Страница 73 из 77
Первыми, пришли в себя от нападения, конечно же, просвещенные мореплаватели Европы и даже открыли ответный огонь, вот только многие из них, быстро поняли, что их орудия, не все добивают до наших кораблей. А это значит, что им необходимо отходить от причалов и пройти некоторое расстояние до наших кораблей. Что они и начали делать, правда, медленно, ведь необходимо поднять в топках давление, до нужного предела, а это процесс не быстрый.
А вот наши орудия 75мм. вполне себе нормально добивали до кораблей всё ещё пока стоящих у причала, кстати, от перелётов каких, уже что-то горело в портовой зоне, так же пострадали и некоторые строения, расположенные вблизи от причалов. Пошли и первые попадания в стоящие корабли, это было уже видно из-за того, что горела крыша одного из стоящих строений, давая хорошее освещение, и хорошо подсвечивая корабли, которые наконец-то стали отходить от причалов. Но вот пока существенных или критичных попаданий, если так можно выразится, в корабли противника не было.
Время перезарядки минных аппаратов на быстроходных яхтах, ещё не было закончено, как часть паровых кораблей под турецким флагом, уже сблизилась с нашими кораблями настолько, что смогла задействовать свою корабельную артиллерию. И сблизились с нами в первую очередь, конечно же франкийцы на своём винтовом фрегате 3-го класса «Armorique», флагмане эскадры контр-адмирала Леона́ра Шарне́, а так же испанцы на своих пароходофрегатах «Reina Blanca» и«Villa de Maderit», ну и неожиданно один из турецких фрегатов, а именно паровой колёсный фрегат «Mecidiye».
Уже после войны мы выяснили, что на паровом колёсном фрегате «Mecidiye», находилось ещё одно значимое, лицо во флоте турецкого султаната -капудан-паша Дамад Гюрджю Халиль Рифат-паша (тур. Damat Gürcü Halil Rifat Paşa), о чём так же свидетельствовал вымпел, на мачте корабля. На него, очень «большое впечатление» произвёл подрыв парового колёсного фрегата «Taif» и уничтожение заодно с ним, канонерской лодки, из состава эскадры охраны порта Синоп и морского района, около него. Поэтому тот приказал, как можно быстрее отходить от причала порта, что и выполнили его подчинённые. Ну и дабы поддержать союзников, так же приказал открыть огонь по кораблям, которые атаковали порт Синоп, правда, при этом отдал вполне разумное указание, держаться позади кораблей союзников.
Вот корабли союзников и показали класс стрельбы, из корабельной артиллерии, на первых же минутах попали сначала паровой авизо эскадры контр-адмирала графа Орлова, из-за чего там возник пожар. Ещё через несколько минут, попадание получил уже «Альбатрос», в его борту образовалось отверстие выше ватерлинии, как раз на уровне артиллерийской палубы и он лишился одного орудия вместе с расчётом, что впрочем, не сказалось на стрельбе, его остальной корабельной артиллерии. Ну и третье, достаточно хорошее попадание, пришлось в одну из канонерских лодок Орлова, что той пришлось выходить из этого морского сражения.
В свою очередь, мы отметились всего лишь двумя попаданиями в пароходофрегат «Reina Blanca», что впрочем, не повлияло на его стрельбу из бортовой артиллерии, по крайней мере, внешне заметно не было.
- Ещё минут десять такой стрельбы, и нам придётся уходить отсюда, - высказался стоящий около меня задумчивый капитан «Чайки» Андреев, потом добавил, - и то если дадут. Вон,уже остальные турки подтягиваются.
Действительно, в это время остальные турецкие военные корабли, стали отходить от причалов, по всей видимости, успели прогреть свои котлы и поднять давление пара, до приемлемого уровня. Да и на двух парусных кораблях, готовились отходить от причалов.
В этот момент, артиллеристы нашего флагмана «Чайки», пристрелявшись, отметились двумя точными попаданиями в пароходофрегат (после войны выяснилось, что это был «Villa de Maderit»), причём от одного из попаданий вспучился его борт, с которого вёлся артиллерийский огонь.
