Доктор Грант

Ее слова напоминают мне слова Амары, которые она произнесла, когда я попытался отдалиться от нее. Она умоляла меня не наказывать ее за то, кем является ее семья. Как и тогда, эти слова верны.

– Я знаю, – бормочу я устало. – Я знаю, Ари… но я не могу оставить ее семью, не сейчас. Я хочу будущего, которое открывает передо мной Гарольд. Я хочу его всем сердцем и всей душой. Эта возможность – шанс всей моей жизни.

Ария улыбается мне.

– Знаешь, Ноа, ты можешь получить и то и другое.

Улыбнувшись, я подношу руку к ее лицу, заправляя волосы за ухо. В Арии мне всегда нравилась ее наивность.

– Не могу, милая. Я бы хотел. Гарольд ясно дал мне понять, чтобы я держался от нее подальше. Он против того, чтобы мы были вместе. Он… он очень влиятельный человек.

Ария скрещивает руки.

– Я тоже, – говорит она, сощурившись. – Я могу найти на него компромат. Я с радостью уничтожу его, если он будет угрожать твоему счастью.

Покачав головой, я разражаюсь смехом.

– И разрушить отношения Амары с дедом? Не надо, Ари. Я сам что-нибудь придумаю, ладно? Мне просто нужно время. Я не знаю, что делать, но я что-нибудь придумаю.

Она кивает.

– Я рядом. Ты знаешь. Мое предложение в силе. Оно всегда в силе. Я бы пошла на все ради твоего счастья, Ноа. Я вижу, каким счастливым она тебя делает. Я очень хочу, чтобы ты был счастлив. Не позволяй никому отнять его у тебя.

Я киваю, касаясь ее щеки. С трудом узнаю сидящую рядом со мной женщину. Когда она успела так повзрослеть? Для меня она все еще та маленькая девочка… Ария не разговаривала много лет, трижды проверяла все замки в доме, прежде чем лечь спать. И вот она здесь, и я горжусь ею больше, чем ей кажется.

– Не позволю, – обещаю я ей в надежде, что смогу сдержать слово.

Глава 35

АМАРА

Мы с Ноа молчим во время посадки в самолет. Я не готова к тому, что наш отдых близится к концу, да и он, думаю, тоже. Я не готова вернуться в прежнюю жизнь. Да и вряд ли когда-нибудь смогу.

Ноа берет меня за руку, наши пальцы переплетаются. Выражение его лица угрюмое, как и у меня. Кажется, он со всем смирился, и от его взгляда меня разрывает на части. Он выглядит беспомощным и несчастным. Бесит, что я так с ним поступаю. С нами.

Я задаюсь вопросом, не веду ли я себя как эгоистка. Я хочу Ноа всем сердцем и душой, но любовь не должна быть эгоистичной. Я желаю ему добра, но в то же время я не хочу жить без него. Я хочу и дальше называть его своим. Хочу проводить с ним ночи, даже если мы ничем не будем заниматься.

Когда самолет приземляется, в горле застревает ком. Усилием воли заставляю себя не плакать. Я никогда не испытывала настолько сильных эмоций и знаю, что больше никогда ничего подобного не почувствую. Ноа… он навсегда завладел моим сердцем.

Он держит меня за руку, когда мы выходим из самолета. В аэропорту он не отпускает мою руку, только когда мы подходим к машине, он выпускает ее, чтобы открыть мне дверь. Он едва взглянул на меня. Грусть охватывает нас обоих.

Я напряженно слежу за тем, как Ноа обходит машину, медленно, словно он тоже надеется оттянуть неминуемое. Он садится за руль, повернувшись, смотрит на меня. В его глазах – отражение моего разбитого сердца.

Я натянуто улыбаюсь ему.

– Спасибо за чудесную неделю, Ноа. Нам нужно было это время, чтобы выкинуть из головы все, что между нами происходит. Было идеально.

Он хмурится, в его глазах вспыхивает неподавляемый гнев.

– Мы договорились, что будем друзьями, верно? Мы оба знаем, что это логично. Сейчас так будет лучше для нас обоих. Думаю, сейчас не самое подходящее время для наших отношений. Так бывает. В любом случае я рада, что провела с тобой неделю. Давай двигаться дальше, Ноа. Я уверена, что мы сможем оставаться друзьями, Ноа.

