Страница 59 из 68
Истомин, даже не заходил вовнутрь каюты, ему было достаточно, осмотреть всё от входа в каюту, - да пока действительно всё так, как я и говорил.
Закрыв двери каюты, мы проследовали к грузовому трюму корабля, около его входа находились всё те же, подручные моего помощника, Вальда. Те без разговоров, открыли вход в трюмное помещение.
Там, конечно же, кроме многочисленных, больших ящиков, больше ничего не было.
- Как вы видите, - проговорил я, подходя к одному из ящиков, - все они опечатаны, за исключением этого.
Тут я откинул крышку с ящика, который, был распечатан, - тут одинаковые мешочки с деньгами, именно в этом ящике серебряные турецкие куруши, номиналом 10, весом в 12, 27 грамма. И так весь ящик.
Тут я взял один из мешочков, развязал его и высыпал на ладонь горсть монет.
Действительно это были серебряные турецкие куруши, номиналом 10.
- На все эти деньги есть документы, подтверждающие, сколько и какого наминала, тут должно быть ящиков, - между тем говорил я, ссыпая обратно турецкие серебряные монеты, после чего завязал мешочек и бросил его в общую кучу к остальным, закрывая крышку ящика.
- Самые интересные монеты будут, вон в тех ящиках, - тут я показал на стоящие отдельно ящики, - все те деньги, предназначены не для султаната, а идут в казну самого султана, и там только золотые, и серебряные монеты. Может, проверим?
- Нет, нет, не надо, - тут же высказался мой дед, - верю, тем более, что есть документы на них.
- Хорошо, - легко согласился я с дедом, - тогда принимайте все эти ценности, делите, как было договорено, перечисляйте на мой счёт, что мне причитается, ну соответственно все положенный отчисления империи и клану. Заодно с Владимиром Ивановичем, осмотрите корвет «Чайка», на предмет продажи его флоту империи, если договоритесь, заключайте договор. Ну а мне завтра пора опять в море, а то засиделся здесь на берегу.
Только теперь до деда дошло, что он с этого момента будет отвечать, за столь крупную сумму наличностей.
- Погоди, погоди внучок, - тут же стал говорить дед, - ты хочешь сказать, что с этого момента, за все эти деньги, буду отвечать я.
- Именно дед, - согласился я, - я это добыл, теперь тебе, это всё делить. Ведь у тебя тут хороший процент с них будет, а я в море, на морские коммуникации противника ухожу, может ещё что-то, такое как это, попадётся. Я там, в море кручусь, а ты здесь крутись, война может в любой момент закончиться, как и деньги, которые на неё тратят. А нам с тобой, надо успеть эти самые деньги, подобрать, пока их другие, не потратили, ну или не подобрали.
- И да, - уже на входе обратился я к деду, - до завтра тут побудет экипаж, а потом я всех забираю, они мне в море нужны будут.
Этот же день, но уже шесть часов вечера, столица Руссийской империи, Санкт-Павелбург, центр города, набережная реки, дворец императора Николая II.
По коридорам дворца, бежал в прямом смысле этого слова, один из адъютантов императора в чине полковника, его аксельбанты (нем. Achselband от Achsel «подмышка» + Band «лента, тесьма» - наплечный отличительный предмет (знак различия) в виде золотого, серебряного или цветного нитяного плетёного шнура с металлическими наконечниками) мотались во все стороны. Его ремень съехал в сторону, но на такие мелочи, тот не обращал внимание, целенаправленно бежал, в сторону кабинета императора. При этом крепко прижимая к груди папку красного цвета. Уже ворвавшись в приёмную, тот слегка притормозил, спешно приводя свой внешний вид в порядок, одновременно восстанавливая дыхание.
На него с удивлением смотрел его дежуривший коллега. Что же такого случилось, что степенный и невозмутимый адъютант, так бежал. Что ж это за такое важное сообщение?
- Кто там? - кивнув на кабинет императора, спросил прибежавший, перенеся свою папку под мышку.
- Все три, как обычно, - ответил ему дежурный адъютант, - перед ужином обсуждают свои вопросы.
Кивнув головой, что понял, прибежавший адъютант с решительным видом направился к двери, постучавшись, не дожидаясь ответа, он скрылся за дверью.
Эти несколько часов перед ужином были, как раз были их временем, в эти часы император Николай II, никого не принимал, это было время их совещаний, на этот момент собирались все три брата и решали текущие вопросы, которые возникали каждый день. Конечно, последнее слово было за самим императором, но Николай, как правило, своим таким правом пользовался редко. Зачем решать всё самому, ведь у него есть такие сильные опоры, в виде двух братьев Алексея и Дмитрия. Ведь как получалось, повелевал, подписывал подготовленные указы, давал направления движения в развитии империи, конечно же Николай, но в большинстве этих случаев, ему давали советы – как, именно, его братья. Особенно острый ум, был у Алексея, так уж получалось, что тот привык всё просчитывать наперёд, на несколько ходов, особенно если вопрос касался каких-либо проектов. Но вот по международным вопросам, политичным, здесь среди этого триумвирата (лат. triumvirātus, от лат. tres - три + vir - муж: «союз трёх мужей») лучше всего выступал уже Дмитрий. А вот все вопросы, которые касались меж клановых отношений, назначений на многочисленные должности, в этом всём, лучший был Николай.
Именно в эти несколько часов, решались основные вопросы, касающиеся непосредственно функционирования такой большой империи, как Руссийская.
Как правило, в это время их никто не мог беспокоить, разве что кроме адъютантов самого императора, у Николая II их было всего восемь, на каждого из них помимо дежурств, были возложены и персональные обязанности по различным вопросам, а то и не одни. Вот по ним, они, адъютанты и должны были ставить в известность императора, в зависимости от поступления информации. Конечно же, по всем этим вопросам определялась периодичность доклада: обычные - доклад раз в неделю или месяц; ежедневные, в утренние часы; ну и срочные. Вот о последних срочных, докладывать необходимо было, как можно быстрее, вплоть до того, что подымать императора, среди ночи.
Вот и этому адъютанту императора, полковнику, как раз и было поручено отслеживать все события, связанные с именем капитана 1-го ранга барона Вяземского Сергея Сергеевича. При необходимости, делать доклад немедленно. Тот и посчитал, что такое событие, как бой с тремя корветами противника. А самое главное - захват, столь крупной суммы денег, в которой главным участником этого события, был именно капитан 1-го ранга барон Вяземский,необходимо донести до ведома императора. Что он и сделал, пользуясь своим правом входа.
Как только адъютант императора вошёл в кабинет, разговор между братьями прекратился, и все три брата, посмотрели на вошедшего.
-Ваше Императорское Величество, - начал доклад вошедший, - только что, поступила новая информация, о капитане 1-го ранга бароне Вяземском.
На говорившего, в первую очередь с интересом, смотрел Великий князь Дмитрий, по всей видимости, ожидая, что неугомонный барон Вяземский, и в этот раз сделал что-то неординарное, так оно и оказалось.
- Сколько??? Повтори, - этот возглас, вырвался у Великого князя Алексея, всё же финансы и деньги, били его стихия, а тут столь колоссальная сумма.
Докладывающий полковник, ещё раз назвал сумму захваченных с призом денег, при этом добавил, что все турецкие бумаги, именно на этот груз, у барона были.