Страница 67 из 146
XXV
На случай грозы в деревне
Начто над рощей сей тенистойТы завываешь, бурный ветр,И над зелеными лугамиТеснитесь, грозны тучи, вы?Кого во мраках, вихри люты,Вы устрашить хотите здесь?Чью грудь, громовые удары,Стремитесь здесь вы разразить?Ах, на кого ты воружаешьПрироду, гневно божество?—Не соловей ли кроткий, нежныйПричина гнева твоего?Не пеночка ль невинной песньюТебя умела раздражить?Или невинная овечкаМогла нарушить твой закон,И воружить тебя перуномНа сердце робкое свое,На грудь, покрытую волною,Подобну снегу белизной,А мягкостью подобну пуху?Или смиренный селянин,В избыток чуждый работаяИ оживляя грудь своюНехитростною сельской песнью,Мог возбудить твой, страшный гнев?Открой мне, царь миров несчетных:Ужли для них навел ты тьмуИ повелел ударить громам,И воздух раздирать перунам,И вихрям дубы вырывать?Для них ли здесь природа стонет?А там, за полем вдалеке,А там, за белыми стенами,Изнеженная роскошь дремлет:Не громы слух ее мятут,Пред нею мусикийски хоры,Согласьем сердце щекотя,Поют порокам песни хвальныИ сладострастье в душу льют.А там гордец, надувшись грудью,Тебе мечтает равен бытьИ по земле едва ступает,Чтя недостойным ног своихХодить по той, кем он питаемИ от кого исшел на свет.А тамо, львиными когтямиКорыстолюбье воружась,Рыкая пламенем геенским,Кричит: всё собственность моя!Моя земля, мои все воды,Огонь и самый воздух мой!Кричит! — и с алчностью объемлетДальнейшие края земли.Здесь гром — а там спокойно людиПорокам воздвигают трон;Здесь гром — а там они спокойноКурят пред ними фимиам,—И солнце ясно светит там,И не смущается природа,Нарушен видя свой закон!На них, на них, о боже вечный,Горами тучи ты надвинь,Рассыпь на них свои перуныИ под ногами дерзких сихРазверзи пропасти земныеИ дно им ада покажи,—Чтоб там они узрели муки,Назначенные злобе их,Чтобы оттоль сразились стономПредместников своих во зле,И чтобы, кровью заливаясь,Им сердце в трепете рекло,Что жив злодеев страшный мститель.XXVI
К спящему дитяти
Спи, любезное дитя,В недрах мира и покою;Спи, мой друг, поколь стрелоюВремя быстрое, летяВ бездну вечности ужасной,Не промчит зари твоейТихих и прекрасных дней;Спи, доколе взор твой ясныйНе встречал тоски и бед,И доколь путей к весельюТы не ставишь трудной целью:Сердце с жадностью не ждетСлавы, почестей, побед.Спи, доколе весь твой светОграничен колыбелью.Спи, дитя, — твой сладкий сонВспоминает человека,Как сыпал спокойно онВ недрах золотого века.Как твои приятны дни!Как завидны мне они!Там мечи раздоров блещут,Растравляя бунтов яд;Там пожары, язвы, гладСмерть в поля и грады мещут;А тебе, меж грозных туч,Светит тихий солнца луч.Всё вокруг тебя спокойно,Всё приятно, тихо, стройно.Ты откроешь кроткий взор —И пробудятся утехи,Игры, радости и смехи.Ты заснул — и весь твой дворПрикорнул вкруг колыбели:У голов сны милы сели,Задремал желаний рой,Резвым утомясь порханьем,Сам зефир заснул с тобой;И едва своим дыханьемОн колеблет полог твой.Всё с тобою утихает,Всё как будто в пеленах;Лишь улыбка на устахУ тебя не засыпаетИ вещает ясно мне,Что ты счастлив и во сне.Спи, дитя, друг милый мой!Спи, доколь твой век так нежен,Придет время, что сон твой,Так не будет безмятежен.Золотой твой век пройдет:Век тебя железный ждет;Ждут тебя сердца жестоки,Ложна дружба, ложна честь;Ждут развраты и пороки,Чтоб тебе погибель сплесть.Век наступит тот унылый;Ты в пространный свет войдешь —Тьмы в нем горестей найдешь;И тогда уж, друг мой милый,Так спокойно не заснешь.