Страница 57 из 77
- Хочу на пенсии написать мемуары, - смущённо ответил Кудрявцев, - поэтому записываю всё, что может потом пригодится.
Небольшое отступление.Через два десятка лет, когда контр-адмирал барон Кудрявцев, возглавлял Михайловское артиллерийское училище, на одном из торжеств, на котором побывал и вице-адмирал граф Вяземский, последний не только поздоровался с начальником училища, но и обнял его. Любопытные курсанты училища, мимо этого факта не прошли, ведь это явное нарушение субординации, даещё какими сторонами, и только тогда они узнали, что оказывается, они вместе служили, во время Крымской войны. А их начальник, участвовал в знаменитом набеге на Истанбул, за что был награждён Георгиевскимкрестом 3-й степени. Авторитет начальника Михайловского артиллерийского училища, контр-адмирала барона Кудрявцева, после этого случая, взлетел до небес. Мемуары он написал, притом таким оригинальным способом, что там было больше 70% - это описание артиллерийских систем, порядок их применения, ну и многое другое, что связано с становлением современной артиллерии, особенно корабельной. Для многих артиллеристов того времени, особенно тех, кто носил морскую форму, эта книга стала настольной.
Решение о втором прорыве в Босфор, я принял тут же, ну а чего мудрить, действуем, как и впредыдущей ночи. И время прорыва оставили то же самое. Куда подходят два дивизиона все и так знали - это была прямая видимость самого дворца султана, которая к тому же ещё и освещалась, как на стенах, так и с помещений. Кормовые орудия, ведут огонь строго по дворцу султана Топкапы, а вот у носовых орудий, точных целей нет, их будут указывать офицеры экипажа. На ведение стрельбы выделялось всего три минуты, после этого отход дивизионов. За временем, следили непосредственно сами капитаны, это было их обязанностью.
Не знаю, заметили ли нас в этот раз, но проскочили сам вход в пролив особенно мимо крепости, мы на скорости, чуть больше 15 узлов, в две колонны. Впрочем и далее так и шли практически по самому берегу, по нескольку раз уклоняясь от встречных больших парусных лодок. На последних, скорее всего и не поняли, что такое непонятное и размывчатое проплывало мимо, на столь значительной скорости.
Ещё с подхода к позиции, я внимательно осмотрел как корабли, которые её окружали, так исам дворец султана Топкапы, дворец, как и предыдущую ночь был прекрасно освещён, как впрочем и стены, которые его окружали. Вот по нему и открыли огонь наши кормовые орудия, по моей команде, развив максимальную скорострельность в 14 – 15 выстрелов в минуту. В тоже время носовые орудия открыли огонь по указанным офицерами целям.
Не смотря на то, что дворцовый комплекс султана Топкапы, имеет весьма значительную территорию. Его прекрасное расположение, мыс Сарайбурну (Sarayburnu в переводе с турецкого «дворцовый мыс»), позволял обстреливать дворец, приблизившись почти вплотную к берегу, по меркам артиллерии конечно. Да и вес снаряда был почти 5 килограмм (4,9 если точнее), а уж это играло значительную роль. Через три минуты, когда корабли дивизиона отходили от мыса, во дворец султана было выпущено более 350 снарядов, и ещё примерно столько же в корабли или другие плавсредства, которые стояли у берега, на момент отхода некоторые из них горели, некоторые опускались на дно.
Как возникли у мыса Сарайбурну быстроходных яхты, так они и исчезли. Грохот выстрелов и разрывов снарядов, сменился не совсем тишиной, крики, вой, проклятия, раздавались от береговой черты мыса. Отдалённые крики неслись и от разрушенных зданий дворцового комплекса турецкого султана Абдул-Азиза I, Топкапы.
- Думаю, такая ответка, «понравится» султану, - подумал я удовлетворённо, смотря на то, как удаляется мыс Сарайбурну, - это тебе за нападение на Натали, вот теперь и подчитывай убытки от своих действий. Вой, конечно, будет знатный, но и я, в своём праве на такой ответ, а восток, прекрасно понимает язык силы. А вот Натали, надо будет после такого прикрыть ещё сильнее, малоли что у «сиятельного турка» на уме.
