Страница 30 из 71
К тому же очень и очень стали востребованы стали корабли моего последнего проекта, а именно ледоколы, которые на удивление многим, хорошо себя зарекомендовали, при проходке при преодолении льда до 30 – 40 сантиметров. И в первую очередь на них положили глаз именно военное ведомство, но контракт с последним пока не хотел заключать именно мой дед. Как объяснил Константин Константинович, теперь дед уже отыгрывался за предыдущий тяжёлый для клана год.
- Глава клана князь Сергей Алексеевич, решил придержать вновь построенные корабли, а именно эсминец и миноносец, - довёл доменя информацию Майет, - и как оказалось это сыграло решающую роль. Представители военного финансового ведомства попросили, один день на то чтобы согласовать этот вопрос. Ровно через день, были подписаны все бумаги на покупку военным ведомством как эсминца «Везучего», так и миноносца «Быстрого», за ту сумму, которая была озвучена последней. Как только этот вопрос был решён, они тут же предложили купить и два корабля новых, за чуть большую сумму, чем первая пара. Глава клана, не стал торговаться, и согласился. Ведь эта сумма так же превышала те суммы, за которые их собрались продать. В общем, все вопросы были урегулированы.
Немного помолчав, Майет продолжил, - кстати, по слухам, которые циркулируют в столице империи, в этом деле опять приложила свою ручку императрица. Та сейчас, очень болезненно воспринимает любую негативную информацию, которая касается барона Вяземского Сергея Сергеевича, то есть вас, Сергей Сергеевич, а так же вашей семьи. А вот как она об этом узнала, нет никаких данных, но по тем же сплетням, был «очень серьёзный разговор» с императором и его братьями. После которого, императрица отъехала на отдых, в одно из своих имений. После этого разговора, император Николай II, никого не принимал в течении нескольких дней. Так что, как мне кажется Сергей Сергеевич, у вас в столице, появился сильный защитник, с которым все вынуждены считаться.
- Мне всё равно, - ответил я, - мы ведь не в столице, и туда я не собираюсь в ближайшие годы, даже в отпуска.
Дальше уже пошли новости, которые меня уже не интересовали.
Естественно об этом разговоре я рассказал Натали, та, уже тем же вечером, выспросила всё, сначала у Вальда, ну а потом и у Майета.
Так уж получилось, что Натали, до сих пор, ни с кем, из своей родни не переписывалась, было дело приходило несколько писем на наш адрес из столицы, одно от её сестры Елизаветы, и одно отматери - императрицы. Письмо от сестры та прочитала, хоть и не ответила, а вот от матери отправила назад, не вскрывая и не читая.
В отпуск ушли оставшиеся шесть офицеров отряда, а на дворе наступил февраль месяц.
На верфь в Николаев, я съездил за январь, всего лишь один раз, там уже завершались роботы на яхтах, как заверил управляющий Воронин, они будут готовы к началу марта. Почему именно так? Так ведь зима на дворе и притом февраль, все работы сильно замедлились, в том числе и по проверке работоспособности паровых машин яхт. И тут я особо не спешил, ещё успеем, как только потеплеет. Кстати окончательно решён вопрос с бронированием верхней палубы. Как Чернявский, так и Трофимов, убедили меня, что этого делать не надо, что это бесполезная затея. Тонкая броня не спасёт, а при толстой броне, яхты совсем потеряют своё преимущество в ходе. А вот на скорости в них попасть можно, но только случайно. Было просто предложено усилить верхнюю палубу, в местах установки орудия и пулемётов, и всё на этом
Немного подумав, я вынужден был согласиться с ними, правы были инженеры.
Февраль прошёл в основном в заботах о Натали, у той уже был заметен всем живот, её я старательно берёг, чтобы за зиму не заболела, ей ведь в мае рожать, осталось три месяца. Уже сейчас, Майет подыскал для неё опытного врача, по профилю, а так же на всякий случай и повитуху.
