Страница 62 из 132
– Все готово, можно заводить ее в прицеп. – Эбби ласково похлопала кобылу по холке и отступила на один шаг. Укрытая темной попоной, Ривербриз полностью слилась с окружающей темнотой. Теперь были видны лишь ее голова и серебряный хвост. Однако в трейлере и они будут незаметны.
– Открывай прицеп, а я заведу ее внутрь, – велел Бен, выводя кобылу из тени. Эбби направилась к задним дверцам прицепа, но в этот момент на лужайку упал свет автомобильных фар.
– Подожди, – прошептала Эбби, чувствуя, что ее нервы на пределе. – Сюда кто-то едет. Не двигайся, пока я не выясню, кто там.
– Может, это Доби решил узнать, почему мы так долго не едем? – Услышав шум мотора, кобыла насторожилась, и Бен предусмотрительно зажал ей морду ладонью.
– Может быть, – откликнулась Эбби. Однако звук мотора не напоминал скрежетания соседской развалюхи. Во рту у нее стало сухо, а ладони вспотели. Выйдя из-за трейлера, Эбби вытерла руки о штаны и стала ждать, чтобы машина подъехала поближе к фонарю. – Это Маккрей. – Только сейчас, когда она узнала наконец его грузовичок, Эбби поняла, до какой степени перепугалась. Ее ноги буквально подкашивались.
– Мы должны были встретиться еще два часа назад, – возмущенно проговорил Маккрей, высовываясь из окна. – Я уже не знал, что и думать: то ли ты попала в аварию, то ли у тебя сломалась машина, то ли стряслось что-то еще. А потом я звоню тебе домой, и твоя мать говорит, что ты все еще здесь.
– У меня появились очень важные дела, и я… забыла. Конечно, я должна была тебе позвонить. Извини. – Ничего больше сказать она была не в силах.
– Забыла? Вот уж спасибо! – Маккрей стоял перед ней, уперев руки в бока. Вся его поза выражала крайнюю степень негодования и гнева. Затем он потряс головой, словно не в состоянии поверить в реальность происходящего. – Меня еще никогда так не подводили. Ты первая.
– Я же не нарочно. Так получилось…
– Что же стряслось такое важное? – требовательно спросил он.
Эбби вспомнила, что всего в нескольких метрах от них стоит Бен, держа в поводу Ривербриз.
– Одна из лошадей пала. Наверное, от колик.
Именно в этот момент раздалось фырканье Ривербриз. Эбби замерла, а Маккрей взглянул в сторону трейлера.
– Ты слышала?
– Что? – переспросила Эбби и тут же поняла, что глухой прикидываться бесполезно. – Это, наверное, в конюшне.
– А разве ты здесь обычно оставляешь трейлер для лошадей? – подозрительно осведомился Маккрей. – И почему он прицеплен к грузовику?
– Мы его сегодня использовали.
В ту же секунду раздался стук копыт. Лошади надоело стоять на одном месте, и она стала нетерпеливо переминаться с ноги на ногу. Наверняка Маккрей тоже услышал эти звуки. Эбби даже испытала облегчение, когда из-за трейлера вышел Бен, ведя в поводу накрытую попоной лошадь. Она поняла, что своим враньем загнала себя в ловушку, и ей хотелось поскорее положить этому конец.
– Честно говоря, мы решили воспользоваться тем, что трейлер еще не отцепили, и отвезти Ривербриз в амбар Доби.
Подойдя к прицепу, женщина распахнула дверцы, чтобы Бен смог завести кобылу внутрь.
– Минуточку! А разве она не должна быть выставлена на аукционе? – удивился Маккрей. – Неужели Лейну удалось договориться, чтобы ее все же оставили тебе?
– Ну что-то в этом роде. – Эбби вовсе не хотелось раскрывать ему свои планы. Чем меньше людей в них посвящено, тем больше вероятность того, что любимую лошадь удастся сохранить.
– Послушай, Эбби, – Маккрей поймал ее запястье и заставил повернуться к себе лицом. – Что здесь все-таки происходит на самом деле?
– Я уже объяснила тебе: мы перевозим Ривербриз на ферму Хикса, – ответила та, изображая покорность перед лицом его глупых вопросов.
– Но ведь сейчас уже почти полночь!
– Двадцать минут двенадцатого – еще не полночь.
– В твоей маленькой умной головке опять созрел какой-то план?
– Я тебя не понимаю, – твердо заявила Эбби.
