Страница 30 из 37
– И что вы теперь с ней сделаете? – хмуро спросила Зайла. – Отчего бы не бросить ее в каземат, например?
– Это мысль. У меня есть один, знаете ли. Спасибо за совет, – задумчиво протянул Филип. – Я подумаю.
– Вы совершенно невозможны, вы это понимаете? Вы настоящий анахронизм!
Он улыбнулся.
– Да, и у меня достаточно власти, чтобы мне все сходило с рук. В этом все и дело. Вы так не считаете? – Его улыбка пропала. – И мне не нравится, когда вы берете на себя смелость защищать девочку от моего праведного гнева. Пандора принадлежит мне. Она сама это подтвердит.
– Разумеется, ведь она, по странному заблуждению, думает, что вы – единственный, что вы – свет в окошке. Последнее время она жила под вашим полным контролем. А какова, по вашему мнению, будет ее реакция, когда она выйдет в мир и обнаружит, что не все мужчины такие самодовольные типы?
Странное выражение промелькнуло на лице Филипа. Гнев? Боль? Было трудно судить, потому что оно быстро исчезло.
– Предугадать реакцию Пандоры невозможно. Она редко мыслит или действует, как остальные женщины. – Он помолчал. – Пока, во всяком случае. В некотором смысле ее душа еще в зародышевом состоянии. – Он выпрямился. – А теперь, если вы уже закончили меня критиковать, я схожу приведу сюда вашу подружку – эту бедную жертву моего деспотизма. – Он пошел через комнату.
Зайла порывисто бросилась ему наперерез и преградила дорогу к двери в ванную.
– Нет. Я сама ее позову. А вы постойте здесь.
Филип остановился, внимательно глядя в ее испуганное лицо.
– Еще чего, – медленно произнес он. Схватив ее за плечи, он легко отодвинул ее в сторону. – Мне почему-то крайне интересно посмотреть на эту непривычно кроткую Пандору, занятую домашней работой. – Он повернул ручку двери. – Да, очень интересно.
– Мне кажется… – начала было Зайла.
Но было поздно. Он открыл дверь, и по его онемевшему лицу было ясно, что все пропало.
Зайла посмотрела через его плечо и чуть не застонала от отчаяния. Еще и ленты! Где она их только взяла?
Пандора спокойно сидела посреди большой ванной, одетая в свой обычный хлопковый свитер и джинсы. Зато Андрокл поражал воображение огромным розовым атласным бантом, гордо украшавшим его полосатый хвост. Пандора как раз завязывала второй бант вокруг его шеи, когда вдруг подняла глаза на дверь. Увидев шейха, она мгновенно застыла, словно статуя.
– Тигрица! Боже мой, тигрица! – воскликнул Филип. – Так вот почему вы так отреагировали на мои слова!
Пандора быстро пришла в себя:
– Он вообще-то мужского пола. Его зовут Андрокл. Привет, Филип.
– Тигр, – повторил он, потрясенный. – Так ты всю эту неделю держала в ванной тигра?
Пандора воинственно подняла голову:
– Ну и что? Ты сам виноват, Филип. Это же ты хотел, чтобы я жила здесь. Не могла же я его бросить, правда ведь?
– Бросить тигра? – изумленно спросил Филип. – Как вообще можно бросить тигра?
Пандора встала и обняла Андрокла, как бы защищая.
– Он же еще малыш. Он даже не умел плавать, пока я его не научила.
– Ты научила его плавать? – Шейх помотал головой, словно пытаясь собраться с мыслями.
Пандора нахмурилась:
– Ну конечно, Филип, почему ты меня не слушаешь! Я же все так понятно объясняю!
– Да, очень понятно. – Его губы скептически скривились. – Странно, почему я сегодня такой непонятливый! Видимо, я привык считать, что тигры живут в джунглях, а не в ванных. Тебе придется простить мою неприспособленность к этой новой реальности. – Неожиданно он откинул голову назад и разразился громовым хохотом. Прошло немало времени, пока он смог остановиться и отдышаться. Его зеленовато-голубые глаза все еще смеялись. – Правда, я слышал о тигре в танке. Но ты, Пандора, как всегда, идешь на шаг впереди. Чего же еще можно было от тебя ожидать?
Пандора вздохнула с облегчением:
– Так ты на меня не сердишься?
– Я взбешен, – насмешливо ответил он, подходя поближе и спрыгивая на дно ванны. – Или скоро буду, когда хорошенько все обдумаю.
