Право на счастье

– Я её… друг, – прервал его Артур, не отрывая взгляда от Лианы. Его пронзило острое, дикое чувство ревности к Максиму, который уже был здесь, имел право быть, и жгучего стыда перед её матерью. – Я прилетел, чтобы быть с ней.

Лиана медленно подняла руку, жестом остановив врача и дав понять матери и Максиму, что сама разберётся. Она смотрела на Артура, и по её лицу пробежала волна разных чувств.

– Просто… позволь быть здесь. Рядом. Вот так. Если… если не против.

Он бросил быстрый взгляд на её маму, которая отвернулась к окну, и на Максима. Тот продолжал молчать, его лицо было непроницаемым.

Лиана молчала, изучая его лицо. Искала фальшь, игру, старые манипуляции. Видимо, не нашла. Её взгляд упал на его сжатый кулак.

– Что это?

Он разжал ладонь. На ней лежал потёртый брелок-гитара.

Она посмотрела на гитару, потом на него. И вдруг уголки её губ дрогнули в слабой, едва заметной, но самой настоящей улыбке. Мама, увидев это, тихо вздохнула, и в этом вздохе было столько усталой материнской боли и смирения.

– С собой привёз? На удачу? – спросила Лиана.

– На память, – прошептал он. – О том, что иногда… стоит просто сыграть, а не выигрывать.

Врач кашлянул, указывая на часы.

– Мисс Белова, пора.

Лиана кивнула. Потом перевела взгляд с Артура на маму.

– Мам, всё хорошо.

Мама хотела что-то сказать, но, увидев её взгляд, только кивнула, глаза её наполнились слезами.

Затем Лиана посмотрела на Максима. Тот, не дожидаясь слов, сделал шаг вперёд.

– Удачи Лиана, мы рядом. Все будет хорошо. – тихо сказал он ей.

Его взгляд скользнул по Артуру – короткий, но невероятно весомый взгляд, полный немого повторения всех сказанных ранее слов.

Санитары закатили каталку. Лиана, опираясь на медсестру и маму, перешла с кровати. Мама поправляла ей халат, гладила по волосам, и Артур видел, как дрожат её руки. Когда Лиану уже укладывали, она повернула голову и нашла его глаза поверх плеча матери.

Её увезли. Дверь закрылась. В палате воцарилась гробовая тишина, нарушаемая только сдавленными всхлипываниями её матери. Артур стоял, чувствуя, как на него давит весь вес её осуждения, её горя.

– Извините, – тихо сказал он, не зная, как ещё начать. – Я понимаю, что я последний человек, которого вы хотели бы здесь видеть.

Мама Лианы медленно повернулась к нему. Её глаза были полны слёз. Она не ответила. Просто снова посмотрела в окно.