Страница 44 из 77
Успел пройти посетить раненых Хлебникова и Майета, как заверил дежуривший в моём доме врач, что с ротмистром всё «стабильно хорошо», как впрочем, и Константином Константиновичем. Последний, не спал.
- Ни когда не думал, что смогу попасть в такой переплёт, - высказался Майет, - будет мне уроком, теперь везде буду таскать с собой револьвер, именно на такой случай, как говорится «век живи, век учись». Да и жизнью мы с Вальдом, вам обязаны … .
- Это не мне, а Егору, - прервал я Майета, - вот его и отблагодарите. На мой взгляд, самая лучшая для него благодарность будет – это если вы подготовите его к сдаче экзамена на офицера. А Вальд, в благодарность, внесёт необходимую сумму, тем его и отблагодарите оба. Тем более, что сейчас наступает зима, и времени лично у вас будет много, пока поправитесь от ранения.
Тут хотелось бы сделать небольшое отступление, пояснив озвученное выше, ведь Егор, не имел дворянства. Но, тем не менее, мог бы стать офицером, при этом получив с первым офицерским чином и личное дворянство. При этом необходимо, помимо сдачи экзамена, внести ещё и фиксированную сумму в размере 10 000 рублей. Кто внесёт данную сумму, это уже другой вопрос, либо он сам, что маловероятно из-за его низкого статуса, либо его семья, что тоже маловероятно, так как в семье, обычно было более трёх детей. Мог внести такие деньги так же клан, к которому он принадлежал, но как правило, такие деньги, потом отдавались десятилетиями. Мог внести и любой желающий, которому не жалко было такой суммы. В общем, вариантов много. Вплоть до того, что платила империя, но в этом случае, новоиспечный офицер подписывал бумагу, по которой обязался отслужить двадцать лет.
- Пустое, - заявил Майет, - я и деньги найду.
- Ну уж нет, - высказался вошедший в комнату, в это время Вальд, и слышавший наш разговор, - плачу я, у меня времени нет на обучение Егора. А у вас, Константин Константинович, будет вся зима, тем более скучно вам будет без дела.
- И место для этого подходящее есть, - продолжил я, - яхта «Принцесса», кстати, можете ещё и других смышленых набрать, из семей нижних чинов. Предварительно оценив их способности, за них заплачу я сам, даже если будет до двадцати юношей. А по некоторым практичным и теоретичным моментам, могу и я с Вальдом, пояснить и занятия провести.
- Да согласен я, согласен, - ответил Майет, - хоть скучно зимой не будет.
Опять небольшое отступление. Вот так походя, была образована, сначала одна подготовительная группа. В которую кстати, когда об этом узнали нижние чины, набралось, как и планировалось, двадцать юношей, хотя желающих было в разы больше. Но Майет, отобрал двадцать лучших. Все они потом, к лету следующего года успешно сдали экзамен, на морского офицера, получив к тому же личное дворянство. Как я и обещал, за девятнадцать из них заплатил я, а за Егора, Вальд. Кстати впечатлённые таким методом, а заодно и успехом, мы с моим компаньонам, уже следующим летом открыли здесь же в Очакове, подготовительную школу, для будущих морских офицеров, для начала на три группы по 20 юношей. Шефство над школой, взяла на себя моя супруга, Натали.
Но я, как всегда немного отвлёкся.
Вальд пока мы шли с ним мой кабинет, доложил о выходе и что во время выхода, был ранен мой адъютант мичман барон Долгоруков.
- Определённо этот день для нас невезучий, - думалось мне, - это надо же столько народу было на яхте, а единственный выстрел, был именно в моего адъютанта. Надо будет с этим «пассажиром» разобраться, по полной. Вытрясти из него всё, что он знает по этому делу.
Уточнил у Вальда, что всех взятых на лодке, переместили на корвет «Буревестник», не развязывая, оставили до утра под надёжной охраной.
Чтобы лучше думалось, принялся ходит по кабинету, Вальду же кивнул на кресло, чтобы тот садился.
У Вальда, я только уточнил, как так получилось, что мой адъютант вышел в море вместе с ним?
