Страница 31 из 37
Зайла чувствовала, что выглядит такой же потрясенной, как Филип, когда увидел тигра. Только эта тигрица отнюдь не была ласковым детенышем и прекрасно знала, куда бить, чтобы достичь максимального эффекта.
Уже собираясь выходить, Пандора неловко обняла Зайлу, и на ее лице промелькнуло раскаяние.
– Прости, – пробормотала она. – Но все, что я сказала, это правда. Каждое слово – правда. Так что подумай об этом. – Она вышла из комнаты.
А что же еще ей остается, подумала Зайла, кроме как размышлять обо всем происшедшем. Ей, видимо, надо было с большим интересом отнестись к новостям, которые принес Филип, но она едва обратила на них внимание. То отчаяние и страх, которые она пережила в руках террористов, казались теперь бесконечно далекими. Единственное, что теперь ее волновало, это Дэниел. Зайла подошла к окну с затейливым переплетом и устремила взгляд на далекие холмы, залитые красноватым светом заката.
Может, она и в самом деле боится? Неужели она так отчаянно ухватилась за соломинку его дружбы, потому что хочет, чтобы он любой ценой остался в ее жизни? Возможно, у нее занижена самооценка, как и предположил Дэниел. Неужели она чувствует, что недостойна его любви? Пандора говорила, что он ее желает. Но если это правда, почему он отверг ее сегодня утром, когда она сама сделала первый шаг? Дэниел был исключительно правдивым и прямым человеком, не способным к лицемерию. Нет, все-таки Пандора ошибается.
Но ведь он желал ее раньше. В ту ночь в пещере он желал ее с такой необузданной страстью! Наверное, стоит попытаться разжечь эту страсть вновь. Но как женщина может соблазнить мужчину? В роли соблазнительницы Зайла будет выглядеть просто смешной. Придется смириться с тем, что…
Нет! Она действительно вела себя как трусиха, Пандора права. Через несколько дней Дэниел, по всей вероятности, отвезет ее в Зеландан. И кто знает, когда она его еще увидит? Любовница имела бы в его глазах гораздо больше притягательности, чем просто друг. Лучше рискнуть нарваться на отказ, чем сидеть сложа руки и ждать, пока они расстанутся. Ведь может она хоть что-то придумать, что сделает ее более желанной в его глазах? Она отошла от окна и села в большое кресло у кровати. Откинувшись на спинку, она устремила вдаль взгляд и напряженный и рассеянный одновременно. Пандора абсолютно права. Ей надо подумать.
На первый его стук дверь никто не открыл. Дэниел собирался постучать еще раз, но не решился. Уже двенадцатый час. Возможно, Зайла не дождалась его и уже спит.
Но тут дверь распахнулась. На пороге стояла Зайла в белом атласном халате. Ну что ж, по крайней мере, он ее не разбудил: глаза девушки были совсем не сонными, а на столике у кровати горела лампа.
– Я знаю, что уже поздно. Дело в том, что позвонил Клэнси. Сначала я не хотел волновать тебя, но потом решил до утра не ждать.
– Клэнси? – переспросила она, не сразу поняв, о ком речь. И тут же отступила от двери, пропуская его. – Ах, да, насчет Хасана! Это очень мило с твоей стороны – зайти ко мне. Входи.
Дэниел заколебался, но все-таки вошел в спальню.
– Выяснить, где находится Хасан, не удалось. Клэнси считает, что трое захваченных действительно ничего не знают. – Он мрачно усмехнулся. – Если бы знали, так уж все бы сказали с радостью.
– Как плохо. – Зайла нервно поправила волосы. – Ты думаешь, он может быть поблизости?
– Если и так, то до тебя ему не добраться, – мягко сказал Дэниел. – Тебе нечего бояться.
– Я и не боюсь.
Но Дэниел видел, что она боится. Видел, что ее рука немного дрожала, отводя прядь волос со лба, видел, как бьется жилка у горла. Не думая, он сделал шаг вперед и обнял ее за плечи. Он почувствовал теплую шелковистость ее кожи под тонкой тканью халата и сразу же понял, что этот порыв был ошибкой. Ему пришлось сделать усилие, чтобы его прикосновение оставалось легким и ничего не значащим.
– Он не причинит тебе вреда. Я не позволю ему тронуть тебя. Никто тебя не тронет.
Зайла склонила голову, и волосы упали на ее лицо.
– Вот этого я и боюсь, – прошептала она.
– Что? – озадаченно переспросил он.
