Страница 5 из 121
– Вы охренели так орать на всю округу? – друг стрельнул глазами по сторонам. – Геныч, ты хочешь, чтоб тебя выперли отсюда?
– Да я и сам уйду, – я отбросил его руку, но Макс примирительно обхватил меня за шею.
– Ага, уйдёт он… кто б тебя ещё отпустил!
Неожиданно поблизости раздался громкий хлопок, от которого и без того взвинченная Майка вздрогнула и выругалась.
– О, слыхали, никак, жених застрелился? – обрадовался я, а Макс заржал.
– Шампанское открыли, Геныч! Во ты придурок, а!
– Вот-вот, таких больных придурков ещё поискать, – тут же подхватила Майка.
– Но ты-то, моя умничка, уже нашла! – пальцем я аккуратно стёр помаду с её подбородка. – Повезло тебе, да, солнышко?
– Да пошёл ты! – она снова ударила меня по руке и обиженно надулась.
Да что уж, отпиночьте меня тут всей толпой – отведите душу!
– Послушай, мадам, – встрял Макс. – Ты за языком-то своим следи.
– А не ты ли, Максик, только что напомнил мне, что твой друг придурок?
– Прости, брат, – покаялся Макс. – Клянусь, я не хотел подавать плохой пример твоей… даме. А ей бы неплохо усвоить, что таким помелом можно и всех кавалеров распугать.
– Хах! Да где они, ваши кавалеры? – Майка окинула меня презрительным взглядом с головы до ног. – Мне вот из всей кавалерии достался только конь с яйцами. Адьос, амигос!
И, задрав подбородок и расправив плечи, она бодро загромыхала каблуками прочь.
Ну и куда она пошла? Она ж здесь со мной... И надо бы что-то сейчас сделать, наверное… а я что-то никак.
– Вот коза, – процедил Макс, провожая Маку взглядом. – А ведь она мне сперва даже понравилась.
– Мугу, мне тоже. Но, как показывает практика, Малыш, прекрасные незнакомки прекрасны лишь до тех пор, пока они незнакомки. А жаль… – я с досадой посмотрел Майке вслед. – Я к ней вроде уже привык.
– Да ладно, когда ты успел-то? Сколько вы с ней?
– Четыре дня уже! А что ты ржешь-то? У меня, между прочим, ещё не было таких долгоиграющих отношений. А может, уже и не будет никогда… как-то не умею я с ними рядом.
– Что ты лепишь, Геныч? Это тебя ещё просто не торкнуло. Ты меня после Ирки забыл, что ль?.. А ведь я тоже думал, что всё – хорош. Зато теперь я добровольный подкаблучник. Правда, мне сложно представить, чтобы моя малышка могла вот так же дерзить.
Макс быстро отыскал глазами Марту и причмокнул своими выдающимися губами.
– Получается, что восьмая Марта обошла в рейтинге первую Майю, – заключил я и огляделся по сторонам. – Та-ак, ну и что у нас там по плану – развесёлые покатушки?
– И разнузданный банкет с неприличными конкурсами.
– Ну и драка, если уж совсем повезёт, – я хлопнул друга по плечу. – Похоже, я теперь конь свободный… а посему готов испортить борозду всем желающим.
– А с Натахой-то у вас… – понизив голос, Макс резко посерьёзнел. – Реально было, Геныч?
– Ты охерел, думай, что лепишь! Я и сам хер понял, за что мне по щам прилетело. Ну, пожелал я ей взаимной любви… Не, ну а что… скажешь, я неправ? – но, оценив гримасу друга, я отмахнулся. – А-а, молчи лучше, сам знаю, что мудак.
Оглядевшись по сторонам, я поймал на себе до хрена любопытных взглядов (а один – ну прямо очень многообещающий) и нахлобучил на голову счастливую панамочку.
– Ладно, Малыш, ты иди давай, а то нам ещё твою Марту отбивать придётся.
– Геныч, какого ты этот блин на башку напялил? Ты в нём, в натуре, как клоун.
– Да я, Максимушка, и без панамочки ненамного краше. Но, может, мне сегодня повезёт, и кто-нибудь разглядит мою прекрасную душу… м-м?