Видя, что мой помощник, от такого вопроса разволновался, и понимая почему, всё же папа́ мичмана на настоящий момент командовал имперским Балтийским флотом, я успокоил его сказав, что самое главное, что тот живой и к лету будет готов выполнять свои обязанности, а остальное мелочи.
- Все под богом ходим, - уже в конце, философски добавил я, отправляя Вальда отдыхать.
На этой ноте мы и разошлись на отдых по своим апартаментам. К этому времени Натали, не только выспалась, но и успокоилась, как всегда устроившись на моём плече, потребовала в этот раз не очередную сказку, а моего рассказа, обо всех событиях этого дня, притом «подробно». Рассказал, куда же деться.
Глава 66
С утра во время завтрака, на котором присутствовал и дежурный врач, уточнил у последнего состояние раненых.
- «Стабильно нормальное», не считая повышенной температуры - именно так ответил врач, и уточнил, - их сейчас кормят, потом осмотрим более внимательно, с моим сменщиком.
- Если что-то понадобится для раненых, сразу обращайтесь ко мне, - тут же добавила Натали, - и купим и найдём всё.
Такой ответ меня вполне удовлетворил, Натали проводила меня до холла, а вот выйдя из особняка, мы с Вальдом увидели, что около нашей пролётки, нас уже поджидало сопровождение, в виде десятка верховых казаков.
Старший, десятник, седоусый плотный дядька, в форме донских казаков, шагнув ко мне, доложил, - ваше высокоблагородие, согласно указания коменданта Очакова, генерал-лейтенанта барона Кнорринга, с этого момента будем сопровождать вас, как до порта, так и обратно.
Нечто подобное, я от Романа Ивановича ожидал, не мог он оставить без своего внимания, случившееся вчера, поэтому просто кивнул головой, в знак согласия, тут и говорить не о чём.
В порту в первую очередь, посетил своего адъютанта на «Буревестнике». Пока для него Смирнов, выделил отдельную каюту, которая находилась как раз аккурат, около месторасположения судового врача корвета.
Мичман спал, как сказал врач, ночью у него была высокая температура, которую удалось сбить, но незначительно, только к утру. Кстати, его осмотрел и прибывший в порт вечером, Осинников, осмотром остался доволен. Сказал, что будет на утреннем осмотре после 10 часов.
На верхней палубе корвета, меня дожидался капитан 1-го ранга Баженов, уже поздно вечером от своего помощника, он узнал, что был выход в море на транспортной яхте «Стремительная», но вот узнать подробности, он так и не смог. Колокольцов и Самойлов, ничего не могли сказать, мотивируя это запретом, со стороны помощника командира дивизии Вальда. Все только и знали, что на этом выходе был ранен адъютант командира дивизии, мичман барон Долгоруков.
Вот Александр Иванович, и решил выяснить все подробности этого странного выхода, лично у меня, подозревая, что такое указание было дано именно мною.
Пояснил причины, при этом добавил, что имею большое желание побеседовать с непосредственным исполнителем заказа, который ушёл в Очакове и его перехватили только в море, на пути в Турецкий султанат.
- Ничего он вам не скажет, - выслушав меня, ответил задумчивый Баженов, - я это точно знаю. По молодости, сталкивался я с точно таким случаем, здесь же на Чёрном море, но со стороны Кавказа, они готовы умереть, но не сказать и слова.
- Но это мы посмотрим, - ответил я Баженову, в уме прикидывая, как бы развязать язык попавшемуся на горячем, турку. Тут в моей памяти из прошлой моей жизни, всплыл эпизод, из просмотренного мною одного фильма, про то как сотрудник уголовного розыска, уговорил одного рубщика мяса, весьма здорового мужчину, просто постоять в дверях в форме с засученными рукавами, чтобы произвести впечатление на допрашиваемого, чтобы последний дал показания. А я, кстати видел в команде прибывшего в дивизию, капитана 1-го ранга барона Бойе, нижнего чина, который, наверное был покрупнее того же Валуева, как раз самое то, что надо. Осталось только продумать, что говорить пленному турку, про его будущую загробную жизнь. И то, как я предоставлю его, перед его же работодателем, и что он, работодатель, сделает после этого с его родными.