– Ты меня прекрасно понимаешь. – С этими словами Маккрей повернулся к Бену, который, закончив привязывать кобылу в трейлере, вылез наружу. – Может, вы объясните мне, что происходит?
– Это не мое дело, – сухо ответил конюх. Он бросил на Эбби взгляд, в котором недвусмысленно читался совет: сказать всю правду.
– Все очень просто, Маккрей, – жестко проговорила она, – если лошади не будет на аукционе, значит, ее не смогут продать.
– Мне следовало догадаться… – мрачно сказал мужчина. – Однако неминуемо возникнут вопросы. Лошади ведь не исчезают просто так. Каким образом ты собираешься все это объяснить?
– Лошади то и дело теряются. Сломалась изгородь, остался открытым загон – вот она и убежала. Тут может быть сколько угодно объяснений. – Эбби уже защищалась. Атмосфера тайны, затем – путаная ложь, а теперь – вынужденное признание поколебали ее самообладание.
– А тем временем она будет где-нибудь спрятана?
– Да, до тех пор, пока не закончатся торги. Тогда я смогу сама купить ее.
– А что, если кто-то об этом узнает?
– Если ты не расскажешь, никто ничего не узнает. – Все эти вопросы и объяснения стали ей уже невыносимы. – Послушай, на аукцион заявится Рейчел, чтобы купить несколько лошадей. Она наверняка приберет к рукам и Ривербриз! – Эбби вырвала руку из его ладони, развернулась и, захлопнув дверцы трейлера, умело закрыла задвижки. Затем она резко повернулась к нему и закончила: – Ну что, понял, Маккрей?
– Как я вижу, Бен, вы тоже в этом участвуете?
– Кобыла действительно принадлежит ей. Ради правого дела можно пойти на некоторый риск.
– Ты собираешься рассказать об этом Лейну? – Эбби было необходимо выяснить, на чьей стороне находится Маккрей.
– С какой стати?
– Ты, видно, думаешь, что мы делаем что-то очень плохое… – начала женщина.
– Ничего подобного я не говорил. Я только считаю, что это на редкость глупый план, а вы похожи на двух конокрадов-любителей. Странно еще, что вы не оделись во все черное и не испачкали лица грязью наподобие Рембо. Ты вызвала бы гораздо меньше подозрений, если бы просто села на кобылу верхом и отправилась к своему рыжему другу, а он потом привез бы тебя обратно. Кстати, ему об этом что-нибудь известно?
– Ничего. – Эбби знала, что Маккрей поддержит ее, какое бы решение она ни приняла, пусть даже он не говорит об этом вслух. Она почувствовала, что уверенность возвращается к ней. – Я дала ему понять, что Ривербриз принадлежит мне, и все связанные с этим вопросы решены.
– А если его спросят, не видел ли он лошадь, уже после того, как станет известно о ее исчезновении?
– Этого не случится. Я заявлю о том, что она пропала, только утром того дня, когда состоятся торги. В спешке, которая будет царить, ничего поделать они уже не смогут, а мы с Беном будем делать вид, что разыскиваем ее.
Пока что ей удавалось отвечать на все его вопросы. Она считала, что предусмотрела любые неожиданности. Чувствуя нарастающую тревогу от того, что время идет, а дело не делается, Эбби решила поторопиться.
– Все продумано, и сейчас уже слишком поздно менять планы. Доби ждет нас, и если мы будем и дальше тянуть время, он начнет задавать ненужные вопросы. Давай, Бен, поехали.
Конюх сел за руль, а Эбби стала обходить кабину, чтобы устроиться на пассажирском сиденье. Следом за ней шел Маккрей. Она открыла дверцу, и в кабине грузовичка вспыхнул свет. Пока женщина забиралась в кабину, Маккрей придерживал дверцу. Усевшись, она повернулась к нему.
– Увидимся, когда я вернусь. Ты ведь будешь здесь?
– Нет. Я еду с вами, так что подвинься.
Эбби едва успела подвинуться на середину сиденья, как Маккрей уже сидел на ее месте у окошка.
Не включая фары, Бен медленно поехал прочь от конюшен. Когда они выехали из света, отбрасываемого фонарем, он притормозил, и машина потащилась вообще с черепашьей скоростью. Теперь им светили только звезды. Сгорбившись за рулем, конюх пристально вглядывался в окружавшую их черноту, пытаясь вести грузовичок по самой середине лужайки.