Страница 21 из 51
– Пап, глянь! Как тебе?
Глянул и охренел. От короткого яркого наряда, расшитого пайетками, слезились глаза. Макияж дочери напоминал боевой раскрас индейцев.
– Быстро умойся и смени платье! Ты сейчас похожа на шлюху! – рявкнул Мирон. – Пошевеливайся, пока есть время, иначе останешься дома!
– Ну па-а-а-п… – заныла Таня. Она так долго выбирала подходящий наряд, чтобы сиять на празднике отца ярче всех, и – нате вам! Девушка скрылась в своей комнате, с силой хлопнув дверью. Гулкое эхо разлетелось по дому, который с некоторых пор стал напоминать холодную пещеру.
Тик-так.
Тик-так.
Он писал, отправлял голосовые, но жена молчала.
Нет, это просто невыносимо! Понятно, что она хотела отыграться на муже за развод, за неприятные слова, поэтому ушла в игнор! Но какого черта…?!
Наконец дочка спустилась вниз, обиженно дуя губы и нервно дергая подол изумрудного платья. Соколовский облегченно выдохнул.
– Хвала Богам! Хорошо, что бабушки не видели внучку в прикиде распутной девки, иначе вынесли бы ему весь мозг!
– Дурацкое платье, – психовала Таня. – Это мама заставила меня его купить, говорила, что оно стильное, подчеркивает мою фигуру и молодость.
– Мама права, а ту блестящую тряпку чтобы выбросила и забыла, куда она упала. Ты поняла меня?
– Поняла, не маленькая, – недовольно буркнула девчонка и вдела руки в рукава белого пальто, поданного отцом.
У крыльца дома уже стоял вызванный для такого случая служебный автомобиль с личным водителем Соколовского. Черный седан бизнес-класса сверкал хромом и лаком, в просторном салоне приятно пахло кожей и деревом. Машина плыла по проспектам столицы, словно большой круизный лайнер – по океанским волнам.
– Мирон Вадимович, мы почти на месте, – из сомнений и тяжких дум мужчину вырвал голос водителя. До ресторана оставалось проехать один квартал.
– Пап, ты только посмотри! Мама обновила свой аккаунт, – в голосе Тани явственно звучали испуг и удивление. Она протянула мужчине телефон. – Листай фотки… Я в шоке…
Дочь была в шоке, а его жена – если верить иероглифам на рекламных баннерах и ярких витринах – в Китае.
Женщина улыбалась, ее глаза сияли. Он и забыл, когда видел Любовь такой легкой, излучающей свет.
Дворцы, парк, фонтан, вечерний проспект, расцвеченный яркими огнями, и даже смотровая площадка небоскреба… Его жену кто-то фотографировал, причем делал это умело и с удовольствием. Судя по всему, в Китай она улетела не одна.
Мирон жадно рассматривал выражение ее лица, позы, увеличивал фотографии в поисках намека на постановку, но не находил. С каждого кадра на него смотрела довольная жизнью, счастливая женщина.
– Сука! – он сжал в руках тонкий корпус гаджета, тот тихо хрустнул в ответ. По экрану тонкой паутиной расползлись трещины.
– Папа, ты что творишь?! Мой телефон! – взвизгнула Таня, с опозданием вырывая из побелевших от напряжения мужских пальцев ни в чем не повинный айфон. – Ты его сломал, теперь придется покупать новый!
Сквозь гул в ушах до мужчины с трудом доходили слова дочери. За грудиной резко дернулось сердце, ударилось в ребра, запуская волну боли, похожую на электрический разряд.
Он зря надеялся, рисовал благоприятный исход этого вечера, готовил нужные слова.
На пафосном празднике он останется в одиночестве, теперь в этом не было никаких сомнений.
Или правильнее сказать – он будет свободен? Если так, то почему на душе так паршиво, а на языке полынью горчило разочарование от обманутых надежд?
– Па-а-п…
– Что еще? Что случилось?
