Страница 24 из 37
– Не будь таким пессимистом, – с улыбкой сказала она. – Ты быстро научишься. Это гораздо легче, чем бороздить моря или взрывать самолеты. Кроме того, я не против поменяться ролями и побыть для разнообразия руководителем. Мне даже приятно, что ты не во всем являешься мастером.
Лицо Дэниела посерьезнело.
– Откуда у тебя такие мысли? Я и не претендую на то, чтобы быть суперменом. Я, правда, быстро учусь, а та жизнь, которую я вел, заставила меня овладеть многими навыками, но в смысле образования ты наверняка намного впереди меня. – Он пожал плечами. – Представляешь, я даже диплом колледжа получил только два года назад, после того, как вышел в отставку. Я думаю, в мире полно вещей, которым ты могла бы меня научить. – Он улыбнулся. – А может быть, и я кое-чему научу тебя. Это было бы интересно проверить, не так ли?
– Да, конечно, – задумчиво ответила Зайла. – Насколько я понимаю, дружба предполагает и это. – Трудно поверить, но Дэниел, кажется, говорил вполне искренне. Дэниел, похоже, не осознавал, какой он незаурядный человек. В нем сочетались чувство юмора, ум и необычайное упорство, которое позволяло ему сдвигать горы. Зайла, стараясь скрыть пронизывавшую ее нежность, закрыв глаза, покрепче прижалась к Дэниелу. Отгородившись таким образом от окружающего мира, она могла лучше слышать биение его сердца, сильный живой звук, такой же, как и сам Дэниел.
Когда Зайла открыла глаза, то не сразу поняла, где находится, и замерла от испуга. В кресле около ее кровати сидел совершенно незнакомый ей человек, а царивший в комнате полумрак не давал его рассмотреть. Боже правый, как же она ненавидит эти темные фигуры! Но сейчас она этого не допустит. Не успев ничего сообразить, Зайла выскочила из постели, сжав кулаки, и закричала:
– Нет! Уходи!
Маленькая фигурка застыла от неожиданности, нога, небрежно перекинутая через подлокотник, перестала качаться.
– Не могу. Филип не разрешает. – Голос был юным и незнакомым. – Я, черт возьми, и сама бы с удовольствием ушла отсюда!
– Филип? – Зайла тряхнула головой, приходя в себя, и страшные тени прошлого растаяли в тумане. Ну да, конечно, Филип Эль-Каббар. Она сейчас у него в доме. – Кто ты? – спросила она уже спокойно.
– Пандора Мэдхен. – Мальчишеская фигурка откинулась на спинку кресла, вытянув обутые в сапоги ноги. В каждом движении сквозил внутренний протест. – Я ваша новая горничная, – пояснила она. – Мэм! – добавила девушка противно сладким голосом.
– Моя новая горничная? – в растерянности переспросила Зайла. – Но у меня никогда не было горничных. И что я буду с тобой делать?
Девица пожала плечами:
– Придумайте. Это уж ваше дело. Могу чесать вам спинку, укладываать волосы и все такое. Вы – мое наказание.
– Наказание?
– Да, за то, что я взяла Эдипа. Филип был вне себя.
– Немудрено, – подтвердила Зайла. – Я была там, когда ты взяла барьер. Это был красивый прыжок.
– Мне случалось прыгать и лучше, – небрежно сказала Пандора. – Я видела вас на заборе с Филипом и Дэниелом. С кем из них вы спите?
– Что??
Фигурка девочки была странно напряжена.
– Я спросила вас, спите ли вы с Филипом. Так как?
– Нет, не сплю. Вообще, это совершенно не твоя забота, но если хочешь знать, я впервые встретила шейха Эль-Каббара только сегодня утром.
Напряжение мгновенно ушло из юного тела.
– Я, впрочем, так и думала, – небрежно заметила она, пытаясь скрыть облегчение. – Филип бы ни за что не прислал меня к вам, если бы хотел вам добра. Он прекрасно знал, что я скорее всего превращу вашу жизнь в ад. На вас-то он за что взъелся?
– Скажем так: я не вызываю у него положительных эмоций. – Боже праведный, ребенок был просто невероятен! Первоначальное раздражение Зайлы быстро сменилось веселым удивлением. Под бравадой Пандоры было что-то трогательно-детское, что не могло не привлекать.
– Это потому, что вы красивы, – прямолинейно заявила Пандора. – Филип спит с красивыми женщинами, но он их не любит. – Она помолчала и добавила с ноткой вызова: – Я некрасивая, но ему нравлюсь. Он никогда мне этого не говорил, но я это и так знаю.
