Страница 6 из 17
Граф Алексей Петрович Бестужев прибыл в мэрию через час после ухода Шатова.
Его авто — чёрный удлинённый седан представительского класса — остановилось у парадного входа. Водитель открыл дверь. Граф вышел, одёрнул полы пальто и направился внутрь.
Один из богатейших аристократов Империи. Владелец сети клиник и имеющий в своих активах доли в заводах, землях, банках. Отец двоих детей — Анны и Петра. Вдовец — жена умерла десять лет назад. И человек, который знал о воронках больше, чем хотел бы.
Секретарь провёл его в приёмную. Дроботов вышел навстречу с распростёртыми объятиями и фальшивой улыбкой.
— Алексей Петрович! Какая честь! Давно не виделись!
— Аристарх Феофанович, — Бестужев ответил рукопожатием. Крепким, но без вызова. — Действительно давно.
Они были знакомы много лет. Встречались на приёмах, балах, официальных мероприятиях. Обменивались любезностями, обсуждали погоду и политику. Типичные отношения представителей высшего света — вежливые, но неглубокие.
— Проходи, проходи, — Дроботов указал на кресло. — Чаю? Кофе? Чего-нибудь покрепче?
— Благодарю, ничего не нужно.
Бестужев сел. Спина прямая, руки на подлокотниках. Поза человека, который пришёл по делу, а не для светской беседы.
Дроботов уловил настроение. Улыбка чуть потускнела.
— Чем обязан визиту, Алексей Петрович?
— Над Москвой нависла серьёзная опасность, Аристарх.
— О чём ты? — Мэр замер. Улыбка полностью исчезла с лица.
— О воронках, — Бестужев смотрел ему прямо в глаза. — И об Ордене Очищения.
Дроботов побледнел. Потом покраснел. Потом снова побледнел. Его лицо прошло через весь спектр оттенков за несколько секунд.
— Откуда ты знаешь⁈ — прошипел он.
— У меня свои источники.
— Какие источники⁈ Это секретная информация!
— Аристарх, — Бестужев поднял руку, — успокойся. Я здесь не для того, чтобы устраивать скандал. Я здесь, чтобы помочь.
— Помочь? — мэр нервно рассмеялся. — Помочь с чем?
— С Орденом. С воронками. С тем, что происходит в городе.
Дроботов опустился в своё кресло. Вытер лоб платком — несмотря на прохладу в кабинете, он вспотел.
— И как же ты собираешься помогать?
— У меня есть человек, — Бестужев говорил спокойно, размеренно. — Специалист. Он разбирается в некромантии лучше, чем кто-либо в Империи. Он уже уничтожил одну из воронок — центральную, над детским садом.
— Уничтожил?
— Да. Той самой ночью, когда произошёл инцидент с Инквизицией.
Дроботов прищурился.
— Ты говоришь о Пирогове, — догадался он.
— Да, — Бестужев кивнул. — О докторе Святославе Игоревиче Пирогове.
— О некроманте, который похитил капитана Инквизиции?
— О человеке, которого несправедливо обвиняют.
Мэр издал звук — что-то среднее между смехом и рычанием.
— Несправедливо? Он — некромант! Это доказано! Детекторы зафиксировали!
— Он — некромант, который борется с Орденом, — Бестужев не повысил голоса. — Не создаёт воронки, а уничтожает их. Не помогает злу, а противостоит ему.
— Откуда такая уверенность?
— Потому что я знаю его лично. Он спас жизнь моей дочери. Спас жизнь мне. Он работает в клинике, которую я финансирую. Я наблюдал за ним месяцами и могу поручиться, что он на нашей стороне.
Дроботов молчал. Его маленькие глазки бегали от Бестужева к окну, от окна к документам на столе.
— Алексей, — сказал он наконец, — ты не понимаешь, во что ввязываешься.
— Тогда объясни.
— Некромантия — это зло. Абсолютное зло. Неважно, какие цели преследует некромант, сам факт использования этой силы делает его врагом Империи.
— Это демагогия.
