Страница 67 из 77
Ситуация возникла патовая, как бы не стал действовать султан, он всё равно проигрывал. Если войска отправятся отбивать захваченные города провинций, то тогда ещё больше пострадаютего подданные в приграничных городах и соответственно, безлюдными станут несколько провинций, что плохо скажется в дальнейшем для поступления в казну султаната, денег. Если же бросить войска для защиты границы и внутренних провинций, он может потерять все собранные налоги, а это просто громадные деньги, которые потребны для ведения той же войны, и эти деньги скорее всего будут использованы его врагами для войны уже против него.
Но изворотливый ум, султана Абдул-Азиза I, мгновенно придумал выход из этого, казалось безвыходного положения. Он отдал указания, чтобы войска всё же шли к границам султаната и отражали нашествие войск иранского шаха Насреддина. А вот для защиты прибрежных городов провинций, он Абдул-Азиз I, распорядился отправить морем несколько эскадр. Для защиты Констанцы, усиленную эскадру из порта Варны, оттуда ближе, а для защиты Амиса и Трапезунда отправить две усиленных эскадры отсюда, из порта Истанбула, притом отправить все современные более скоростные военные корабли, заодно и корабли союзников, которые находились здесь же в порту.
После таких последних распоряжений турецкого султана Абдул-Азиза I, в войска опять пошли противоположенные указания, что ещё больше сбило с толку военных, которые руководили выдвигающимися подразделениями и частями. Но, тем не менее, они всё же выполнили и это последнее указание, потеряв ещё некоторое время на уточнение последних приказов из столицы.
К моменту, когда части и подразделения прикрытия границы, прибыли к своим районам, там уже всё было кончено. Фактически два района Ван и Хаккяри были опустошены за столь короткий срок.
Тот же крупнейший город Ван был частично разрушен, все жители угнаны на территорию Ирана, как впрочем,было вывезено всё их имущество. Его крепость, была захвачена иранскими войсками сходу, так же разрушена, из неё вывезены все запасы продовольствия, пушки и боеприпасы к ним. Частично разрушен был и город Хаккяри, одноимённой провинции, а так все крепости расположенные на его территории, его население так же было угнано в Иран.
Да что там говорить, иранские войска гребенкой прошлись по этим провинциям, выгребая со всех селений, людей их имущество и всё более-менее ценное, что там нашлось.
Кстати никаких притеснений и разбоев, очень уж пришлось по душе иранскому шаху Насреддину, предложение, о увеличении численности населения самого Ирана. А для этого и надо-то переселить всех бывших турецких подданных, во внутренние провинции, которые расположены чуть в стороне, от турецкой границы. А территории, «пострадавших иранских племён от турецких набегов», около самой границы с Турецким султанатом, отдать нескольким своим лояльным малым племенам, так сказать на вырост.
Выигрыш тут у иранского шаха Насреддина, был сто процентный. Именно поэтому, все его войны были предупреждены о «вежливости» в этом набеге, в отношении будущих подданных шаха Ирана. Войскам хватило того, что было взято в крупных городах, посёлках и особенно крепостях. Как всегда шах Насреддин, прекрасно спланировал и эту операцию, чётко указал на приоритеты тем или иным своим частям. Поэтому если они, и вели какие-то боевые действия с частями турецкой регулярной армией, то только тогда, когда надо было прикрыть отход, вывода населения с захваченных территорий. А вот турецкие войска, пока не понимали, с чем связана такая тактика иранских войск – то они быстро отступают, то они упорно обороняются, около малозначимого селения. Понятие к ним пришло, когда они приблизились к главным городам провинций. А вот как докладывать в столицу султаната,о том, что произошло в захваченных провинциях, командиры крупных турецких частей, не знали, чтобы не остаться крайним. Не знали, как докладывать самому султану и главы провинций, подвергшиеся атаке, из сопредельного государства, те вовремя сумели бежать от приближающихся иранских войск. Тут ведь можно и головы лишится. Хоть указания наотвод турецких войск и поступили из самой столицы, от самого султана, но не будет же он, сам себя винить в происшедшем, понятно же, что виновные всегда другие должностные лица.
