Страница 66 из 146
XXIII
Ночь
Уже на западе остыломЗари румяный след угас,И звоном колокол унылымДавно пробил полночный час.Природу сладкий сон объемлет;Зефир на свежих розах дремлет —Не вьет он кудрей ручейка;Вода, как зеркало, гладка;Листок от ветра не трясется,И Филомела не поет;Нигде, ни в чем движенья нет,—Мое лишь сердце крепко бьетсяИ мне покоя не дает,От глаз моих сон сладкий гонит;Уснули страсти у людей —А тот, кто убегал страстей,Из глаз слезу горячу ронит,Их чувствуя в груди своей.Мои лишь вздохи нарушаютУгрюмой ночи тишинуИ другу злополучных — снуЗакрыть глаза мои мешают.Дыханьем хладным грудь тесня,Последние отъемля силы,Иссохши, бледны и унылыСтоят печали вкруг меня.Приди, приди, о сон любезный,И легкою твоей рукойИх вид страдающий и слезныйХотя на час от глаз закрой.Но ты словам моим не внемлешь:Иль от несчастных ты бежишь,Счастливцев маками даришьИ с ними на диванах дремлешь?Мой друг! для них ли создан ты!Кто здесь блаженством обладает,Чье сердце горестей не знает,На что тому твои мечты?Они его не утешают,—Но, только память в нем затмив,Ему лишь чувствовать мешают,Сколь много в свете он счастлив.Когда тебе он подать платит,Тогда он час веселья тратит.Ах, если б, Аннушку любя,Я награжден был равной страстью,Не нужен бы ты был мне к счастью,Не призывал бы я тебя;Не сном хотел бы подкрепляться,Но чувством лестным наслаждаться,Что милой Аннушкой любим;Хотел бы чувством нежным симИ умирать и возрождаться;Хотел бы силы им терятьИ в новых силах обновляться.Но если сердце мне дано,Вкушать одно лишь огорченье:Когда мне всякий миг мученье,В который чувствует оно,—К чему тогда мне служит время?К чему тогда им дорожить?Чтоб умножать печали бремя,Чтоб долее в мученьи жить?Тогда часы лишь те мне святыКоторые у жизни взятыИ сну безмолвному даны.Я в них лишь только не страдаюИ слез не чувствую своих;Я в них на время умираю.Приди ж, природы обновленье,Приди приятный, крепкий сон.Прерви на время мой ты стонИ сладкое пролей забвеньеНа чувства пылкие мои;Рассыпь вокруг цветы свои;Приди — и лестными мечтамиМое ты сердце обнови;Приди — Анюты красотамиМою грудь томну оживи,Мне в лестных видах представляйся:Представь мне, что она моя,Что с ней в восторгах таю я,Представь — и ввек не прерывайся.XXIV
Отъезд из деревни
Прости, любезное село,Столица мира дорогого;Прости, ключ чистый, как стекло,И ты, тенистая дуброва,В которой часто день бывалМне так короток, как минута,Где часто соловей певалТак чисто, нежно, как Анюта.Простите вы, мои друзья,—Из недр спокойства и свободыЯ еду в мрачный гроб природы —Простите, в город еду я.Не воздух легкий, ароматныйМне будет грудь там оживлять:Я еду в мир пустой, развратныйСедую, знойну пыль глотать.Когда зарей здесь развернутсяЦветы на бархатных лугах,И хоры птичек раздадутсяВ тенистых и густых лесах;Как соловьи начнут согласноБудить и кликать солнце красно,—Тогда меня разбудит стукКарет, по мостовой гремящих,Иль с грузами телег скрипящих,Иль колокольный скучный звук.Как солнце здесь взойдет высокоИ разгорится ясный день,Вы, птички, скроетесь далекоГустых дерев в прохладну тень,Где жар и ветр вас не гоняют,Где вам утехи сохраняютЛюбови нежной алтариИ где листочка два иль триЧертоги царски заменяют.А я, когда наступит день,Как мне ни больно и ни леньИ как ни бесполезно свету,Тащусь на завтрак иль обед,Играть в бостон или в пикет;Иль, если карт, к несчастью, нет,Тащусь зевать по этикетуИ ползать в суетах мирскихПромежду Глупостей людских,Где языки одни речисты,Где всё добро на языке.Где дружба — почерк на песке,Где клятва — сокол в высоте,Где нрав и сердце так же чисты(Не в гнев то буди городских),Как чист и легок воздух их.Когда у вас на небосклонеПотухнет алая заряИ, сон приятный вам даря,Ночь сядет на сапфирном троне;Уныло зашумят лесаИ в хороводах звезд прекрасных,В одеждах бледножелтых, ясных,Взойдет луна на небеса;Проступит бледность на вершинахИ, серебром светясь, туманРасстелется у вас в долинах,Как утром тихий океан,—Тогда, не зная что заботы,Невозмущенные тоской,В роскошных пеленах дремотыВы сладкий вкусите покой.А я, когда за нашим градом,Застыв, потускнет небосклон,И с темной ночью придут рядомПечальна мысль, мятежный сон,Свет закатится с ясным Фебом,Но не замолкнет стон людской,И под угасшим черным небомРаздастся глухо шум градской,А я — там, где всё так нестройноВ цепях шумливой суеты,Средь роскоши и нищеты,А я — засну ли там спокойно?Ах, нет! не сон, друзья, не сон —Тогда мои мне милы слезы,И мысль одна приятна мне,Чтоб вас увидеть, хоть во сне,Мои любезны дики розы,И чтоб у вас в густой тени,Кудрявы, юные березы,Воспеть златые сельски дни.