Беспризорники Вэйла

Глава 10. Вакуанские традиции

На следующий день, уже после привычной ловли крыс, они отправились в сторону кузнечного района, который находился на ощутимом отдалении от остальных трущоб, потому что постоянный огонь, искры и раскалённый металл представляли слишком уж реальную опасность для жилых хибар, так что между районами оставляли пустое пространство, выжженное и почти голое. Когда они зашли туда, их сразу накрыло тяжёлым запахом угля, горячего железа и золы, повсюду под навесами лежали кучи металлолома, аккуратно, насколько это вообще возможно, разложенного по категориям, а кое-где даже виднелись металлические чушки из переплавленного мусора, сложенные в грубые пирамиды — кривоватые, шероховатые, явно не заводские, но вполне пригодные для дела.

Между горнами и наковальнями сновали грязные помощники в самых разных комбезах, зачастую вообще не совпадающих по размеру или цвету, но зато плотных и защищающих от искр, и один из них, заметив ребят, прикрикнул хриплым голосом:

— Э! Вы чё тут делаете, шпана?

Картон остановился и спокойно ответил:

— Мы по делу. Хотим купить печную дверцу.

— А деньги-то есть? — подозрительно спросил тот.

— Есть, — кивнул Картон.

Помощник прищурился, оценил их взглядом и протяжно сказал:

— Хммм… ну ладно, пойдёмте сюда.

Он провёл их в одну из кузниц, где вовсю работали местные мастеровые, превращая мусор в полезные металлические вещи, куя оружие и броню для ополченцев, а в одном из цехов они увидели, как умельцы отливали в формы печные дверцы и наличники — рамки, закрывающие зазор между печкой и самой дверцей. Помощник повернулся в сторону одного из горнов и крикнул:

— Грегор! Тут дверцу с наличником хотят купить!

Здоровенный лысый мужик в плотном фартуке, не отрываясь от работы, бросил:

— Десять тысяч лиен.

Картон с тяжёлым сердцем, но без колебаний, сказал:

— У нас есть деньги.

Грегор на секунду поднял взгляд, глянул на них и буркнул:

— Ну так продай им, чё стоишь.

И тут же вернулся к заливке металла в форму. Помощник подвёл их к аккуратно разложенным дверцам.

— Выбирайте!

Лапша тут же оживилась и ткнула пальцем:

— Давай вот эту, с цветочками!

Картон только вздохнул:

— Ну… вы слышали.

— Ага, — кивнул помощник и передал им выбранную дверцу с наличником.

С покупкой они отправились обратно, но по дороге свернули в Яму, чтобы поискать металлические трубы и это заняло куда больше времени и сил, чем хотелось бы, потому что верхние слои давно разобрали, так что пришлось лезть глубже, ковыряясь в осыпающихся кучах хлама. Зато именно там Маф вдруг радостно воскликнула:

— Нашла!

Они обернулись и увидели, что она держит два целых пледа в плёночной упаковке, пусть и с большой пометкой «БРАК».

— О-о-о! — восхищённо сказала Лапша. — Вот это находка так находка! Молодец!

Маф широко улыбнулась в ответ.

Поздно вечером они вернулись к своему убежищу и Картон, ставя вещи внутри устало сказал:

— Ладно, скоро мы всё доделаем. Ещё кирпичи нужны… но это уже завтра.

Вскоре они сидели в лодке, ловили рыбу и кутались в пледы и Лапша, завернувшись в розовый, довольно промурлыкала:

— А чё они от них отказались-то? Нормальные же вроде…

Маф, сидя в зелёном пледе, задумчиво ответила:

— Наверное, всё дело в том, что у них углы кривоватые - там длиннее, тут короче...

Лапша резко повернулась к ней:

— А… понятно… погоди-ка, чё?! Ты уже так хорошо суффиксы и всё остальное освоила?

