Страница 45 из 51
Он был очень похож на настоящую ногу и даже цвет оказался максимально подогнан к цвету кожи. Так вот о чем говорила Вера Павловна! Госпиталь, ранения, вертолетчик…
– Я служил, Люба, принимал участие в боевых действиях. Мой вертолет был подбит, но мне удалось его посадить, и мы с напарником успели отбежать в сторону до того, как он взорвался. Потом мы долго добирались до своих, нарвались на засаду. Я словил пулю в ногу, а жара и пыль сделали свое дело. Заражение крови, гангрена. Сначала ногу хотели ампутировать выше колена, но мне повезло: в тот день оперировал опытный военных хирург из Москвы. Он сохранил коленный сустав, но все равно… Теперь я немного терминатор.
Роман обреченно смотрел на любимую женщину, ожидая приговор.
– Но как же так..? – прошептала она, с трудом сглатывая враз пересохшим горлом. – Ты ведь прыгал вместе со мной с парашютом, ходил и даже бегал, я своими глазами это видела… ты ведь даже не хромаешь. Я ничего не заподозрила.
– Это очень хороший протез, Люба. Я хожу с ним так долго, что он стал частью меня. Если честно, то я вспоминаю о нем только тогда, когда снимаю на ночь. Так что в темноте я уже не такой полноценный, как при свете дня и хочу, чтобы ты это знала.
Протез… он вызывал шок и недоумение, но никак не отторжение и брезгливость. Вероятно, в ее взгляде мелькнуло что-то такое, от чего Калинин напрягся.
– Люба… Мерзко смотреть, да? Неприятно, что вместо ноги – ее обломок, культя.
Бакс, притихший было под боком хозяйки, недовольно мяукнул и боднул ее под руку. Мол, чего молчишь, отвечай!
– Нет, Ром, нет. Просто я слегка в шоке. Конечно, мне жаль, что ты потерял ногу, но твоя жизнь – она полноценная, активная, а протез – это просто… протез.
Женщина от волнения прикусила губу и несмело прикоснулась к шероховатой, как настоящая кожа, поверхности.
Калинин накрыл ее руку своей, с трудом сдерживая вздох облегчения. Кажется, у него все еще есть шанс. Мужчина досадливо поморщился, когда пустой желудок в очередной раз заявил о себе громким урчанием.
– Поужинаешь со мной! – спохватилась Любовь. – Я тоже есть хочу. Курица в кисло-сладком соусе уже готова, осталось отварить спагетти. Будешь?
Будет ли он? Роман был готов есть воздух китайскими палочками, лишь бы подольше не уходить из уютного теплого дома.
– Буду. Давай я помогу. Что нужно делать?
Калинин закрыл протез брючиной и встал с пола. Протянул открытую ладонь, в которой тут же оказались пальцы женщины, и плавным движением потянул ее к себе. Замер, наслаждаясь невинной близостью и запахом, теплом и взглядом, в котором мелькало что-то такое, от чего кровь мужчины начинала бурлить.
– Любаша, – Роман спеленал женщину в объятия и шумно выдохнул в светлую макушку. – Ответь мне только на один вопрос…
– Какой? – знакомый запах хозяина «Неба» вновь ворвался в ее легкие, принес с собой все воспоминания, оживил чувства.
– Ты будешь со мной?
Тук-тук-тук… она слышала, как сердце мужчины сорвалось с ритма, находя отклик в ее груди. Это еще не предложение, это право на сближение. Соколовская боялась, что мужчина начнет штурмовать ее личное пространство, поспешит занять место в ее жизни, но Роман выбрал тактику вежливого гостя. Наверное, это был единственно верный путь.
– Буду.
– Хорошо… Тогда все хорошо.
Мужчина чиркнул носом по ее виску, сделал глубокий вдох и довольно закрыл глаза. Первый шаг сделан.
Соколовская вспомнила об ужине и беспокойно зашевелилась в кольце горячих рук.
– Давай уже поужинаем. Я поставлю вариться спагетти, а ты пока накрой на стол. Тарелки – тут, приборы – там, – Люба махнула рукой в сторону нужных ящиков, а сама достала кастрюлю. – Боже, как я проголодалась!