А вот на выходе из Босфора, как всегда была тишь да благодать, сюда ещё не дошли «раскаты» событий, которые произошли непосредственно в самой столицы турецкого султаната, всего лишь какой-то час назад, всё же до него было более 10 миль.
Опять несколько часов ожидания до рассвета и ещё время, затраченное на подход до кораблей дивизии, которые так и находились далеко за пределами видимости. Вот теперь можно и уходит в район поиска на пути караванов из порта Варны в Крым. Притом, в этот раз я даже не хотел приближаться в береговой черте, а именно отойти миль на 50, после чего раскинув широкую поисковую цепь из быстроходных яхт. И то, больше чем сутки, на поиски, у нас не было, потом только домой в Очаков, и подготовка к тому, что было задумано ещё в прошлом году. Эта операция детально разработана и у меня, как командира дивизии уже лежал пакет, который надлежало вскрыть, через три недели.
- Не повезёт нам тут, никто нам не попадётся, - осматривая в бинокль горизонт уже, наверное, с десятый раз, проговорил мой адъютант мичман барон Долгоруков, - ещё часов шесть и мы должны уходить.
- Повезёт, не повезёт, надо ждать, - расслабленно с кружкой чая ответил ему ротмистр Хлебников, который сидел в вынесенном для нас одном из кресел, - вот не умеете вы ждать Александр Юрьевич, а это весьма полезное качество для офицера.
На этот выход, Хлебников был одет в морскую форму, но со знаками ротмистра на погонах, с каждым днём ему становилось лучше и лучше. Ещё на период лечения, он сошёлся с моим адъютантом, и сейчас каждый из них, считал другого своим другом. И подначивать друг друга, это у них было нормой, на это уже никто, из остальных офицеров штаба не вёлся. Но вместе с тем, эти пикировки доставляли остальным офицерам штаба удовольствие, ведь тут в словесной борьбе, если так можно было выразится, оба были, весьма продвинутыми.
- Весьма полезное, - тут же с готовностью согласился Долгоруков, но при этом добавил, - а вот судя по вашему лицу, уважаемый Сергей Владимирович, вам, скорее всего очень не хочется, чтобы мы ввязались в морской бой, это желание возникает у всех, кто первый раз надел морскую форму, и это я прекрасно понимаю.
Что хотел ответить на этот выпад Хлебников, мы так и не услышали.
- Многочисленные дымы, передают с «Счастливой», - тут же раздался крик, одного из нижних чинов, выставленного в качестве наблюдателя.
Все как по команде повернулись в левую сторону, где должна была находится «Счастливая».
- Ну что ж господа, - произнёс я, - посмотрим, кого нам послал бог, напоследок в этом выходе.
С этим были согласны все офицеры, находившиеся на корме флагмана, винтового корвета 1-го класса «Чайка».А ей капитан – капитан 2-го ранга Андреев, тут же стал отдавать необходимые распоряжения вахтенному офицеру.
«Чайка» додав в скорости ещё несколько узлов, устремилась в сторону «Счастливой», за ней послушно увеличив скорость, пошёл и «Буревестник», а так же весь второй дивизион. Разведку проводил 1-ый дивизион, как самые опытные. А вот Угольщик» и «Стремительная» не спешили идти за остальными кораблями дивизии, им так и предписывалось, находится в отдалении от остальных кораблей, которые вышли в море, но в пределах видимости.
Через два часа мы все рассматривали, как чуть в стороне шёл просто громадный конвой, в нём было до двадцати кораблей различных классов как паровых, так и парусных, которые шли двумя колоннами. Ну и охрана была соответствующая, двенадцать военных кораблей, различных классов – бриги, корветы, фрегаты и даже несколько парусных линейных кораблей. Все они плотно прикрывали сам конвой, который двигался со скоростью 6 узлов.