Страница 56 из 77
Тут только можно добавить, что точно такие же были и в нашем времени во Франции, но буквально спущенные на воду на 5-10 лет позднее, самой Крымской войны.
На точку сбора яхта дошла за минут 10, все корабли отряда уже находились там, кстати, практически сразу же подошёл дивизион, который возглавлял мой помощник Вальд. Как только мы тронулись в обратныйпуть по проливу, где-то в порту столицы раздались первые выстрелы. Куда там стреляли, было совсем непонятно, но это радовало, может кого-то ещё из турок, попадёт под раздачу «просвещенных мореплавателей».
Капитан яхты лейтенант, имел очень довольное лицо, когда я прошёл в рубку управления, ну ещё бы, их самоходная мина попала в цель, и это без награды не останется, и главное после этого та цель ушла на дно, а значит, на свой счёт можно записать один корабль противника.
А меня, честно говоря, больше всего интересовало, кого атаковал дивизион Вальда. Но тут надо дождаться, когда прорвёмся в море и там, на флагмане, сделаем разбор ночной атаки.
В море, прорвались всё там же, вдоль береговой линии, на скорости 12-13 узлов, никакой тревоги с крепости расположенной на этой стороне не было, да и ночь была, по времени ещё не было трёх часов ночи.
После прорыва в море, и ухода миль на 7 от берега, были включены габаритные огни в кормовой и носовой части, сами яхты бригады собрались компактной группой. До рассвета оставалось всего лишь несколько часов.
Вальда, по всей видимости, распирало от того факта, куда они попали, так что он не выдержал и подошёл прямо к борту яхты на которой я находился, Рулевой «Везучей» на которой последний и находился, вплотную медленно прошёл вдоль нашего борта, так чтомой помощник, без проблем перескочил ко мне на яхту.
Вид Вальда был ну очень, очень довольный. Он же и первый заговорил.
Нам опять повезло, - были первые слова Александра Ивановича, - хоть в этот раз, мы делали все пуски в одну и ту же цель. Но оно того стоило.
- Судя по твоему виду, - тут же сделал ироничное предположение я, - вы, скорее всего, уничтожил не много ни мало, а броненосец противника.
Стоявший рядом со мной капитан яхты, стоял неподвижно, хоть и смотрел вперёд, но тем неменее весь напрягся, больше слушая о чем рядом говорят командир дивизии и его помощник. Ему так же было интересно узнать, куда же попали яхты 1-го дивизиона, что стоящего рядом капитан 2-го ранга Вальда распирало от удовольствия.
- Мы думаем, что это именно так, - высказался довольный Вальд, - а как иначе, посудите сами Сергей Сергеевич, более 80 метров в длину, весь из металла, водоизмещением более 5000 тонн, с одной трубой практически посередине корабля и очень высокими бортами, что это может быть? Я как его увидел, то сразу принял решение, все самоходные мины пускать только в него, сам знаешь, что у них срабатывание 50 на 50. А тут три прекрасных попадания - в носовую часть, кормовую и точно по миделю, ведь условия для стрельбы самые идеальные, тихонько подошли на кабельтов, хорошо прицелились выстрел, ну и уход, и всё это заметь без всяких обстрелов.
- Возможно, возможно, - задумчиво высказался я, обдумывая полученную информацию, - но торопиться не будем, посмотрим, что напишут в мировых газетах, по поводу нашего сегодняшнего нападения. То, что напишут, я нисколько не сомневался.
Конечно же написали и не раз, и это была сенсацией недели, а то и месяца. Так ведь получилось и об этом мы узнали уже после войны, те же франкийцы готовили нам ещё один сюрприз в виде отправки в Крым, ещё одной эскадры, но столь мощной, что встреча, с которой была бы фатальной, ну или проигрышной, даже для моей дивизии. А вот встреча с ней той же дивизии Истомина была бы проигрышной для последнего 100 %, те бы просто не смогли бы уйти от неё. Ну, посудите сами, ведь во главе её был не просто флагман, а один из сильнейших кораблей на то время.Был такой и в нашем времени, я точно помнил по названию. Но, если брать ту же википедию, то это первый способный на бой в открытом море броненосец, французский естественно. Но если зайти на морские сайты той же Франции, то они уже классифицировали его, как класс «бронированные фрегаты». Имя корабля, о ком идёт речь – «Глуа́р» (фр. Gloire – в переводе «Слава»). Спроектирован Дюпюи де Лома по чертежам Одене, имел деревянный корпус и три мачты. Имел броню по ватерлинию 4,72 дюйма (или 12 см.) при общей массе 810 тонн. Его размерность составляла 77,89х16,82х8,16м, водоизмещение 5617 тонн, мощность паровой машины 2500 л.с., что позволяло кораблю развивать скорость 12,8 узлов, экипаж составлял 550 человек, на его вооружении было 8 казнозарядных нарезных орудий 100/27, и 12 орудий 47мм.. Помимо флагмана, в эскадру входили два однотипных фрегата, а именно тип «Armorique» (в этом времени, таких кораблей было построено два, а не один как в нашем). Данные, по именно этому типу кораблей, я приведу несколько ниже по тексту.
