Страница 16 из 95
Но если вы знаете себя лишь отчасти, а других и того меньше, как же вам создавать сложных неповторимых персонажей? Задайте себе вопрос: «Если бы я оказался в подобных обстоятельствах на месте персонажа, что бы я сделал, почувствовал, подумал?» А потом услышьте честный ответ, потому что он всегда будет правильным. Вы сделаете то, что в человеческой природе. Чем больше вы постигаете тайны собственной натуры, тем лучше вы понимаете ее в других.
Несмотря на все очевидные различия между людьми – возрастные, гендерные, этнические, языковые, культурные, объединяет нас все же гораздо больше, чем разделяет. Мы люди, мы обладаем одинаковым в основе своей человеческим опытом. Поэтому, если вам эти мысли и ощущения присущи, можете не сомневаться: любого встречного на улице эти мысли и чувства – каждого по-своему – тоже посещают.
Стоит нам осознать, что ключ к созданию персонажей – в самопознании, и перед нашими глазами пройдут целые колонны литературных героев, рожденных умом величайших писателей мира – Уильяма Шекспира, Льва Толстого, Теннесси Уильямса, Тони Моррисон, Уильяма Уайлера, Винса Гиллигана, Ингмара Бергмана и многих, многих других – героев настолько неповторимых, завораживающих, запоминающихся, что даже не верится, как они могут быть плодом одного и того же воображения.
Часть II
Выстраивание персонажа
Мои персонажи – это конгломераты прошлых и нынешней стадий цивилизации, отрывки из книг и газет, обломки человеческой натуры, клочки изысканных одежд, сшитые в лоскутное одеяло, как и сама человеческая душа. Август Стриндберг[23]
В каком направлении лучше двигаться при создании персонажа? Изнутри наружу или наоборот? Сначала разработать сеттинг, а потом населить его действующими лицами? Или сначала придумать действующих лиц, а потом выстроить для них окружающий мир?
В любом случае, когда дело доходит до конкретного персонажа, неизбежно возникают одни и те же вопросы: придумывать ли прежде всего внешние характеристики и уже от них идти к внутреннему миру? Или начать с внутренней сущности и из нее выводить внешние качества? Эти противоположные методы мы и рассмотрим в следующих двух главах.
4
Как вдохновиться на создание персонажа?
От внешнего к внутреннему
Искра вдохновения редко разгорается полноценной законченной историей. Обычно чутье писателя позволяет ему выхватить лишь проблеск случайной идеи или таинственный намек. Эти интригующие крупицы запускают цепную реакцию свободных ассоциаций, расходящихся кругами по всему воображению. Задумка, сперва показавшаяся гениальной, обычно упирается в тупик из штампов, но со временем самые ценные озарения вырулят к успеху, пусть и извилистым путем.
Вдохновение может нахлынуть буквально отовсюду, из любой области, окружающей автора, поэтому представим себе вселенную писателя как пять концентрических сфер, вложенных одна в другую:
1. Внешняя сфера – это действительность. Время и место, люди и предметы, прошлое и настоящее.
2. Внутри действительности вращается сфера вымышленного, почерпнутого из книг, со сцены и с экрана.
3. Внутри этой сферы крутятся литературные жанры со всеми их законами и условностями.
4. В каждой истории содержится предыстория, которая тянется от появления действующих лиц на свет, поворотные моменты повествования, а также темы, объединяющие все эти события.
5. В самом центре этой «матрешки» располагается творческое «я» автора, всматривающееся во все, что его окружает.
Итак, начнем с внешней сферы и будем постепенно продвигаться в глубь, к писателю.
Вдохновляющая действительность
Искра вдохновения для создания персонажа зачастую высекается тогда, когда безграничное воображение сталкивается с элементами действительности (предметами, образами, словами, звуками, запахами, вкусами, текстурами). Любое случайное ощущение или переживание может вызвать лавину свободных впечатлений, из которых в конце концов выкристаллизуется сложный персонаж. Однако чаще всего вдохновением для создателя историй служат люди.
Люди для писателя то же, что звуки для музыканта. Когда автор импровизирует с образом персонажа, человеческая природа подсказывает ему ноты, из которых он будет творить симфонию поступков. Следовательно, вымышленные персонажи и реальные люди принадлежат к двум принципиально разным человеческим видам.
Реальный человек никогда не раскрыт до конца, он далек от завершения – это сама жизнь, которую еще предстоит прожить. Персонаж – это произведение искусства, оконченная экспрессивная версия изначального проблеска вдохновения. Люди существуют на самом деле, однако более яркими и реальными выглядят, как правило, персонажи. Когда прямо на нас движется человек, мы уступаем дорогу, чтобы не столкнуться. Персонажи просто следуют своим курсом, не подозревая, что мы наблюдаем за каждым их шагом. Люди противостоят нам, мы на них воздействуем. Персонажи интригуют нас, мы их впитываем в себя.
Писатели начала XX века, такие как Генри Джеймс и Луиджи Пиранделло, понимали: если всезнание о персонаже вполне возможно (и они демонстрировали это в своих романах и пьесах), то объективность наблюдений за реальными людьми вызывает сомнение. Поскольку наблюдению поддаются только внешние черты и поступки, маловероятно, что мы сможем когда-нибудь узнать человека достаточно глубоко, полагали они. Им казалось, что диагноз скрытых мотивов – это в лучшем случае догадки, пусть даже обоснованные, но все равно не свободные ни от ошибок, ни от предвзятости.
И они были правы. Если вы, допустим, пишете мемуары, в число действующих лиц будут естественным образом включены ваши знакомые, однако превращенный в персонажа знакомый может оказаться поверхностным, как моментальный снимок. Если вы пишете непосредственно с натуры, заглядывайте вглубь, раскапывайте то, что от всех скрыто, удивляйте нас своими открытиями. Не копируйте. Скорее, перевоплощайте реальных людей с помощью воображения в персонажей, в которых мы сможем поверить.
Иными словами, реальный человек как источник вдохновения – это еще не гарантия достоверности. Над тем, кому писатель не доверяет, кого не считает настоящим, ему работать не захочется. Однако, если постепенно, обретая черту за чертой, этот образ будет внушать все больше доверия и казаться писателю все более настоящим, тут-то и начнется работа. Нередко одна-единственная грань может вдруг воплотить в себе всю человеческую природу, и эта красноречивая деталь перенаправит вдохновение от того, что есть, к тому, что может быть.
Писатели, которым не хватает знаний сеттинга, общества, черт характера своего персонажа, склонны обобщать, ослабляя тем самым свою веру в образ, а с ней и способность придумывать. Писатели, владеющие действительностью в полном объеме, создают неповторимых персонажей в уникальном сеттинге, моментально захватывая внимание читателя и зрителя.
Формат как источник вдохновения
Выбор формата, второго источника вдохновения, влияет не только на подачу истории, но и на черты и поступки персонажей, которые ее населяют. Так, например, от экранных персонажей камера требует «меньше слов и больше дела». Поэтому киносценаристы при создании персонажей будут делать упор на самовыражение во взглядах и жестах. От театральных персонажей зал, наоборот, требует вербальной выразительности, а не визуальной, поэтому драматурги выдают своим персонажам экспрессивные диалоги.