Страница 5 из 67
Глава 2. Корпус Омега
Строй дышал паром. Шесть сотен новобранцев стояли на плацу, выстроенные в идеальные прямоугольники под утренним небом Вэйла. Холод впивался в пальцы, но никто не смел даже шевельнуть ими.
И вдруг — раскат.
— Товарищи-и-и! Смирно-о-о!
Голос старшего инструктора ударил, как выстрел. Ряды дрогнули и мгновенно встали, словно из стали. Скай тоже вытянулся — плечи назад, подбородок прямо, глаза вперёд. Сердце едва не выскочило через грудь, но он заставил себя дышать тихо.
Инструктор прошёлся вдоль фронта — высокий, жилистый, с лицом, у которого давно исчезли эмоции. Чёрная шинель «Омеги» трепыхалась за ним, будто крыло хищной птицы.
— Вы — курсанты Академии «Корпус Омега»! — прогремел он, не оборачиваясь. — Вы — будущие защитники столицы, опора простых жителей, щит против гримм!
Он резко остановился. Постоял секунд пять — тишина давила.
— Вы пробуждённые. Вы избраны Светлым Братом и его Девами. Аура — не ваше достижение. Это долг. И он будет выплачен до последней капли.
Он медленно пошёл вдоль шеренги, руки заложены за спину. Слова били тяжело, как прикладом в ребра.
— Здесь вас не будут учить романтике охоты. Здесь не будет отрядов из четырёх «героев», гуляющих по Внешним Землям. Здесь из вас сделают солдат. Машину, плотным огнём и железной дисциплиной способной удерживать столицу, когда орды гримм снова рванут к стенам.
Скай почувствовал, как по спине скатилась тонкая струйка пота, хотя было холодно. Голос инструктора давил, будто становился тяжелее с каждым словом.
И тут мужчина остановился прямо перед ним.
Лицо инструктора оказалось слишком близко. Холодные глаза — почти серые — смотрели так, будто вскрывали грудную клетку и изучали, что там внутри. Скай сглотнул, но звук горла утонул в тишине строя. Он вытянулся ещё сильнее. Ему казалось, что позвоночник вот-вот хрустнет.
— Курсант! — гаркнул инструктор.
Скай едва не подпрыгнул.
— Сэр!
— Нале-вО!
— Есть! — выдохнул он, и тело автоматически повернулось.
Ноги сделали ровный разворот — как в школе, на ОБЖ, только здесь никто не улыбается. Но инструктор взорвался тут же, как мина.
— Это ты так исполняешь команду «налево», курсант?!
Скай застыл, не понимая.
— Покажи, как ЭТО делается! Чётко! Быстро! Как солдат! — голос инструктора был как раскалённый металл.
Скай попытался вернуть исходную стойку, чтобы показать по-новой — и машинально сделал шаг направо.
Ошибка.
Мгновенно.
— ЭТО НАЛЕВО, ПО-ТВОЕМУ?! — инструктор едва не ткнул ему пальцем в глаз. — Где у тебя лево, а где право, курсант?! Или тебе на сапогах стрелочки рисовать?! Тебя что, в школе даже этому не научили?!
Скай попытался объяснить:
— Никак нет, сэр! Я просто хотел вернуться в исходное положение и—
— Тебе НЕ НАДО хотеть! — рявкнул инструктор, перекрывая любые слова. — Ты должен ИСПОЛНЯТЬ ПРИКАЗЫ! Это ясно?!
— Т-так точно, сэр!
— Упал — отжался! Двадцать раз! Быстрее!
Скай рухнул на руки. Ладони проскользнули по промёрзшему бетону, локти дрожали, грудь больно стукнулась о землю. Он начал отжиматься так быстро, как мог. Холодный воздух резал горло, но он давился и продолжал.
В полусогнутом положении он услышал шаги инструктора, уходящего дальше по строю, и последнюю фразу:
— И запомни, курсант Ларк! Сембланс — не делает тебя особенным. Он делает тебя обязанным.
Скай едва не сорвался в сухой нервный смешок.
«Бля… и куда я попал?..»
Он закончил отжиматься, встал обратно в строй — руки дрожали, плечи ныли, лицо горело. Но строй требовал неподвижности. И Скай стоял — ровно, тихо, словно сам был из бетона.
Впервые за всё время он понял:
Здесь никто не собирается делать его героем.
Здесь из него будут делать инструмент...
***
Плац ещё не успел остыть после предыдущего строевого ада, когда инструктор снова шагнул вперёд. Его голос разорвал воздух, как хлыст:
— Запомните!
Шесть сотен тел будто втянули головы в плечи.
— Гримм всегда больше, чем нас. В разы. В десятки раз. В сотни.
Он говорил спокойно, почти буднично — и от этого было только хуже.
— По расчётам штабных аналитиков, исходя из численного преимущества врага, простой солдат армии Вэйла обязан забрать с собой как минимум десять тварей, прежде чем умрёт. Это цена, по которой человечество сможет позволить себе существовать.
Он сделал несколько шагов, пересёк строй, не глядя на лица — лишь на общую массу.
— Но вы — не простые солдаты.
Тишина сгущалась.
— У вас — аура. У вас — шанс. У вас — долг. Поэтому ваш норматив другой.
Он резко повернулся к рядам и рыкнул.
— Сто!
Скай не сразу понял. Стало тихо настолько, что слышно, как у кого-то щёлкнуло от мороза железо на ремне.
— Каждый из вас обязан забрать с собой сотню гримм на тот свет! — пояснил инструктор. — Только после этого вы получаете право сдохнуть. До этого момента смерть эквивалентна нарушению приказа и предательству Родины. Вам это ясно?
— ТАК ТОЧНО, СЭР!!! — взорвался строй.
Ответ получился слишком громким, почти паническим.
Инструктор удовлетворённо кивнул, будто услышал нужный тембр страха...
— Теперь — стрельба. В ваших руках карабины "Манлихер 4А1". Городская модификация. Короче, легче, удобнее. Занять места!
Карабины были выданы буквально полчаса назад, и Скай до сих пор чувствовал их вес как что-то чужое, опасное, неумолимое.
— Магазины зарядить!..
Щёлканье затворов прокатилось волной. Сперва первый. Потом второй. Потом сотни.
— Оружие - на изготовку!.. Целься-я-я!.. ОГОНЬ!
Мир стал белым.
Нет — скорее оглушительно серым. Вспышки, удары, рёв отдачи. Карабин дёрнулся в руках Ская так сильно, что он едва не выронил его от неожиданности. Ладони вспотели — не от жары, а от страха. В фильмах оружие стреляло красиво, звонко, чисто. Здесь оно орало. Оно било. Оно стремилось вырваться из рук и стать частью общего безумного грохота.
Уши заложило. Грудь дрожала от ритмичной вибрации. Скай не видел мишени — только череду вспышек и собственный страх.
Но он продолжал стрелять. Потому что «сто». Потому что приказ. Потому что если остановиться — инструктор шёлковым голосом объяснит, что он недостоин даже умереть.
Команда «Стой!» пронзила грохот как нож. Пальцы Ская автоматически замерли на спуске. Мышцы ныли.
Инструктор прошёл вдоль мишеней, собирая листы. Подошёл обратно, держа один лист прямо перед строем.
— Это что за позорище? Это, между прочим, ЛУЧШЕЕ, что вы выдали. Лучшее! Поздравляю — вы все дышите, а стреляете будто половина из вас без глаз. Исправим. Даже если придётся выбить из вас всё лишнее.