Іменинниця

Глава 20 Пайк

Въезжаю на подъездную дорожку в начале десятого и смотрю на дом. Джордан еще не спит, но за прошедшие четыре часа с окончания рабочего дня я так и не собрался с силами, чтобы встретиться с ней. Но и откладывать больше нет возможности. Нам нужно поговорить.

В кухне горит тусклый свет. Скорее всего, включена лампа над плитой, но остальная часть дома погружена в темноту, и в глубине души зарождается надежда, что Джордан в постели, потому что мне не хочется с ней сталкиваться.

Выпрыгнув из пикапа, захлопываю дверь и иду к дому. Затем вставляю ключ в засов, поворачиваю его и, открыв дверь, захожу в темную гостиную. Ни в одной комнате не горит свет и не играет музыка. Думаю, Джордан и сама поняла, что я старательно оттягивал возвращение домой. Она звонила мне пару часов назад, но не оставила сообщения. И, несомненно, злится.

Делаю вдох и мгновенно чувствую запах плавленого сыра и специй.

Пицца.

Зайдя на кухню, открываю духовку, нахожу большую коробку из пиццерии «У Джо», вынимаю ее и ставлю на плиту.

Затем открываю крышку. Все кусочки лежат в коробке нетронутыми.

Желудок тут же сжимается, и я чувствую себя дерьмово. Ну конечно же, она придумала что-то на ужин. Вернувшись в гостиную, беру пульт и включаю телевизор. На экране тут же появляется заставка Netflix, затем обложка фильма восемьдесят седьмого года «Пропащие ребята». Она все подготовила для совместного вечера.

Поднимаясь по лестнице, останавливаюсь у комнаты Джордан и понимаю, что из-под двери не пробивается свет.

Дважды стучу и жду. А когда никто не отвечает, поворачиваю ручку и открываю ее.

Лунный свет, который проникает в окно, освещает все еще застеленную кровать и пустую комнату.

Пульс тут же учащается. У Джордан же нет машины. Куда она отправилась?

Неужели ей все-таки пришлось выйти на работу? Снова проверяю телефон, но все так же не нахожу непрочитанных сообщений.

Может, ее подвезла сестра?

Но Джордан сказала бы мне, если бы ее попросили выйти на смену.

Набираю ее номер, спускаюсь по лестнице и, слушая гудки, вновь включаю телевизор.

Когда на другом конце поднимают трубку, в ухо ударяет громкая музыка, и я, вздрогнув, отвожу телефон на несколько миллиметров.

– Привет, – говорит Джордан, и ее голос звучит так… спокойно.

– Где ты?

– Вышла прогуляться, – отвечает она. – Буду дома позже.

– Ты работаешь?

Она смеется, и я слышу на заднем плане женский смех и чью-то болтовню.

– Ну… нет, – наконец выдавливает она.

А затем в трубке раздается гул, будто сразу сорок человек решили закричать, и я тут же выпрямляюсь на диване, пытаясь понять, что же, черт возьми, происходит.

– Джордан, прости, что задержался, – говорю я.

– Что?

– Прости, что задержался! – кричу в трубку. – Надо было доделать кое-какую работу, и мне пришлось остаться.

– Так почему ты не позвонил? – интересуется она чуть громче. – Ты задержался не на работе. Ты пошел в бар «У Рида», а я не собираюсь больше ждать. Ни за что. Поэтому отправилась погулять и повеселиться с друзьями. А дома буду позже.

И в следующее мгновение громкая музыка и голос диджея смолкают, а звонок обрывается, когда она вешает трубку.

Вешает трубку.

Я опускаю телефон и смотрю на загоревшийся экран. Что ж, думаю, она злится. Вот только в ее голосе не слышалось и нотки злости. Да и пьяной она мне не показалась. Скорее уж, безразличной. И по какой-то причине мне от этого еще хуже. Я могу справиться с гневом, но не с девушкой, которая, судя по всему, довольна сделанными ею выводами. Дерьмо.

А затем я наконец осознаю, что объявил диджей на заднем плане: «Вечер мокрых футболок в клубе ”Крюк“».