— Ну не совсем освоила, — смущённо сказала Маф, — хотя я в принципе поняла, как у вас язык устроен. Он напоминает атласский и западно-мистральский, так что, в целом, всё более-менее понятно.

— Это просто офигеть вообще, — выдала Лапша. — Ты прям гений.

— Спасибо, — тихо сказала Маф.

Картон усмехнулся:

— Да-а-а… кто же мог подумать, что с нами такая личность окажется. Может, ты вообще принцесса какая-нибудь?

Он сказал это в шутку, но Маф почему-то дёрнулась и слишком поспешно ответила:

— Да нет-нет, какая я принцесса, ха-ха-ха…

Лапша и Картон переглянулись, оба почувствовав, что её реакция была чересчур эмоциональной, но лезть не стали. После ужина традиционной ухой они легли спать и с пледами оказалось куда удобнее, чем раньше: Маф устроилась отдельно, полностью завернувшись в свой, а Лапша накинула плед поверх себя и Картона и с довольным видом обняла его.

— Да мне и так нормально, — пробормотал он.

— Ага, конечно, — хмыкнула она. — Ты скорее замёрзнешь, чем скажешь об этом.

Этого хватило, чтобы он замолчал, и вот так они и переночевали, в относительном тепле, под тихий плеск воды и ощущение, что их маленькое убежище потихоньку начинает становиться чем-то большим, чем просто временным укрытием.

***

Весь следующий день они снова провели в Яме, шарясь по склонам мусора в поисках кирпичей, и довольно быстро стало ясно, что это занятие будет куда более утомительным, чем предыдущие вылазки, потому что кирпичи, в отличие от досок и пластика, не прощали ни спешки, ни лишних движений. Приходилось грузить их на носилки, тащить наверх, отдышаться, возвращаться обратно и повторять всё заново — и так несколько раз подряд, пока руки не начали ныть, а спина — тянуть неприятной, тупой болью.

Словно в издевку, уже под самый конец Маф вдруг остановилась, посмотрела куда-то в сторону и сказала с неожиданным оживлением:

— Смотрите-ка… тележка!

Они обернулись и действительно увидели тележку из супермаркета, покосившуюся, с заедающим колесом, но всё ещё на ходу, так что на четвёртую ходку они уже катили её перед собой, загрузив внутрь кирпичи и облегчённо выдыхая, потому что мир вдруг стал чуточку менее враждебным.

Вернувшись в убежище и затащив всё внутрь, они наконец-то начали делать печку и вот тут глина действительно пригодилась, потому что без неё вся эта конструкция развалилась бы ещё на стадии замысла. Картон, сосредоточенно сопя, складывал кирпичи, мазал швы, прикидывал на глаз, но результат получился, мягко говоря, сомнительный, так что Лапша, оглядев это кривоватое, перекошенное сооружение, не выдержала:

— Ты как сделал?! Чё оно такое кривое и косое?!

— Это ты мне мешала, дура! — огрызнулся он. — Идите лучше рыбу ловите, а то ты мне постоянно под руку лезешь и болтаешь над ухом!

— Хмф! — фыркнула Лапша и резко развернулась. — Маф, пошли рыбу ловить!

Маф растерянно посмотрела на них, явно не зная, что делать и куда девать взгляд, но послушно спустилась в лодку. Уже там, держа удочку и глядя на воду, она тихо спросила:

— Лапша… а вы с ним поругались?

— Ну да, — без особых эмоций ответила та. — А на что ещё это было похоже?

— Понятно… — Маф напряглась, заметно сжала пальцы на древке удочки.

Лапша уловила это и немного помолчав добавила:

— Но ты не переживай, мы с ним это не всерьёз.

— А… да? — осторожно переспросила Маф.

— Ну да, — пожала плечами Лапша. — А что?

Маф замялась, потом сказала тише:

— А он тебе ничего не сделает за это?

— А что он должен мне сделать из-за мелкой фигни? — удивилась Лапша.

Маф немного помолчала, подбирая слова: