тебя.

– Я не хотела его смерти! – Лила плачет. – Это был несчастный случай…

– Жизнь Курта была риском, на который ты была готова пойти. Сопутствующий ущерб – прямо как со мной.

– Селия, пожалуйста, просто послушай. – Ее взгляд метнулся к Джоне. – У нас не было никаких фактов! Мы обе знали, что он насильник, но у нас не было возможности доказать это. Все, что я сделала, – создала доказательства.

– С помощью лжи? – Селия пристально смотрит на нее. – Ты хоть понимаешь, что натворила? Инсценировала насилие, притворялась, что твой жених регулярно избивает тебя? Тебя волнует, как далеко ты задвинула бы настоящих жертв, если бы эта ложь когда-нибудь выплыла наружу?

– Эта ложь была просто для того, чтобы заманить его в ловушку, – говорит она, взглянув на Джону. – А та запись, которую я сделала… Джона ведь действительно напал на меня. Это произошло; мы просто не уточняем время на видео.

Селия качает головой.

– Ты сфабриковала фальшивые доказательства.

– Я просто создала ему условия! – Лила умоляет. – Все, что я сделала, это дала ему возможность действовать, чтобы в результате собрать улики, необходимые для привлечения его к ответственности.

– Правосудие не может быть построено на лжи, – отрезает Селия. – Это ловушка.

– Селия, пожалуйста! – восклицает Лила. – Мы так близки к тому, чтобы получить то, что хотели…

– То, что

ты

хотела, – парирует та. – А как насчет того, чего хочу я?

– Разве ты не хочешь, чтобы его посадили пожизненно?

– Ты обещала, что я смогу дать показания!

Лила открывает рот, чтобы ответить, но ничего не выходит.

– Я провела годы на терапии, переживая то, что он сделал. Дача показаний стала бы тем финалом, в котором я нуждалась. Мне нужно иметь возможность выступить в суде и рассказать о кошмаре, который я перенесла, и посмотреть мужчине, который изнасиловал меня, прямо в глаза. Я хочу подать пример другим женщинам – показать им, что они не должны бояться выступать вперед и говорить правду! Но как я могу сделать это сейчас? Как я могу давать показания под присягой, не рискуя тем, что все всплывет наружу? Можешь ли ты честно сказать мне, что в твоем гениальном плане все еще есть способ позволить мне дать показания?

Женщины молча смотрят друг на друга.

– Ты такая же мразь, как и он, – шепчет Селия. – Когда ты научишься думать и о других женщинах?

Она подходит вплотную к Лиле.

– Я записала весь сегодняшний вечер, – говорит она, крепко сжимая нож. – Точно так же, как поступила бы ты, верно? – Она колеблется. – Если бы я захотела, могла бы уничтожить тебя, не так ли?

Она изучает Лилу. Ждет.

– Я устала от твоего дерьма, – наконец говорит Селия. – Пришло время положить конец этому кошмару, раз и навсегда. – Затем она достает телефон из кармана платья.

– Селия, пожалуйста! – Лила плачет. – Я хочу, чтобы ты добилась правосудия, которого заслуживаешь. Пожалуйста, умоляю тебя: что мне сделать?

– После всех обещаний, которые ты нарушила? Ничто и никогда не заставит меня снова доверять тебе. – Дрожа, она начинает набирать номер.

– Подожди! – взвизгивает Джона плачущим голосом, и женщины оборачиваются. – А что, если я скажу, что могу кое-что предложить? То, что тебе пригодится.

Селия крепче сжимает нож.

– О чем ты говоришь?

Он облизывает губы.

– Мои пациенты.

– Что? – не понимает Лила.

Он вдыхает.

– Почти все мои пациенты являются жертвами жестокого обращения. Все не должно закончиться так, здесь и сейчас, из-за этого… из-за меня. Я могу дать вам все: их имена, их заметки, их личную информацию, записи их сеансов… все, что вам нужно, чтобы навсегда разрушить жизнь их обидчиков. Вам наверняка хотелось бы заманить этих мужчин в ловушку и добиться для их жертв заслуженной справедливости?

Женщины наблюдают за ним, совершенно неподвижно.

– Ты все еще можешь разобраться с этим иначе, – говорит он Лиле, указывая на тело Курта. – Все еще можешь представить это так, что он был жестоким партнером, а я пришел тебе на помощь и убил его, обороняясь. – Он сглатывает. – Я отдам тебе все, если взамен ты отпустишь меня на свободу.

Он ждет.

– О, Джона, – говорит Лила. – Ты думаешь, я нечто вроде черной вдовы. Но мои мотивы всегда были чисты. Здесь все и закончится, с тобой. И предлагая пожертвовать своими пациентами, чтобы тебе не пришлось расплачиваться за свои преступления, ты только еще больше приговорил себя.

– Вы оба сумасшедшие, – шепчет Селия. – Я должна выбраться отсюда…

Лила внезапно бросается к телефону, и Селия с испуганным криком отскакивает.

– Давай, Селия, – требует Лила. – Просто дай мне телефон…

– Пошла ты, – отвечает та, крепко сжимая его. – Полиция должна разобраться с этим сейчас. И у тебя не будет времени придумать, как выбраться из этой ситуации.

Джона отворачивается, пошатываясь. Его ноги начинают подкашиваться, и он тяжело наклоняется вперед, чтобы удержаться на раздвижной двери.

– Селия, – кричит Лила, – остановись!

Затем едва слышатся отдаленный звонок и голос оператора. Селия начинает говорить – это совершенная имитация Лилы.

– Пожалуйста, помогите мне. Человека ударили ножом. Он… о боже, я думаю, он мертв.

Оператор отвечает, и Селия, выдавливая адрес, добавляет:

– Пожалуйста, поторопитесь. Пожалуйста. – Затем завершает вызов.

– Что скажете? – Ее тон теперь совершенно бесцветный. – Мое выступление произвело на вас должное впечатление?

И тут с резким, прерывистым криком Джона бросается через всю комнату. Он швыряет девушку на пол, телефон и нож вылетают из ее пальцев, а он немедленно забирается сверху, обхватывает руками горло Селии.

– Что ты делаешь?! – кричит Лила.

Он сжимает сильнее, давит, и звук, который издает Селия, превращается в приглушенный хрип, ее глаза широко раскрываются, нежная кожа набухает, краснеет, становится багровой…

– Я убью ее, Лила, – говорит он сквозь стиснутые зубы. – Я сделаю это для тебя.

– Джона! – снова кричит Лила, затем делает глубокий вдох.

Колеблется.

Каблуки Селии бьются в крови с глухим цокающим звуком – звуком животного, куклы. Ее ногти впиваются в спину Джоны, затем, кажется, забывая о своей цели, бессильно царапают воздух. Он морщится от усилия – или это улыбка сейчас дергает его губы?