Мои глаза расширяются. Джордан же не могла совершить подобную глупость, верно? Черт возьми. И какого черта мне теперь делать? Она так веселится, как сказала мне, или это ее маленькая месть мне? Может, она пытается таким образом заставить меня отправиться вслед за ней? Или лучше остаться дома и посмотреть, что произойдет дальше? Вот почему у меня нет постоянной спутницы, да и отношения с женщинами длятся недолго. Мне никогда не хватало мозгов разбираться в подобном дерьме.

Но нет смысла отрицать, что она отправилась в «Крюк» из-за меня. Если бы я вернулся домой вовремя, как и обещал, Джордан сейчас лежала бы на диване, свернувшись калачиком рядом со мной, дразня меня своими глазами, руками, запахом и сексуальной задницей, которая выпячивается, когда она подтягивается, выгибая спину.

Я вздыхаю и качаю головой.

Желание обладать ею не уменьшилось.

Засунув телефон в карман, достаю ключи от пикапа и направляюсь к двери. Но, когда открываю ее, вижу на крыльце Коула с протянутой рукой, словно он собирался сделать то же самое.

Я замираю, а брови взлетают на лоб.

– Привет, – говорит он необычайно радостным голосом.

Я открываю рот, чтобы ответить, но еще на минуту теряю дар речи.

– П-привет, – выдавливаю я, заикаясь от его внезапного появления. – Я пытался увидеться с тобой сегодня весь день. И даже заглянул в парочку твоих любимых мест во время обеда. Где тебя черти носили?

– Да, прости, что так вышло. – Коул заходит в дом и направляется на кухню. – Мне надо было сделать кое-какие дела.

Он подходит к холодильнику, достает газировку, а затем, прислонившись к раковине спиной, открывает крышку.

– Так что с тобой творится? – Я останавливаюсь у кухонного островка. – Твоя мать объявилась здесь сегодня утром и сказала, что ты бросил работу.

Сын кидает на меня слегка удивленный взгляд, говорящий, что я слишком остро реагирую.

– Если бы ты хоть немного посвящал меня в свои дела, я бы не придирался, – объяснил я, стараясь, чтобы это прозвучало как шутка.

Коул выглядывает в окно и, что-то заметив, отталкивается от мойки, а затем через прачечную выходит на задний двор. Я следую за ним.

– У меня все хорошо, – бросает он через плечо. – Вообще-то у меня появилась новая работа. Поэтому я и уволился.

Он подходит к бассейну и поднимает кабель от пылесоса для бассейна. Я совершенно забыл, что еще вчера запустил его.

– Новая работа? – переспрашиваю я и подхватываю кабель, чтобы помочь ему. – И какая же?

– Это сюрприз.

– Я не люблю сюрпризов. Так что за работа?

Коул начинает смеяться, а я в ответ лишь хмурюсь.

– Почему ты смеешься? – возмущаюсь я.

Он знает, как я беспокоюсь о нем, но ведет себя так, будто у него все отлично, а мне даже нельзя задать пару вопросов.

– Потому что очень воодушевлен, – признается он. – Я все тебе скоро расскажу. Обещаю.

– Это хоть законно? – Я тяну за кабель и тут же ощущаю вес пылесоса для бассейна, когда тот поднимается со дна.

Плечи Коула сотрясаются от очередного смеха.

Я выгибаю бровь.

– Уверяю, эта работа настолько в рамках закона, насколько это вообще возможно, – успокаивает меня сын, но в его голосе все же слышна усмешка, значение которой мне непонятно. – У меня будет постоянная зарплата, медицинская и стоматологическая страховки и даже пенсионные отчисления. – Он смотрит на меня. – Я не употребляю наркотики, и у меня нет проблем с полицией. У меня все в полном порядке. Прости, что не появлялся. Просто мне не хотелось, чтобы Джордан чувствовала себя неловко.

У меня из рук выпадает кабель, хотя нам почти удалось достать пылесос.

– Точно все в порядке? – уточняю я.

– Да.

– Ты вернешься домой?

Коул неуверенно пожимает плечами.

– Мне кажется, пока не стоит этого делать. Хочу, чтобы Джордан жила тут столько, сколько ей понадобится.