- Топки взорвались, - прокомментировал мой адъютант, который стоял рядом и наблюдал за стрельбой в бинокль, - ход и маневренность, он точно потерял. Сейчас бы его добить.
Артиллеристы флагмана, казалось, услышали эти слова, или уже хорошо пристрелялись, опять два попадания, во всё тот же пароходофрегат. Оба попадания пришлись, как раз в тот же уже повреждённый борт, причём одно из них даже слегка расширило разорванный борт вниз. И через эту, уже довольно широкую брешь, воды Чёрного моря, наконец-то попали в внутрь корабля, а вот его экипаж, как раз бросился к спасательным средствам, которые ещё оставались на его борту целыми.
Конечно, наблюдать за тем, как корабль противника тонет, это хорошо и приятно, но вместе с тем в сражение вступили и турецкие корабли султаната, открыв огонь, правда с большого расстояния, не имея пока попаданий, и скорее всего с целью обозначить тот момент, что они активно принимают участие в сражении. С турецкой стороны, пока в дело вмешались всего лишь пять кораблей, ещё два парусных, фрегат и корвет, только-только стали отходить, от мест своих стоянок.
В этот же момент, случилось ещё одно событие, а именно наши быстроходные яхты, наконец, перезарядили свои минные аппараты и четыре из них, пошли в минную атаку, развив максимальную скорость. Пуски самоходных мин были со всех четырёх, а вот подрывов было всего лишь два, как обычно для этого времени 50 на 50.
Хорошо досталось в первую очередь пароходофрегату «Reina Blanca», он и до этого успел нахвататься снарядов, а теперь ещё и подрыв в кормовой части. Так что его капитан, принял быстрое решение, попытаться спасти корабль, развернув пароходофрегат и направив его в сторону порта Синоп, правда скорость там была, где-то 2 – 2,5 узла всего. Опытный капитан и опытная команда «Reina Blanca», сумела довести фрегат к причалу, и он ушёл под воду, уже, когда была полная остановка его паровой машины. Верхняя палуба фрегата, оказалась скрыта водою всего лишь на 1,5 -2 метра.
Второе попадание досталось паровому колёсному фрегату «Mecidiye», подрыв пришёлся в районе миделя, было ли это попадание фатальным или нет, мы не знаем, но капудан-паша Дамад Гюрджю Халиль Рифат-паша, отдал указание, об отходе в порт Синопа. Как только корабль, сделал попытку развернуться, в него прилетело сразу несколько снарядов, с наших кораблей, а если точнее три. Два в носовую часть, притом одно попадание можно засчитать как подводное, а второе попало на артиллерийскую палубу, повредив несколько орудий, вызвав большой взрыв хранящегося там пороха и снаряжённых боеприпасов к орудиям. От такого подрыва в верхней палубе образовалась дыра. Ещё один снаряд прилетел в кормовую часть. Взрыв в кормовой части произошёл на верхней палубе, убив порядка десяти нижних чинов и трёх офицеров.
Но далеко в последствии этому кораблю уйти не удалось, он всё больше и больше оседал набираясь водой и в конце концов, его экипаж бросился покидать хоть и медленно, но уходящий под воду корабль. До береговой линии в районе порта, паровому колёсному фрегату «Mecidiye», оставалось пройти всего лишь кабельтовых пять.
Технические данные по паровому колёсному фрегату «Mecidiye», приводить здесь не буду, скажу лишь то, что этот корабль был головным в серии. Всего в серии было четыре корабля - «Mecidiye» 1847 года, «Taif» 1847 года, «Saik-i Sadi» 1847 года, «Feyza-i Bahri» 1848 года.
Тонула, от прямых многочисленных попаданий, вторая канонерская лодка типа «Akka», из эскадры контр-адмирала графа Орлова. К ней, уже спешили две быстроходные яхты «Удачная» и «Счастливая», чтобы помочь снять экипаж. В этом конкретном случае отличился флагман эскадры контр-адмирала Леона́ра Шарне́, винтовой фрегате 3-го класса «Armorique». Уже после начала сражения стало заметно, что на нём установлена более современная, скорострельная корабельная артиллерия.