Обдумывал я, вот что, одновременно отвечая на вопросы Вальда, - прибытие столь значительных морских сил союзников, говорило только об одном, было принято решение в корне поменять стратегию на море, чтобы додавить оставшиеся силы Руссийской империи. Поэтому, чтобы переломить ситуацию в свою пользу и были брошены новейшие для этого времени, военные корабли, и скорее всего у них вооружение будет новейшее. В эту доктрину прекрасно вписывается и современный броненосец, который атаковал отряд Вальда. Да и та эскадра, которую атаковал дивизион под моим руководством, скорее всего, состояла из современных военных кораблей, с соответствующим вооружением. И всех их перекидывают, как раз на начало сезона перевозок по морю, то бишь, на раннюю весну.
Пока такие мысли летали в моей голове, я рассказал кого, дивизион который я возглавлял, атаковал в порту.
- Ну что ж, четыре военных корабля, которые гарантированно не будут участвовать в этом сезоне в войне это неплохой результат, - согласился со мной, мой помощник Вальд, - а если на одном из них к тому же взорвались топки, то он уже точно не войдёт встрой, да и броненосец не жилец после трёх попаданий.
- Думаю через неделю, максимум две мы будем иметь по этому вопросу, более подробную информацию, - добавил я, продолжая думать о той ситуации, которая может сложиться здесь, на Чёрном море, - по крайней мере, ушлые европейские газетчики, точно уделят завтра своё самое пристальное внимание ночным взрывам, в порту столицы султаната. А через дня три всё, что они выяснят, будет напечатано в газетах. Через ещё три дня эти газетные статьи перепечатают уже столичные руссийские газеты, которые дойдут до нас ещё дня за три.
- Даже и не спорю, - согласился со мной Вальд.
Такая неспешность событий была вполне нормальной, для этого времени и никого не удивляла, развитие того же телеграфа шло буквально семимильными шагами, опутывая практически каждый крупный город, любой из стран.
Через несколько часов, когда окончательно рассвело, два дивизиона быстроходных яхт, малым ходом направились к месту, где находились остальные корабли дивизии. Ведь экипажам необходимо было не только отдохнуть перед следующей, бессонной ночи, но ещё и демонтировать минные аппараты, и установить взамен них, кормовые 75-мм орудия. Для выполнения этих работ, подключили не только экипажи яхт, но и нижних чинов роты морской пехоты, на «Угольщик» временно перекинули взвод морской пехоты.
Пока экипажи яхт или работали, или отдыхали, дожидаясь своей очереди, на замену минных аппаратов на орудия, на флагмане «Чайка» я подвёл итоги первой работы ночью и планы на следующую ночь. У всех сидящие в моём салоне вопросов не было, всё и так было понятно, а спор разгорелся только по одному моменту, это прорыву в пролив Босфор. Ведь предыдущий, как в крепостях, так и на кораблях, которые именно этот пролив охраняли, просто проспали, в этот раз уже могли не спать, а даже наоборот – бдить. И весь вопрос заключался в том, как прорываться вдоль одного берега или вдоль двух берегов, крепости стояли с обоих. Мнение разделились примерно поровну, поэтому после получасового спора, решили оставить его за мной, не зря же меня прозвали «Везунчик». Кстати тот же капитан 1-го ранга Кудрявцев, принял сторону моего помощника Вальда, который ратовал за такой же прорыв, как и был предыдущей ночью. Вообще, Борис Ефимович, говорил очень мало, стараясь только по делу, а предпочитал больше слушать, постоянно что-то записывая в свою рабочую тетрадь. Я как-то поинтересовался, что он записывает.