Современный зарубежный детектив-11. Книги 1-19 [Компиляция

– Я хочу поговорить с Лилой наедине, – продолжил он. – Она должна знать, что совершает огромную ошибку.

Курт приподнял бровь.

– И что же это за ошибка?

– Я видел вас двоих.

– Что? – удивился Курт. – О чем это ты?

– На балконе, – нетерпеливо произнес Джона. – Только что.

– На… – Курт моргнул, затем внезапно рассмеялся. – Вот черт, ты действительно жалкий маленький подонок, да? Скажите мне, доктор Гэбриэл, что именно, по-вашему, вы видели?

– Это не имеет значения, – отрезал Джона. – И я закончил с тобой разговаривать.

Курт ухмыльнулся.

– Что ж, доктор, к сожалению, вы не можете здесь командовать.

– Она тебя не любит! – взорвался он. – Она любит меня. Она уходит, Курт, и я собираюсь спасти ее от тебя.

– От меня? – Курт широко раскрыл глаза и рассмеялся. – Это чертовски невероятно. Поведай мне: что такого я когда-либо сделал Лиле Крейн?

– О, не прикидывайся дурачком. Я знаю все. Я знаю, что ты издевался над ней. Я видел синяки, ссадины.

– Я и пальцем не тронул эту женщину, – возразил Курт. – Никогда не причинял ей боли. Ни разу.

– Я не обязан это слушать. – Джона повернулся с колотящимся сердцем и направился к выходу из кухни. – Лила? – позвал он, пересекая столовую и возвращаясь в большую комнату, где широкая полоса воды мрачно поблескивала сквозь стекло. – Лила?

– Она тебе не ответит, – крикнул Курт сзади. – И она не придет.

Он резко развернулся к нему лицом.

– Почему нет? – потребовал он. – Что ты с ней сделал?

– Я-то думал, психотерапевты должны быть хорошими слушателями, – проговорил он, нахмурившись. – Я же сказал тебе, что ни в чем не виноват. И ничего плохого не сделал.

Они зашли в тупик. Джона облизнул губы, размышляя.

– Если ты не скажешь мне, где она, тогда у меня нет выбора, – пригрозил он. – Я звоню в полицию.

Он вытащил телефон из кармана. В мгновение ока Курт прыгнул вперед, выхватил трубку у него из рук и кинул на пол. Прежде чем Джона успел броситься за ней, Курт поднял ногу и с силой ударил каблуком по экрану.

– Если ты хочешь играть так, я не против.

Джона с несчастным видом уставился на телефон, безвозвратно разбитый вдребезги.

– Ты никому не будешь звонить. Понял? – рявкнул Курт. – Я пытался помочь тебе, чувак, правда пытался. Но ты не стал меня слушать.

Джона пристально смотрел на него, кипя от злости.

– Итак, вот что сейчас произойдет, – заговорил Курт, его высокомерные глаза сверкнули. – Ты будешь стоять там со своим крошечным членом в руке и будешь вести себя хорошо и тихо, пока я позвоню в полицию и сообщу им, что в мой дом проник незваный гость. Да, и еще я собираюсь рассказать им, что ты не просто незваный гость: ты ублюдок-манипулятор, одержимый своей пациенткой, и ты преследовал ее всю дорогу сюда и вломился в ее дом, вторгся в ее частную жизнь и создал угрозу ее безопасности. Тебя арестуют, твоя практика будет уничтожена, ты окажешься в тюрьме, где тебе самое место, и тебя больше никогда не подпустят к Лиле.

Джона сверлил Курта взглядом, лихорадочно соображая. Все обострилось так быстро, теперь ему не удастся справиться в одиночку. Что же предпринять? Должен ли он попытаться добраться до Лилы невзирая на то, что Курт, несомненно, расправится с ним? Или попробовать сбежать, каким-то образом добраться до полиции первым? Но даже если ему удалось бы это сделать, Курту ничего не мешало бы тут же позвонить и привести все в движение; Джона знал – как бы больно ему ни было это признавать, – что у него нет веских аргументов против версии Курта. Если Курт доберется до полиции первым, все будет кончено.

