Страница 9 из 61
Когда раздается телефонный звонок, я не сразу решаюсь посмотреть, кто звонит. А это Саша, и он взволнован:
— Ты куда пропала?! Я уже полтора часа не могу до тебя дозвониться!
— Я уснула в метро, — в общем-то, это даже правда.
— Сумасшедшая! Так устала во время тренировки?
— Ага, — и это тоже почти не ложь.
— Я позвонил Владу, он сказал, что вы сегодня пораньше закончили.
— Так и есть, — я киваю, словно мой жених может это видеть.
— Еще он сказал, что сегодня мы все ужинаем у ваших родителей.
— Вот оно что, — хмыкаю я. — Он тебе сказал!
— А нельзя было? — удивляется Саша.
— Да нет, он молодец и все такое, — говорю я. — Ладно, я доеду до дома и немного посплю.
— Ты хорошо себя чувствуешь? — теперь искренняя забота в голосе моего жениха почему-то раздражает… внутри появляется ощущение, что я просто не заслуживаю того, чтобы он волновался за меня и любил меня. Но я не показываю виду и отвечаю просто:
— Конечно.
В этот момент поезд снова входит в тоннель, связь теряется, и я с облегчением отключаюсь.
Через несколько минут от Саши приходит сообщение:
«Заеду за тобой в шесть, будь дома».
Я отвечаю:
«Окей», — и снова прислоняюсь головой к стенке вагона, надеясь отключиться. Только в этот раз нужно не проспать свою станцию: лучше всего и вправду добраться до дома, немного поспать и привести себя в порядок, потому что выгляжу я ужасно: глаза красные, опухшие, волосы спутаны, футболка смята спереди и сзади…
Дома я просто падаю на кровать. Обычно во мне много энергии, но не теперь. Теперь я чувствую себя совершенно разбитой, выжатой, как лимонная долька, без сил. Мне хочется лежать и плакать — больше ничего. Я ненавижу себя и мир вокруг. Лучшее, что я могу, — это просто заснуть. И я засыпаю. Снова. Так крепко, словно и не спала до этого в вагоне метро.
Просыпаюсь от того, что Саша ласково целует меня в макушку. Это простое прикосновение заставляет меня подскочить на месте. Я резко понимаю, что не хочу, чтобы он трогал меня… Я не хочу, чтобы хоть кто-нибудь меня трогал. Особенно он и Влад — им точно нельзя.
— Прости, не хотел напугать, — говорит Саша.
— Сколько времени? — спрашиваю я, игнорируя его извинения.
— Почти шесть.
— Черт! Мы опаздываем! — восклицаю я, и это опоздание становится для меня спасением. Нет времени разговаривать, нет времени на вину, стыд и боль: я просто поднимаюсь с кровати и бегу в ванную комнату, чтобы наконец переодеться и привести себя в божеский вид перед злосчастным семейным ужином.