– Это же еще тигренок! – извиняющимся тоном проговорила Пандора.
– Не знаю, стоит ли спрашивать тебя, откуда он взялся. Наверное, мне лучше этого не знать.
– Базар. Браконьеры, – сладким голоском произнесла Пандора.
– Не сомневаюсь, что этим все далеко не исчерпывается, но подробный рассказ я смогу услышать и позже. – Его обычно холодные глаза засияли редкой нежностью, когда он посмотрел на Пандору. – Ты же знаешь, что не можешь оставить его себе, – мягко сказал он. – Мы должны будем отправить его в заповедник.
– Я знаю, – сказала Пандора, и лицо ее стало грустным. – Было бы несправедливо отнимать свободу у дикого существа только потому, что мы любим его и хотим держать у себя.
На лице Филипа появилось странное выражение.
– Да, несправедливо, – рассеянно повторил он. Он посмотрел на тигренка в ее руках и потянулся, чтобы взять его. – Я отнесу твоего друга Раулю, и он побудет там, пока мы не договоримся, чтобы его отвезли.
– Нет! – Пандора быстро отступила. – Я сама отнесу его Раулю. Малыш иногда нервничает. Он ведь и поцарапать может.
Взгляд Филипа остановился на ее забинтованной руке.
– Это я вижу. Судя по всему, это небольшое напоминание тоже от твоего безобидного котенка?
Она кивнула.
– А мне ты не дашь рискнуть? – спросил он со странным выражением лица.
– Ты – другое дело. – Пандора пожала плечами. – Он ведь в каком-то смысле принадлежит мне.
– Никакое не другое, – тихо сказал шейх. Он взял у нее тигренка и держал его мягко, но крепко. – Это ты в каком-то смысле принадлежишь мне. – Он не смотрел на нее, поэтому не увидел, какой радостью расцвело лицо девочки. – Собери свои вещи. Я отправляю тебя обратно к отцу. Думаю, мы все должны признать, что эта затея с наказанием не увенчалась успехом. Я вернусь за тобой через двадцать минут. – Он вышел из ванной по ступенькам и направился к выходу, на его лице было обычное циничное выражение. Проходя мимо Зайлы, он насмешливо ей улыбнулся. – Я все еще считаю, что здесь использовалось колдовство, мисс Дабалэ, вот только непонятно, кто же кого околдовал. Видимо, у вас гораздо более мягкое сердце, чем у большинства женщин, если вы позволили Пандоре втянуть себя в подобную безумную затею. Кстати, я совсем забыл, Дэниел просил вам кое-что сообщить. – Его глаза опять насмешливо блеснули. – Даже не знаю, как это у меня выскочило из головы! Кажется, трое из ваших похитителей уже схвачены, но Хасан все еще на свободе. Дэниел ждет звонка с дополнительной информацией, так что не сможет составить вам компанию за ужином. Он сказал, что зайдет попозже.
Филип вышел, не дожидаясь ответа, а Зайла обернулась к Пандоре, которая даже не пошевельнулась после его ухода. На ее лице все еще сияло выражение небесного блаженства, и Зайла вздрогнула от страха за девочку. Пандора все переживала с удивительной остротой. Если бы людям удавалось избежать душевных ран?
– Не будь такой счастливой, – прошептала Зайла. – Не допускай, чтобы мужчина значил для тебя так много. Это опасно.
– А что не опасно в мире? – пожала плечами Пандора. – Лучше я буду счастлива сейчас и несчастна потом, чем вообще упущу счастье. Я не могу жить будущим. – Она взобралась на край ванны и встала на ноги. – Мне нужно забрать вещи из соседней комнаты. Не хочу, чтобы Филип ждал. Вдруг он передумает или по-настоящему рассердится из-за Андрокла? – Она радостно улыбнулась. – Увидимся завтра в конюшнях. Раз уж запрет снят, я должна проверить, как там без меня Эдип.
Зайла покачала головой:
– Пандора, ты что, никогда не поумнеешь? Тебе же запретили ездить на Эдипе.
Улыбка сбежала с лица Пандоры и сменилась выражением затаенной боли.
– Это ты никогда не поумнеешь! – страстно произнесла она. – Ты хочешь Дэниела Сейферта, у тебя есть все, чтобы заполучить его, а ты ничего не делаешь. – Ее руки сами собой сжались в кулаки. – Ты не беспомощна, в отличие от меня. Ты могла бы что-то сделать. Но ты боишься потерять то, что имеешь. Так вот это действительно глупо!