Страница 72 из 132
– Мне очень хотелось бы на это надеяться. – Снова хлопнула входная дверь, и Бэбс виновато затараторила: – Ну вот и Бен уже вернулся, а у меня еще ничего не готово. – И с этими словами она заторопилась к холодильнику.
– Как Ривербриз?
– Замечательно. Правда, мне показалось, что ей немного одиноко. – Конюх подошел к раковине и стал мыть свои большие заскорузлые руки.
Бэбс открыла буфет и принялась ставить на стол тарелки и стаканы.
– Кстати, Бен, когда вчера ты ездил на лесопилку, не проезжал ли ты мимо Ривер-Бенда? – спросила она.
– Да, – кивнул он, искоса бросив взгляд на Эбби. Она делала вид, что не прислушивается к разговору. Любое напоминание о том, что Ривер-Бенд им больше не принадлежит, причиняло ей боль.
– Когда я несколько дней назад проезжала мимо, мне показалось, что они срубили несколько деревьев вдоль дороги.
– Верно, – снова кивнул Бен.
– Но зачем? – это возмущенное восклицание уже принадлежало Эбби. Древние дубы и старые раскидистые орехи-пеканы росли там целую вечность!
– Мне сказали, что они собрались расширить дорогу. И еще говорят, что они многое меняют в самом доме. Плотники и штукатурщики там так и снуют.
Ощутив, как к горлу опять подступает тошнота, Эбби оттолкнула тарелку и, пробормотав что-то по поводу необходимости переодеться, вышла из-за стола. На самом деле она просто не хотела больше слышать этих разговоров. Ее сердце и без того слишком сильно саднило.
Однако в течение следующих двух недель Эбби только и слышала, что о своих соседях. В утреннем издании «Хьюстон кроникл» была напечатана большая статья о бракосочетании Рейчел Фэрр и Лейна Кэнфилда. Репортер описывал торжественную церемонию и последовавший за ней скромный прием, на котором присутствовали лишь близкие друзья молодых. Имен не называли, но Эбби предположила, что Маккрей наверняка находился среди приглашенных. В статье также говорилось о том, что после возвращения из свадебной поездки по Европе молодожены будут жить и в Хьюстоне, и в своем новом загородном поместье, которое сейчас обновляется и переделывается.
Только об этих переделках говорили и все знакомые – начиная с Доби, владельцев лошадей, которых обслуживали Эбби с Беном, и кончая Джози и всеми остальными, с кем они общались в связи с организацией различных торжеств. Единственным спасительным временем для Эбби стали утренние часы, когда она на пару с Беном возилась с лошадьми и была избавлена от бесконечных пересудов о Рейчел и Лейне.
Она не делала вид, что ничего не знает о реконструкции Ривер-Бенда, но сама разговоры на эту тему никогда не начинала. Временами ей казалось, что люди специально заводят беседу на эту болезненную для нее тему, чтобы посмотреть, какова будет ее реакция, и иногда ей не удавалось скрыть свою горечь и досаду. Особенно когда она узнала, что новые хозяева Ривер-Бенда уничтожили его знаменитый газон, чтобы выкопать на его месте плавательный бассейн. Вдобавок ко всему изумительный узорчатый паркет – настоящее произведение искусства – был застелен коврами. Впрочем, чего еще ожидать от людей, которые безжалостно рубят двухсотлетние деревья только для того, чтобы расширить дорогу!
Когда Эбби в последний раз была в Хьюстоне по делам матери, она узнала самые свежие новости: Кэнфилды раньше времени вернулись из свадебного путешествия, неожиданно сократив свой вояж. Работа по реконструкции Ривер-Бенда пошла в еще более лихорадочном темпе.
Эбби возвращалась из Хьюстона затемно. Опустив окно, она вдыхала свежий ночной ветер и старалась не думать обо всем этом. Однако тяжелое ощущение не исчезало. Женщина с ужасом ждала того момента, когда Рейчел окончательно переберется в Ривер-Бенд. До него оставались считанные дни.
Вот в отдалении появились заново построенные колонны по обе стороны въезда в поместье. У Эбби упало сердце. С болью смотрела она на прогалину в куще древних деревьев. Дальше, прячась в темноте, виднелись башенки второго этажа. Когда-то это было ее домом.