– Ты представляешь, Денис оставил комментарии под мамиными дурацкими фото! – возмущалась Таня, проводя пальцем по треснувшему экрану. – Написал, что счастлив видеть, как сбылась ее мечта, – еще один свайп, новая фотография. – Что мама очень красивая и выглядит счастливой! Пап, тут полный писец!!!
– Таня, не кричи! Ты ведешь себя неприлично! – поморщился Мирон, массируя виски. Вечер еще не начался, а он уже задолбался. Мысль о том, что его жены не будет поблизости, вызывала досаду, раздражение и злость. – Что еще написал Денис?
– Под одной фоткой он написал, что такая женщина не останется одна и обязательно найдет того, кто будет ее любить и беречь. Денис совсем берега потерял?! Во придурок!
Слова дочери прошлись тупым ножом по душе мужчины, привели в чувства не хуже пары пощечин. В конце концов Люба сделала свой выбор!
В большом зале ресторана «Искушение», самого дорогого и популярного в этом сезоне, сновали официанты, расставляя на столах последние закуски.
Родители, тесть с тещей – все прибыли и сейчас стояли рядом.
– Мирон, а где Люба? Куда делась твоя жена? Она никогда не опаздывала… – его мама, Елена Петровна, нервно бросала взгляды по сторонам. – Это так некрасиво – заставлять себя ждать… Скоро гости начнут прибывать, а хозяйки праздника нет!
– Любе срочно потребовалось вылететь в Китай, мама.
– Любе?! В Китай?! – высокий голос женщины прозвучал скрежетом железа по стеклу. – Что она там забыла?! У мужа – день рождения, а жена по заграницам мотается! Да где ж это видано?!
– Мама, успокойся… – буркнул Мирон, – не кричи и не устраивай скандал. Ты сейчас меня позоришь.
– Я позорю?!
От дальнейших громких разборок Соколовских спасли первые гости, показавшиеся на пороге зала.
– Черт!
Мужчина не ожидал увидеть одного из своих друзей, который прибыл на праздник в компании Виктории, подруги Любы, однако через несколько минут Мирон напрочь забыл об этом недоразумении, потому что заметил ее…
глава 24
«Девочки, это просто атас!»
Первое сообщение в чате ведьмочек появилось спустя всего десять минут с момента начала банкета.
Люба уже спала, но от звука мессенджера проснулась. Сердце подпрыгнуло, сделало кульбит и сорвалось в неуправляемый галоп.
Мягкий свет ночника разогнал сон. Пальцы слегка подрагивали от напряжения. Несколько мгновений она разрывалась между желанием сделать вид, что не услышала звука входящего сообщения, и шагом, который… ничего не изменит в принципе, но наверняка принесет с собой новую порцию боли.
– Господи, неужели он все-таки пригласил ее…?
«Вы гляньте, кого сквозняком надуло! Вот же сука!»
Фотография прилетела следом.
Соколовская прикусила губу и нажала на кнопку загрузки снимка.
Да, на фото была Марта, правда она стояла рядом с одним из компаньонов Мирона. Пальцы женщины лежали на сгибе его локтя, но ее взгляд… Виктория выбрала удачный ракурс для съемки. Сомнений не оставалось: Соколовский и его любовница пожирали друг друга глазами.
«Охренеть, не встать! Представляете, эта тварь пожелала твоему бывшему безбрежного счастья и так улыбнулась, что народ переглядываться начал! Кажется, она готова прямо тут встать перед ним на колени и расстегнуть молнию на брюках. Фу! Меня сейчас стошнит!» – написала Тори. На следующем снимке бокал Марты касался граненого стакана с виски, который держал ее бывший муж. Женщина высунула кончик языка и была похожа на кошку, облизывающуюся в предвкушении угощения.
«Эта мразь совсем берега попутала?!»
«Боже, какая пошлость!»
«Почему Мирон не поставит девку на место?!»
«А как же деловая репутация? Он забыл, что в зале полно бизнес-партнеров?!»
Чат подруг бурлил, кипел и пенился, как снадобье в ведьмином котле, оставленном на большом огне.
«Девочки, успокойтесь. Мы разведены, так что…»
Люба не успела дописать свое сообщение, когда на экране всплыло новое послание от Виктории.