– Я в этом не сомневаюсь, – мягко заметила Зайла. – Он очень волновался за тебя, когда ты готовилась к тому прыжку.
– Правда? – Радостное удивление в ее тоне было слишком откровенным, и Пандора постаралась скрыть его под небрежным замечанием. – Это потому, что мы друзья. Он спас мне жизнь, вы ведь знаете.
– Нет, я этого не знала. – Зайла отвела прядь волос со лба и поудобнее села в кровати. Жаль, что в комнате так темно. Ей хотелось бы получше рассмотреть эту непослушную девчонку, которая с каждой минутой нравилась ей все больше.
– Это случилось в первый же месяц, как мы с отцом приехали сюда, – пояснила Пандора. – Люди на базаре напали на меня, потому что я выпустила всех голубей из клеток. Представляете, у них были ножи, меня чуть не убили. – Она слегка вздрогнула при этом воспоминании. – Филип спас мне жизнь. А затем он меня отлупил. – Она потянулась к шее и вытащила из-под одежды круглый медальон на золотой цепочке, который заблестел даже в полутемной комнате. – А потом он дал мне вот это.
– Подарок? Очень красивый.
– Это не подарок, – с горячностью возразила Пандора. – Сабля и роза – символ того, что я принадлежу ему. Так он сказал.
Так вот что имел в виду Дэниел, говоря, что девочка находится под защитой шейха!
– Он, должно быть, очень дорожит тобой.
Пандора подняла подбородок:
– Конечно. Я же говорю, что мы друзья. Если он наказывает меня все время, то вовсе не потому, что действительно сердится. Если бы он ко мне плохо относился, ему было бы вообще все равно.
Теперь Зайла все поняла. Постоянные выходки служили для Пандоры единственным способом привлечь к себе внимание шейха. Было ясно, что она обожает этого мужчину, причем тот, похоже, этого не заслуживает.
– Ну ладно, Пандора, мне не особенно нравится, когда меня воспринимают, как наказание, – сухо сказала Зайла. – Или когда тебя присылают, чтобы наказать меня. Мне не нужна горничная, а ты не хочешь ею быть, так почему бы нам не отказаться вообще от этой затеи?
– А вы что, боитесь меня? – спросила Пандора, изучающе глядя на Зайлу. – По-моему, вы здорово испугались, когда проснулись.
– Нет, – быстро ответила Зайла. – Иногда мне снятся кошмары. Я просто спала, и когда увидела тебя, сидящую рядом, то испугалась от неожиданности.
– Я рада, что вас напугала, – сказала Пандора с чисто детской откровенностью. – Совсем не лишнее сразу получить преимущество, раз уж мы должны провести какое-то время в обществе друг друга.
– Ничего мы не должны. Я просто скажу шейху Эль-Каббару, что…
– Это бесполезно, – перебила Пандора, решительно взмахнув правой рукой. – Филип не меняет своих решений. Вообще никогда.
При этом ее движении что-то темное капнуло на гладкий мозаичный пол. Зайла не сразу поняла, что это такое.
– Это же кровь! – в ужасе воскликнула она. – Что у тебя с рукой?
Пандора отпрянула и поглубже уселась в кресло.
– Ничего. Я просто поцарапалась.
– И ты не перевязала рану?
– Да она совсем несерьезная.
– Но если кровь продолжает течь, то надо что-то делать. Давай я позвоню твоему отцу.
– Нет! – в панике воскликнула девочка. – Он только опять рассердится на меня. Я же сказала, что ничего серьезного.
– Если ты не хочешь, чтобы я звонила твоему отцу, то давай я перевяжу рану. – Зайла встала с постели и заставила подняться Пандору. – Идем. Не так уж плохо я оказываю первую помощь. Я часто помогала Джессу лечить скот, когда жила на ранчо.
– Вы жили на ранчо? – От удивления Пандора так растерялась, что не оказала никакого сопротивления и покорно пошла за Зайлой в ванную. – Вы совсем не похожи на сельскую жительницу. Вы такая же красивая, как и все наложницы Филипа.
– А что, кроме наложниц, никто не имеет права хорошо выглядеть? – с иронией спросила Зайла. – Я пасла стадо верхом на лошади, клеймила скот, чинила упряжь. Кроме того, я неплохая наездница. Не такая, как ты, конечно, но я не раз выигрывала голубые ленты в местных конных соревнованиях. – Она усмехнулась. – А судей гораздо больше волновало то, как я держусь в седле, нежели мой внешний вид.