Страница 61 из 63
Румянцев ждал каких‑то указаний от Вавилова. Но тот просто отпустил его.
Видимо, — подумал встревоженно Румянцев, — недоволен тем, что по итогам той беседы с Ивлевым, что в машине пришлось с ним провести вместо ресторана, он ничего так толком ему сообщить и не смог интересного по итогам всех этих походов Ивлева по иностранным посольствам.
Так что, если генерал теперь там что‑то и планирует по поводу новой информации делать, то меня явно к этому привлекать не будет, — переживал он.
Вавилов, отпустив Румянцева, тут же принялся действовать. Отдел подполковника Кутенко не очень подходил для того, что нужно было дальше делать.
По идее, тут, конечно, вообще уже надо было контрразведку привлекать. Но давать такое поручение людям Назарова — при том, что тот немедленно, конечно же, выйдет на Ивлева как на автора этой пьесы, да ещё начнёт какие‑то свои схемы вокруг него крутить, — Вавилов, конечно же, не хотел. Так что придётся специалистов из своего первого главного управления привлекать.
Вызвав к себе полковника Симоненко, он отдал ему приказ: аккуратно выяснить, на каких именно местах будут в театре находиться японский и британский послы, и окружить их своими людьми, чтобы максимально подробно зафиксировать их разговор во время этой постановки.
Очень ему не нравилась вся эта странная активность послов недружелюбных по отношению к СССР держав в отношении Павла Ивлева. Мало ли повезет, и они, пока эту пьесу смотреть будут, что‑то скажут, что поможет прояснить ситуацию. Надо же выяснить, с какой именно целью они Павлом Ивлевым интересуются.
Ну а кроме того, Вавилов был большим поклонником Андрея Миронова, так что решил, что, пожалуй, и сам сходит на эту премьеру.
Да и любопытно ему было глянуть, что там за пьесу Ивлев написал. Может, он, посмотрев её, начнёт и Павла Ивлева лучше самого понимать — всё же от него в последнее время стало многое зависеть в отношениях с Андроповым.
Москва
В пятницу с утра съездил выступить на радио. Все штатно прошло, мы с Николаевым уже так сработались, что вполне могли уже при необходимости жестами переговариваться прямо во время эфира. Я понимал, когда он хочет свои пять копеек тоже вставить, уже когда он только ерзать начинал, и тут же давал ему такую возможность.
А затем я до самого вечера заготавливал и развозил подарки по детским домам.
Договорился еще перед радио с ЗиЛом, где всё уже было готово. Узнал накануне от Брагина, где подарки от отца Величко забирать. На Зиле мне выделили фургон ГАЗ-51 и трех комсомольцев. Двое в моей машине разместились, один с водителем в кабине поехал.
Съездили по указанному Алиной Величкой адресу предприятия, погрузили всё, что для детей по распоряжению ее отца было приготовлено. Вернулись вместе с ребятами обратно на ЗиЛ. А там уже был готов второй фургон с теми вещами, что на самом ЗиЛе приготовили.
Я из своего багажника в один из грузовиков ещё и припасенные для детей книги из своей библиотеки туда тоже перекинул.
Затем поехали, подхватив Сатчана, на двух грузовиках на базу, где я уже заранее договорился. У Сатчана уже были собраны деньги со всей нашей группировки, как и в прошлом году. Я свои пять сотен к ним ещё добавил.
На базе мы поработали очень плодотворно. Как и обещала, Михайлова выделила нам щедро всё, что просили в детском доме. И лыжи, и санки, и все остальное.
Затем рассортировали все подарки на три партии.
Первая — для ЗиЛовского детского дома. Туда пошло всё то, что на ЗиЛе приготовили, от отца Величко передали, и часть уже наших свежих закупок с базы.
И две отдельные партии поменьше отложили для двух новых детских домов, что мы собирались впервые посетить с подарками.
Сначала в ЗиЛовский детский дом поехали. Быстренько там всё выгрузили. Дети под руководством директора, как муравьи, потащили всё внутрь. Улыбнулся, вспомнив, что так же было и в прошлом году.
А затем поехали по двум другим детским домам.
Титова, конечно, удивилась, что мы без звонка туда едем, и предложила позвонить директорам, предупредить, чтобы они нас ждали. Я с большой охотой согласился.
Так что, когда приехали по первому адресу, там уже и директор — женщина лет сорока пяти — на улице нас ждала, и воспитанники постарше.
Директор очень нас благодарила. А мы радостно поздравляли её и детей с наступающим Новым годом.
По третьему адресу спустя час та же самая ситуация повторилась.
Вымотался, конечно, но чувствовал себя очень хорошо.
Мы с Сатчаном поехали на моей машине к Пролетарскому райкому. отпустив грузовики возвращаться вместе с комсомольцами на ЗиЛ. Высадил Сатчана пожал ему руку, он тоже был доволен тем, как мы провели время, и поехал домой.
Вернувшись домой, перекусил и принялся работать над новой статьей для «Труда». Как раз только утром на радио отработал по этой тематике — в голове материал совсем свежий.
В дверь позвонили. Открыл — на пороге стоял Бочкин. Молча пожал мне руку и показывает мне рукой на улицу.
Мы с ним о встрече не договаривались, даже и намека никакого не было, что он ко мне может прийти.
Показательно, что он ни слова мне так и не сказал, несмотря на это. И предварительный звонок не сделал, что значит, что тоже не хочет светиться. Ну точно он офицер ГРУ, как я и думал — больше никаких сомнений в этом у меня не было. Тогда понятно, почему Захаров его нанял. Тут не только причина в том, что Мещеряков оступился, но и в том, что в плане обеспечения безопасности они вдвоем очень хорошей командой могут стать. Мещеряков точно знает, как ОБХСС работает, а человек, что в ГРУ четверть века отработал, точно будет одержим мерами по обеспечению безопасности нашей деятельности. Ну и важно и то, что ГРУ ни в коей мере борьбой с экономическими преступлениями в СССР не занимается. Это тебе не бывшего офицера КГБ нанимать…
Ну и я тоже не дурной, раз прослушка в квартире, здороваться с Бочкиным вслух, чтобы его имя и отчество в КГБ услышали и начали, возможно, выяснять, что за новый человек появился в моем окружении. Так что тоже ни слова не сказал — пошёл молча одеваться. А сам подумал, конечно, что, наверное, по Луизе какая‑то важная информация появилась.