Она нервно облизнула губы, не поднимая глаз.
– Я хочу, чтобы меня трогали, – прерывисто проговорила она. – Я хочу, чтобы ты трогал меня, Дэниел. И я ужасно боюсь, что ты этого не сделаешь.
Она слышала, как он судорожно вздохнул, но не подняла глаз, боясь потерять всю свою смелость.
– Пандора сказала, что ты меня желаешь. – Ее пальцы вдруг начали быстро развязывать пояс халата. – Уж не знаю, права ли она, но мне бы очень хотелось ей верить. Боже, это звучит так по-дурацки! Я совсем не знаю, как соблазняют мужчину. – Внезапно узел пояса развязался, она распахнула полы халата и подошла к нему вплотную, прижимаясь своим нежным телом к его телу, напряженному и застывшему. – Ну как, это действует?
Дэниел задрожал. Все его мускулы окаменели.
– Зайла, перестань! – Он закрыл глаза. – Я этого не выдержу!
– Я тебя смутила? – жалобно спросила она. – Я знала, что Пандора ошибается, но надеялась, что это на тебя подействует.
– К черту Пандору! – процедил он сквозь стиснутые зубы. – Я же просил тебя не делать это из благодарности. Конечно, я хочу тебя. – Его бедра резко дернулись, прижимаясь теснее, и она ощутила всю полноту его возбуждения. – Я чуть с ума по тебе не схожу с той ночи в пещере. Но это не значит, что я не могу себя сдержать. Ты не должна меня бояться, Зайла.
Она почувствовала, как цветком распускается внутри радость. Он хочет ее! Это, конечно, еще не все, но уже много. Дружба и желание – на этом можно многое построить.
– Я не боюсь тебя, – нежно сказала она. – Ты почему-то думаешь, что я истеричный ребенок. Открой глаза и посмотри на меня, Дэниел. – Он раскрыл глаза и встретил ее взгляд, честный и открытый. – Ну что, похоже, что я боюсь? – спросила она. – И тогда, в пещере, я что, тоже боялась?
– Ну, тогда я так не думал, – хрипло ответил он. – Но потом решил, что… что был слишком груб. с тобой. Я потерял всякий контроль над собой и вел себя как безумный.
– И я тоже. – Зайла осторожно коснулась пальцем его губ. – Это было словно конец света. – Ее рука двинулась вверх по его щеке. – Или, скорее, начало. Тогда мне было трудно решить. – Она отступила на шаг, и распахнутый халат не скрывал красоты ее тела. – Может, выясним это сейчас?
– Дорогая, я столько мечтал о том, как все будет красиво, – прошептал он. Его лицо было озарено чувственностью. – Я хотел быть таким нежным и любящим. Недавно я лежал без сна, представляя, как буду ласкать тебя… Придумывал, как сделать, чтобы тебе было хорошо. – Его глаза потемнели от страсти. – Но я не уверен, смогу ли быть достаточно осторожным, я весь горю.
– Тогда позволь это сделать мне, – с любовью улыбнулась Зайла. – Давать даже лучше, чем брать.
Дэниел глубоко вздохнул.
– Ты такая хорошая! И почему мне так повезло? Я попытаюсь. – Его руки заскользили вверх с ее плеч на затылок. – Я приложу все силы, чтобы дать тебе больше, чем беру. – Он поднял ее голову, вплетя свои пальцы в ее густые волосы. Его губы медленно к ней приблизились. Слишком медленно. Она так хотела его поцелуя, что сама себе поражалась. Прогнувшись, она прижалась к нему и припала к его губам с жадным стоном.
Дэниел замер. Лед мгновенно превратился в пламя, он застонал и ответил на поцелуй с дикой страстью. Он жадно ласкал ее губы, не в силах оторваться. Тихонько прикусив ее нижнюю губу, он начал ласкать ее горячим языком. Он наслаждался ее вкусом, будто умирающий с голоду, но даже в этот момент все равно стонал от ненасытной жажды.
Зайла смутно сознавала, что его руки вернулись к ее плечам и стали снимать с нее атласный халат. Он упал шелковым ворохом на ковер, а жесткие, горячие руки Дэниела лихорадочно заскользили по ее спине.
– Утром я наблюдал, как ты ехала впереди меня на той серой кобыле, – пробормотал он, потом взял ее за ягодицы и сжал, наслаждаясь их упругостью. – И я думал, какая у тебя хорошенькая попка, как бы я хотел сделать вот так.