В то же самое время, стремительные события развивались и на просторах Чёрного моря, особенно у берегов турецкого султаната и сателлитных ему государств. По указанию лично самого султана, уже вечером были готовы к отправке две усиленные эскадры, помимо усиления со стороны непосредственно турецких флотских, в эти же эскадры вошли и два франкских фрегата, которые остались без своего флагмана – броненосца, подорванного в порту столицы Турецкого султаната, и жаждали реванша на море. Ну и естественно, чтобы хоть как-то успокоить своих союзников, Франкскую империю, командовать двумя эскадрами доверили именно их адмиралам.
Тут хотелось бы немного остановится, на том, кто же эти двое, франкские адмиралы.
Первый из них был контр-адмирал Леона́р Викто́р Жозе́ф Шарне́ (фр. Léonard Victor Joseph Charner), произведённый как и в наше время, в это звание в 1852 году. Так уж получилось, что и в нашем времени он принимал участие в Крымской войне. В 1854 году при осаде Севастополя, командуя кораблём «Napoléon», участвовал в бомбардировке города 17 октября. В 1855 году произведён в вице-адмиралы. Именно он возглавлял ту эскадру, которая прибыла из метрополии и формировалась в Бресте, на флагмане броненосце «Gloire». Так уж получилось, что он оказался в числе спасшихся, с этого корабля.
Вторым был контр-адмирал Огюст Фебврье-Деспуант (фр. Auguste Febvrier Despointes). Своё звание контр-адмирал, он получил буквально за несколько лет перед войной, в 1851 году. В нашем времени он так же участвовал в Крымской войне, правда на востоке. В 1854 году принял участие в действиях по осаде Петропавловска, после чего заболел и умер на борту фрегата «Форт» в 1855 году, близ тихоокеанского побережья Перу, его тело было доставлено во Францию в 1856 году. И этому командиру эскадры повезло остаться в живых, он успел покинуть свой флагман, до того как тот ушёл под воду, в порту столицы султаната Истанбула.
Понимая, что оставшиеся два фрегата, с новейшей бортовой артиллерией, являются самыми лучшими из тех кораблей, которые будут выходить в Чёрное море, контр-адмирал Шарне́, был вынужден, временно передать один из своих оставшихся кораблей, а именно фрегат «Ardèche» в распоряжение контр-адмирала Фебврье-Деспуанта.
В итоге, две эскадры, начали движение, только рано утром, задержка была конечно за турецкой стороной, как оказалось выйти в море быстро не был готов ни один из кораблей турецкого султаната, на что потребовалось порядка шести часов, а там уже и наступила ночное время. Теперь уже адмиралы, возглавившие эскадры не захотели выходить из столицы в ночное время, именно поэтому и было принято решение о выходе в Чёрное море, рано утром следующего дня.
Пока же я просто сообщу состав эскадр, которые завтра с утра должны были идти к захваченным городам Амис и Трапезунд.
В состав эскадры контр-адмирала Леона́ра Шарне́, помимо его флагмана винтового фрегата 3-го класса «Armorique», вошли так же и военные корабли турецкого султаната винтовой фрегат «Kervani Bahri», и два паровых колёсных фрегата «Mecidiye» и «Taif». В последний момент, эту эскадру усилил и пароходофрегат «Reina Blanca» («Рейна Бланка»), корабль, ещё одного союзника турецкого султана Абдул-Азиза I - Священной Испано-Римской империи. Этот корабль, прибыл в Истанбул после обеда, для участия в войне. На нём уже развивался флаг турецкого султаната, как впрочем, ещё на одном корабле прибывшим с ним, тоже пароходофрегате «Villa de Maderit».