Сразу вслед за этим Эбби увидела грозовую тучу над домом. Чуть притормозив, она нагнулась и заметила желтые сполохи, вырывавшиеся из окна одной из башенок. Сначала ей подумалось, что там трудится кто-нибудь из припозднившихся рабочих, но затем она явственно почувствовала запах гари.
– О, нет, Господи!
Эбби изо всех сил вдавила в пол педаль тормоза, крутанула руль и въехала на расширенную подъездную дорожку. Чем ближе подъезжала она к дому, тем сильнее становился запах гари. Она уже видела дым, который валил из-под крыши. Остановив машину возле ограды, Эбби смотрела на желтые языки пламени, лизавшие изнутри оконные стекла.
Выбравшись из машины, она подбежала к крыльцу, однако жар и клубы дыма заставили ее отступить. Ошеломленная и беспомощная, она в ужасе смотрела, как пламя пожирает ее дом. Нужно срочно позвать на помощь! Эбби со всех ног кинулась обратно к машине и погнала ее к ферме Хикса. Вбежав в дом, она бросилась к телефону и набрала номер пожарной службы.
– Что случилось, Эбби? – заспешила к ней взволнованная Бэбс. – Ты бледная, как привидение. Ты попала в аварию?
– Нет. – Эбби начала было рассказывать матери о происшедшем, но в этот момент услышала голос на другом конце провода. – Алло! Говорит Эбби Лоусон. Я хочу сообщить о пожаре… В Ривер-Бенде. – Увидев, как округлились в испуге глаза матери, Эбби еще крепче сжала в ладони телефонную трубку. – Я проезжала мимо и заметила. Весь первый этаж дома в огне.
– Нет!.. – с ужасом выдохнула Бэбс.
Эбби медленно повесила трубку на аппарат и перевела взгляд на подошедшего Бена, который стоял рядом с матерью.
– Они не успеют приехать… Ривер-Бенд не спасти… – В этот момент Эбби испытывала странное смешение чувств – вины, горечи и апатии одновременно. – Странно, правда? Я была бы согласна на все, чтобы только помешать ей переехать в наш дом. Но только не на это.
– Может быть, нам стоит поехать туда и попытаться что-нибудь сделать? – неуверенно спросила Бэбс.
– Нет, мама. Мы ничем не сможем помочь.
Эбби подошла к окну и посмотрела в том направлении, где находился их бывший дом. Она видела, как над деревьями поднимался дым и, клубясь, закрывал звезды. Снизу это облако было подсвечено желтыми всполохами огня. Она наблюдала эту картину очень долго – до тех пор, пока воздух в отдалении не разорвали резкие крики пожарных сирен. С тех пор, как она сообщила о несчастье, прошла, похоже, целая вечность.
Наступило утро. Все окрестности были затянуты дымом. В воздухе носились частички сажи, пахло горелым деревом. Эбби прыгнула в седло, и молодая, недавно привезенная кобыла затанцевала под ней, но быстро успокоилась, когда к ним подъехал Бен, сидя верхом на взрослой каурой кобыле. Эбби натянула поводья.
– Бен, я хочу съездить в Ривер-Бенд.
– Я так и знал. Мы можем проехать полем.
Обе лошади были свежими и резво бежали, не требуя понуканий со стороны наездников. Милю, разделявшую владения Доби Хикса и Ривер-Бенд, они преодолели за считанные минуты, однако разрушения, нанесенные огнем, стали видны еще издалека. В поместье уцелела лишь конюшня для жеребцов, но и она сильно пострадала. Крыша ее почернела, белоснежные некогда стены теперь были закопченными, отвратительного бурого цвета. Все остальное превратилось в груды обуглившихся руин.
Над горой обгоревших останков печальным надгробием возвышался почерневший дымоход. Но по-настоящему Эбби захотелось заплакать только тогда, когда она увидела своих любимцев – гигантские дубы, некогда обрамлявшие двор. Боже, что с ними стало!
По другую сторону развалин стояло несколько машин. Там, среди останков, часть которых все еще дымилась, копошилось несколько человек. Эбби заметила глубокую яму на том месте, где некогда был газон. Тот самый плавательный бассейн… Он напоминал разверстую могилу, готовую принять останки ее дома.
– Все даже хуже, чем я предполагала, – обратилась женщина к Бену.
– Да, – невесело согласился тот.