Бакс запрыгнул на кухонный стул и внимательно наблюдал за взаимодействием мужчины и женщины, не упуская из виду ни быстрых взглядов, ни якобы случайных прикосновений.
Через пятнадцать минут гостиная наполнилась умопомрачительными запахами еды. Соколовская ела, смущаясь и краснея, как девчонка. Кто бы знал, что ее новая жизнь уже стояла на пороге?
– Рома, только давай договоримся, что не будем торопиться. Я только недавно подала на развод, Мирон подписал заявление. У меня еще даже нет свидетельства о разводе, да и вообще…
Он ожидал чего-то подобного, поэтому не расстроился. Если нужно, Калинин был готов переговорить с бывшим мужем, чтобы тот своими визитами не заставлял его любимую женщину нервничать, но Люба молчала на эту тему, поэтому и он не стал на ней акцентировать.
– Мы будем идти вперед с той скоростью, с которой тебе удобно, Люба. Просто я хочу, чтобы ты знала, что я тебя не отпущу. Я буду с тобой в любом качестве: как муж, как друг или как любовник. Мы уже не в том возрасте, чтобы кому-то угождать и чему-то соответствовать и еще я хотел спросить: как ты относишься к собакам?
– К собакам? К каким именно?
Услышав вопрос хозяйки, Бакс недовольно дернул ушами, на корню отвергая возможность конкуренции с каким-то блохастым мешком.
– Парни предложили мне взять овчарку, которую списали со службы по старости. Вот думаю на эту тему. Будешь ходить со мной на прогулки?
– Эм… можно, наверное. Я даже не знаю, это так неожиданно. Просто у меня кот, у тебя – собака, как они..?
Люба замолчала, наткнувшись на сияющий взгляд мужчины, и только потом поняла его причину. В своих словах, в своих мыслях она уже была рядом с Романом, и ему это очень понравилось. Истинные порывы души прорвались в слова, прозвучали, оглушая. Вот это фортель!
– Думаю, мы с этим сможем справиться. Служебные собаки очень умные, со стабильной психикой, – с трудом пряча улыбку отозвался мужчина. – Думаю, это твой мелкий устроит собаке веселую жизнь. Все будет хорошо…
Уже было.
Хорошо.
После ужина Люба загрузила грязную посуду в посудомойку и поднялась на второй этаж чтобы переодеться для прогулки.
– Ты мало гуляешь, Люба. Нужно чаще дышать свежим воздухом, особенно когда погода позволяет, – резюмировал Калинин, предлагая даме согнутую в локте руку. – Держись.
Она уже и забыла, когда гуляла вместе с Мироном вот так, неспешно, опираясь на сильную руку. Так, к черту воспоминания! Она не должна сравнивать двух мужчин! Это – неправильно!
– Все в порядке? – Роман чувствовал ее настрой и уловил момент глубокой задумчивости. – Люба, пожалуйста, ты сразу говори, если вдруг я буду делать что-то не то, ладно? Мы с тобой только начинаем узнавать друг друга…
– Конечно, скажу, не волнуйся, – женщина посмотрела в темное ночное небо с бесконечной россыпью звезд и серебристым диском луны. – Господи, хорошо–то как!
глава 46
– Люба, спасибо.
После часовой прогулки они остановились у калитки ее дома. Роман сделал шаг вперед, сокращая расстояние. Не давил, не требовал, просто наслаждался близостью любимой женщины. Его подбородок – у ее макушки, теплое дыхание шевелило светлые волосы.
– Тебе спасибо. Спокойно ночи, – ее пальцы прошуршали по темной куртке мужчины, едва заметно коснулись скулы. – Приятных снов, Роман.
Она ушла. Тихо щелкнул замок, в окнах таунхауса зажегся свет. Такой же свет зажегся в его жизни.
– А-а-а… – Калинин смотрел в черное ночное небо и дышал, как дракон. Звук вырывался из груди, мощный, низкий, похожий на рев зверя, пробудившегося после долгой спячки.
Люба его услышала и приняла со всеми ошибками и изъянами, слабостями и привычками. Поверила, доверилась, открылась. Любовь – она ведь про это, правда? Он допустил одну ошибку, которая едва не стоила ему счастливой жизни. Урок усвоен.