— Это закон! — Дроботов повысил голос. — Имперский закон, написанный кровью! Некромантия запрещена — и точка! И никакие «благие намерения» не дают права её использовать!
Бестужев покачал головой.
— Аристарх, Орден Очищения угрожает всему городу. Миллионам людей. И единственный, кто понимает, как они действуют, единственный, кто может их остановить — это Пирогов. Да, он некромант. Но иногда нужно выбирать меньшее зло.
— Нет!
Дроботов вскочил. Лицо стало багровое, руки аж затряслись.
— Империя не вступает в союзы с некромантами! Никогда! Ни при каких обстоятельствах!
— Даже если на кону жизни миллионов? — Бестужев задал провокационный вопрос.
— Даже тогда!
Бестужев медленно поднялся. Посмотрел на мэра сверху вниз с печалью во взгляде.
— Ты делаешь ошибку, Аристарх. Большую ошибку.
— Это моё решение.
— Да. Твоё.
Граф направился к двери. Остановился, взявшись за ручку.
— Подумай хорошо, — сказал он, не оборачиваясь. — Когда Орден закончит то, что начал, то уже никакие законы не помогут. Мёртвым законы не нужны.
Он вышел, тихо закрыв дверь за собой.
Дроботов остался один. Стоял посреди кабинета, тяжело дыша. Потом подошёл к столу, налил себе воды из графина. Выпил залпом, а руки всё ещё дрожали.
Затем он достал телефон. Набрал номер.
— Это я, — сказал он в трубку. — У нас проблема. Бестужев знает о воронках. И он защищает Пирогова.
Повисла пауза. Голос на том конце что-то неразборчиво сказал, собеседник явно был недоволен.
— Да, я понимаю. Да, я всё сделаю. Пирогов будет найден и арестован. Обещаю, — ответил он в трубку.
А затем отключился. Посмотрел на портреты предыдущих мэров на стене. Все они теперь смотрели на него с осуждением.
Особняк в Барвихе окружили в пять утра. Три группы захвата — по десять человек каждая. Позывные: «Сокол», «Ястреб», «Беркут». Лучшие бойцы Инквизиции, специализирующиеся на операциях против магов.
Дом стоял на отшибе — двухэтажный особняк за высоким забором, в окружении сосен. По документам это собственность некоего траста, конечных бенефициаров которого установить не удалось. По оперативным данным — одна из резиденций доктора Пирогова.
— «Сокол» на позиции, — раздался голос в рации.
— «Ястреб» на позиции.
— «Беркут» готов.
Командир операции — капитан в чёрной балаклаве — поднял руку. Три пальца. Два. Один.
— Штурм! — скомандовал он.
Сперва прозвучал взрыв. Ворота слетели с петель. Бойцы хлынули внутрь быстро и слаженно.
Прошли на первый этаж. Там располагались гостиная, кухня, столовая.
Пусто.
— Первый этаж — чисто!
Второй этаж. Спальни, кабинет, библиотека. Там нашли лишь книги, документы, да компьютер на столе. Пусто.
— Второй этаж — чисто!
Подвал. Лестница вниз — узкая, крутая. Стены вообще голый бетон. Освещение — тусклые лампы, моргающие при каждом шаге.
Бойцы спустились осторожно, прикрывая друг друга. Коридор. Дверь в конце была стальная, с магическими печатями.
— Подрыв!
Ещё один взрыв. Дверь распахнулась.
За ней находилась лаборатория. Большое помещение, метров пятьдесят квадратных. Столы вдоль стен заставлены колбами, ретортами, странными приборами. В центре находился круг на полу, вычерченный чёрной краской. Руны, символы, знаки, которые не хотелось рассматривать слишком внимательно.
Запах здесь стоял специфический. Алхимия, травы, что-то ещё. Что-то неприятное, как будто открыли старую могилу. Но больше никого и ничего не было.
Командир обошёл помещение. Провёл рукой по столу и увидел на пальцах пыль. Заглянул в колбы, они были сухие и явно давно не использовались.