Глава 4 Гена
И вот иду я с душой нараспашку, а благородные гости так от меня и шарахаются.
Да и похер на эти чванливые морды! Воронцовская аристократия, задрать их промеж глаз! Наверняка все они сейчас строят догадки, кто же додумался пустить на это помпезное мероприятие для избранных вельмож дурня с бандитской рожей и в белой идиотской панамке, зачем он здесь?
А я и сам себя об этом спрашиваю, хотя знаю ответ. Вон она, моя причина – прекрасная, как ангел, невеста в воздушном белом платье. Маленькая шантажистка!
Целых два месяца Наташка с маниакальным рвением готовилась к предстоящей свадьбе, пёрла навстречу своей несвободе, как разогнавшийся локомотив… и сигналила мне в уши, буквально навязывая потребность её остановить.
И я реально старался – семафорил изо всех сил, флажками размахивал, общественность взбаламутил – делал всё что мог! Но единственной башкой на рельсы… прости, малышка, – я не готов. И уж тем более я не планировал становиться свидетелем её бессмысленного жертвоприношения. До сих пор удивляюсь, как я мог разминуться со своими планами.
Я отказывался сюда идти, когда Наташка зазывала меня по-хорошему, не проникся, когда она пригрозила сорвать свадьбу – нашла, чем пугать! Но три дня назад, когда она явилась ко мне домой со слезами и умоляла не игнорировать приглашение, я всё же размяк сдался.
И вот теперь я снова себя спрашиваю – зачем я здесь – чтобы наблюдать за тем, как эта мазохистка пускает свою жизнь под откос? Но ради чего?! У неё, как и у Жеки, был выбор!.. И если мой друг реально рисковал здоровьем, отвергая навязанную ему невесту, то Натаха выступила из разряда «назло мамке отморожу себе уши». А может, весь этот балаган ради того, чтобы прилюдно надавать мне по щам? Ну, тогда дай бог, чтоб ей полегчало.
Я обернулся в сторону молодоженов и напоролся на полный ненависти взгляд Аллы Дмитриевны – вот же ведьма! Широко оскалившись, я помахал ей рукой – типа, не волнуйтесь, мамо, я здесь. А ведь когда-то я этой дамочке нравился, и она даже позволяла себе шутки по поводу нашего с Наташкой союза. Неудивительно, ведь в то время я был сыном будущего мэра.
Но всё течёт, всё меняется… и как только мой морально-неустойчивый батя обзавёлся новой семьёй, для Аллы Дмитриевны Ланевской я мгновенно стал бесперспективным кадром – неподходящим женихом для дочери и неугодным другом для её сына. Хорошо, что Жека оказался стойким. И как жаль, что Наташка – тоже.
И вот я снова попал под прицел синих глаз, но едва наши взгляды встретились, Наташка вцепилась в руку новоиспечённого супруга и одарила его ослепительно-фальшивой улыбкой. Вот и правильно – назвалась клизмой – полезай по назначению.
А кстати, о клизмах… я поискал глазами Майку и с облегчением обнаружил, что она не скучает – подсела на уши Кирюхиной младшей сестрёнке.
О-о! А вот эта звезда по мою душу!..
Отрада для моих глаз! Самые потрясающие ножки Воронцовска несут ко мне свою восхитительную рыжую хозяйку. Легкое зелёное платье под цвет её левого глаза облегает маленький круглый животик, в котором до поры прячется мой крестник, и по этому случаю моё настроение цвета Эллочкиного правого глаза стремительно светлеет. Я с радостью раскрываю объятия:
– Иди ко мне, моя нежная гулюшка!
– Ген, ты как? – позволив себя обнять, Элла заглядывает мне в глаза. – Пожалуйста, не обижайся на Наташу, она жутко расстроена, и сама не понимает, что творит. Мне её так жаль… да ещё и Женька на ней оторвался.
– Твоему Жеке мы можем выписать взыскание с занесением между глаз, но это подождёт, – я улыбаюсь и увожу разговор от опасной темы: – А расскажи-ка мне лучше, как поживает наш карапуз.