Более того: если он сбежит – разве он фактически не поставит себя выше Лилы, не подвергнет угрозе ее жизнь, чтобы спасти свою? Разве она сможет когда-нибудь простить ему такое предательство? Любая надежда на совместное будущее исчезнет навсегда. Он уже рискнул всем ради нее. Что за жизнь ждет его без нее?

Нет, каким-то образом он должен добраться до Лилы. И ему нельзя позволить Курту позвонить.

Он все взвесил, и у него созрел план. Он снова посмотрел на противника и медленно поднял руки.

– Я все понял и сделаю, как ты хочешь. Хорошо?

– Умный человек. – Он подошел к Джоне. – Нет никакой необходимости доводить все до крайности, верно? – Курт слегка отвернулся и полез в карман за телефоном.

Джона собрался с духом.

И как только Курт нашел телефон и перевел взгляд, Джона сжал руку в кулак, отступил назад и сильно ударил его в нос. Раздался тошнотворный хруст. Мужчина со стоном отшатнулся, мобильный отлетел по полу в дальний угол. На мгновение Курт согнулся, прижав ладонь к разбитому носу, из которого обильно лилась кровь.

Затем его могучие мускулы напряглись под рубашкой, он выпрямился и повернулся лицом к Джоне.

– Плохая идея, – прошипел он. – Теперь я действительно чертовски зол.

За мгновение до атаки грудь Курта раздулась, стало ясно, насколько он больше, насколько сильнее – тело, способное раздавить, жестокое тело. И Джона понял, что ему не справиться. С рычанием Курт бросился на него, повалив, затем прижал к полу и сильно врезал кулаком в лицо. Шея Джоны откинулась, ударившись о залитый бетоном пол, и мир стал ослепительно ярким, звуки в комнате внезапно смолкли; мгновение он слышал только приглушенное биение собственного сердца. Он моргнул, пытаясь прийти в себя. Курт надвигался, с него капала кровь, на лице застыла уродливая гримаса.

– Ну что? – проговорил он спокойно. – Ты действительно думаешь, что у тебя есть шанс? Я же сказал тебе, что никто не должен пострадать. Я не хочу так поступать с тобой, чувак. Может, остановишься сейчас, пока не заставил меня причинить тебе реальный вред?

Быстрым движением Джона сильно ударил Курта коленом в пах. С воем Курт повалился набок, а Джона с трудом принял вертикальное положение, мир все еще плыл перед глазами.

Нож. Он порылся в кармане, затем открыл его, когда Курт шатаясь поднялся на ноги.

– Не подходи ближе, – предупредил он, поднимая лезвие.

Глаза Курта расширились, когда он увидел это.

– Джона, прекрати, – многозначительно произнес он. – Положи нож на место. Ты же не хочешь этого делать.

Но Джона лишь еще больше вытянул руку.

– Я собираюсь попросить тебя еще раз, – сказал он дрожащим голосом. – Отпусти Лилу.

Курт покачал головой, выражение его лица было непроницаемым.

– Ты все еще не понимаешь, да? – сказал он. – У тебя не было шанса.

Прежде чем Джона успел осмыслить то, что он сказал, Курт метнулся за ножом, но Джона полоснул его по щеке, и тот с криком отшатнулся. Он споткнулся о стол и рухнул на пол, а Джона бросился к нему. Прямо за спиной Курта эти неподвижные, всевидящие глаза окон – и сквозь них: вода, жадно бурлящая в темноте. Джона навис над ним, приставил нож к его яремной вене и увидел внезапный страх в глазах Курта.

– Ты не оставил мне выбора, – прохрипел Джона. – Я бы сделал для нее все, что угодно. Что угодно.

– Подожди, – произнес Курт лихорадочным шепотом. – Послушай меня. Ты не знаешь, что творишь. Все это не то, чем кажется. Между мной и Лилой есть вещи, о которых ты не знаешь. Я не враг, Джона. Мы оба здесь жертвы.

Он покачал головой, сердце бешено колотилось.

– Что?

Курт энергично затряс головой.