К началу марта яхты были готовы, и тут опять случился для меня сюрприз от главы клана князя Сергея Алексеевича. В Очаков прибыли порядка двух десятков матросов, которые проходили службу на эсминце «Везучий» и миноносце «Быстром», что им пообещал дед я так и не узнал, но все они отказались продлевать свои контракты по их окончанию, среди них было и 8 унтер-офицеров. Для их уговоров остаться, приезжал даже командующий Балтийским флотом, но тому сказали, что с «неумёхами», пусть сам служит, а они, дескать, и на вольных хлебах не пропадут. Фактически от самого экипажа эсминца уже и не осталось никого, а перевод того же Кольцова, был последней каплей, для нижних чинов, ушли почти все его подчинённые, ну и многие другие кто смог. Тем более боцман Седых, когда уходил, сказал экипажу, куда те могут обращатьсяза работой, по профилю. Так, те матросы, оказались сначала на верфи деда, ну а потом уже, когда им предложили на выбор места работы, все как один согласились, узнав, что есть работа по профилю на Чёрном море, под руководством барона Вяземского, которого они все прекрасно знали.
Всех их я разместил в гостинице за свой счёт, в том числе и трёх разовое питание, чтобы те отдохнули с дороги несколько дней. За это время, был подготовлен дилижанс для их вывоза в Николаев, на верфь, а так же несколько пролёток, а точнее моя и Вальда. Обойдёмся без них один день. Именно они должны составить экипажи, уже спущенных на воду яхт. Пока временно командовать ими будет Седых, и у него задача, подготовить яхты к работе, а если точнее всё проверить и перепроверить всё оборудование, установленное на яхтах, чтобы потом их можно спокойно эксплуатировать. На все эти проверки им было дано всего лишь одна неделя, в основном это конечно была работа машинных команд, но тех то, как раз хватало, тем более среди прибывших было два унтер-офицера, как раз их машинных отделений.
Но тут я думаю, Седых и сам разберётся, кого куда назначить, на всякий случай выдал ему, несколько тысяч рублей, мало ли для чего понадобится.
В это же время в районе Березанского лимана, нанятая плотницкая артель, возводила по моему проекту учебную артиллерийскую платформу. Та должна изображать борт тендера, хотя бы относительно. Для этого, бригадира артели, свозили в порт, и он осмотрел тендер «Поспешный». Пообещали изготовить всё в течении пяти дней, около этой платформы, эта же артель соорудила и небольшой домик, для проживания в нём нескольких матросов из экипажей, для охраны самой платформы, а так же три макета на оговоренных расстояниях от платформы.
Как только платформа была готова, заплатил бригадиру артели за проделанную работу, не успели те уехать, как показался строй матросов во главе с одним из артиллерийских офицеров, и две телеги, на которых везли две пушки и боеприпасы к ним.
С командирами тендеров было решено, что артиллерийский офицер со своими подчинёнными прибывает сюда на целый день, к вечеру убывает. И так будет на протяжении пока целой недели, тем самым давалась возможность всем расчётам орудий совершенствовать свои навыки. О начале обучения я отписал командиру 35-м флотского экипажа, капитану 1-го ранга Истомину, ведь обещал держать его в курсе.
Обучение периодически проверяли командиры тендеров, а офицеры к тому же, на следующий день докладывали, о том, как проходили стрельбы. Уже в начале второй недели пошли результаты, от такой учёбы.
В это же время прибыл и капитан 1-го ранга Истомин, его разъездной пароход заметили, как только, тот стал входить в порт Очакова, о чём и было немедленно доложено мне.
Владимиру Ивановичу было интересно, что получится из моей задумки использовать учебную артиллерийскую платформу, для повышения уровня подготовки артиллеристов с кораблей отряда. С собой он взял несколько артиллерийских офицеров из своего штаба флотского экипажа. На трёх пролётках, проследовали на «артиллерийский полигон», как мы назвали место установки учебной артиллерийской платформы.