Он смотрит на меня пронизывающим взглядом. В какой-то момент я замираю, и мне хочется потянуться к нему, притянуть к себе. Хочу раствориться в нем, но не могу. Ноа – единственный, с кем я не могу позволить себе быть эгоистичной. Он заслуживает целый мир, и я не стану стоять у него на пути. Возможно, сейчас между нами все идеально, но ему еще не приходилось сталкиваться с гневом моего деда. Как только это произойдет, когда его будущее рухнет на его глазах, он никогда не сможет смотреть на меня так, как раньше. Я в одно мгновение отниму у него все, чего он с таким трудом добивался. Я не могу так поступить. Только не с ним. Неважно, как сильно я хочу быть вместе. Он заплатит слишком высокую цену и в какой-то момент начнет сердиться на меня за все, что потерял. Я вижу по матери, как наша жизнь распалась на части. Я не могу сознательно толкать Ноа по тому же пути, когда знаю, какое многообещающее у него будущее и насколько он гениален.

– Друзьями, – шепчет он. Напряженно стиснув зубы, он отворачивается от меня. Я сглатываю грусть, выжимая из себя улыбку. В этот момент слишком легко поддаться искушению, рискнуть всем. Я вижу, что он хочет этого, но знаю, что, если он пойдет на это, свет его глаз в конце концов потускнеет. Он будет винить меня, если дед будет чинить препятствие за препятствием на его пути. Я уже видела, как то же самое случалось с моими друзьями, которые, по мнению дедушки, не подходили мне, с одноклассниками, которых он не хотел видеть рядом со мной. Я знаю своего деда. Если он способен пойти на все, чтобы не дать моим мечтам сбыться, то по отношению к Ноа он поступит гораздо хуже. Мы не просто так решили провести вместе всего одну неделю. Мы оба знаем, что нас ждет, если мы не покончим с нашими отношениями прямо сейчас.

– Ты правда думаешь, что мы можем быть друзьями? – спрашивает он сурово.

Я киваю, сохраняя абсолютно невозмутимое выражение лица, благо я провела бесчисленное количество времени в окружении действительно несносных людей.

У Ноа вырывается леденящий душу смех. Наклонившись, он проводит указательным пальцем по моему лицу, спускаясь к губам, затем к шее.

– Теперь, когда я знаю, какова на ощупь твоя киска… какова ты на вкус… нет, я не думаю, что мы сможем быть друзьями, детка.

Я тяжело сглатываю, во мне разгорается страстное желание. Я пытаюсь не дергаться, не сжимать бедра. Он прав. Теперь, когда он глубоко вошел в меня, я хочу большего. И дело даже не в феноменальном сексе, а в близости. Я хочу, чтобы он целовал меня, гладил по спине, когда мы засыпаем вместе. Я хочу видеть его взгляд, когда он входит в меня, не сводя взгляда во время секса. Я хочу, чтобы он держал меня за руку и наши пальцы переплетались между собой. Я хочу, чтобы он целовал меня в лоб и привычно улыбался мне. Я хочу всего этого с ним, а расставаться с ним – самое трудное, что мне когда-либо приходилось делать.

– Мы сможем. Мы договорились, что проведем вместе неделю, и мы это сделали. Хватит. Мне хватило, Ноа. Давай просто останемся друзьями. Если честно, такой вариант мне больше нравится. За эту неделю отношения между нами только усложнились. Никому из нас сейчас не нужны лишние хлопоты в жизни.

В его глазах мелькает боль, и мне тут же хочется взять свои слова обратно. Прикусив губу, я проглатываю то, что хотела сказать. Ноа следит за каждым моим движением.

– Хлопоты, значит, – повторяет он. – Понятно. Ладно, Амара. Как хочешь.

Я киваю, похоронив свои истинные желания глубоко под осколками разбитого сердца, и широко улыбаюсь.

Ноа отворачивается, застегивая ремень безопасности. Он делает это грубо, заносчиво. Мне страшно, что я причиняю ему боль, но я не вижу другого выхода. И не существует такого варианта развития событий, где мы живем долго и счастливо, не жертвуя нашим будущим. Быть с ним – значит потерять свою семью, а для Ноа – свою карьеру.