Страница 15 из 71
После чего стал знакомится, в первую очередь, с офицерами кораблей.
Первыми стоял экипаж корабля «Поспешный»
- Командир тендера «Поспешный» капитан-лейтенант Бутаков Григорий Иванович, потомственный дворянин, - тут же представился командир «Поспешного» с любопытством посмотрев на меня.
- Григорий Иванович, - задал я вопрос Бутакову, протянув руку для пожатия, -вы, кажется, из семьи потомственных военных моряков, если я не ошибаюсь?
- Именно так, господин капитан 2-го ранга, - ответил тот, пожимая мою руку, - мой отец, дядя, все пятеро братьев так же офицеры флота.
Я так же с любопытством смотрел на героя Крымской войны, и не менее знаменитого в нашем времени адмирала.
- Мичман Юрский Андрей Леонидович, артиллерийский офицер тендера, личный дворянин, - представился следующий офицер.
- Мичман Воронец Юрий Степанович, артиллерийский офицер тендера, личный дворянин, - представился очередной офицер тендера.
- Корпус флотских штурманов, прапорщик Аксёнов Семён Семёнович, штурман тендера, - представился последний офицер тендера «Поспешный».
Прошёлся вдоль строя экипажа «Поспешный», знакомясь с остальными членами экипажа, начиная с боцмана корабля.
Следующим шёл экипаж тендера «Свет».
Здесь я пропущу саму процедуру представления, только перечислю офицерский состав тендера «Свет».
Командир тендера «Свет»капитан-лейтенант Смирнов Пётр Ярославович, потомственный дворянин. Мичман Соколов Александр Петрович, личный дворянин, артиллерийский офицер. Мичман Быков Михаил Фёдорович, личный дворянин, артиллерийский офицер. КФШ (Корпус флотских штурманов) прапорщик Лавров Семён Иванович, личный дворянин, штурман тендера.
Следующим и последним был тендер «Лучезарный». Командиром тендера был лейтенант Заблоцкий Александр Александрович, личный дворянин. Мичман Корнилов Владимир Анатольевич, личный дворянин, артиллерийский офицер тендера. Мичман Никонов Иван Андреевич, личный дворянин, артиллерийский офицер тендера. КФШ (Корпус флотских штурманов) прапорщик Кузьмин Андрей Михайлович, личный дворянин, штурман тендера.
После смотра были осмотрены непосредственно корабли отряда, единственный корабль, который был в хорошем состоянии, это был тендер «Поспешный», тендер «Лучезарный», хоть и нуждался в ремонте, но всё же ещё мог выполнять свои обязанности по несению брандвахтенной службы в района Очакова. А вот тендер «Свет» действительно был в очень плачевном состоянии и нуждался в срочном ремонте.
После осмотра кораблей, чтобы не беседовать с офицерами каждого корабля, просто собрал всех офицеров на корме тендера «Поспешный», где более подробно рассказал о себе, своём участии в только что прошедшей войне с Ютландом, тут ведь сидящим офицерам о многом говорили наши с Вальдом награды, которые мы носили. Особенно всех офицеров интересовал мой орден Святого Александра Невского, ведь все прекрасно знали, что такой орден мне не положен, если смотреть по Табелю о рангах. А так же мой золотой кортик, с надписью «За храбрость» с алмазами, его так же у меня быть не должно априори, ведь им награждались только высшие военно-морские офицеры флота империи.Скрывать особо не стал, просто сказал, как есть, что его мне вручил император, в нарушение традиции о присвоении очередного звания, если офицер получал за короткий срок три награды. Прошедший среди офицеров гул голосов, естественно выражал озабоченность по этому поводу. Ведь это был общеизвестный факт, а тут как говориться, попрание основополагающих традиций военных, и кем, самим императором.
Говоря о себе, я так же упомянул о том, что окончил Морской корпус экстерном, с отличными оценками, за что по ходатайству начальника Морского корпуса мне и присвоили досрочно очередное звание «лейтенант», и что это было ещё до начала войны.
Вторым выступил капитан-лейтенант Вальд, который так же коротко, рассказал о себе и о своей службе. Кстати как оказалось позднее Александр Иванович, и здесь уже обрёл известность, благодаря тому факту, что я его же «оттаскивал от пушки, не давая стрелять в особу королевской крови».
Далее я более внимательно выслушивал выступления офицеров отряда, стараясь запомнить некоторые факты их военной деятельности, которые могут в дальнейшем пригодится.
К примеру, тот факт, что капитан-лейтенант Бутаков, выполнял гидрографические работы в Чёрном море, как раз в той зоне, которая меня очень интересовала. А именно в районе от Днепровского лимана и вплоть до границы в Австро-Венгрийской империей. Соответственно и прапорщик Аксёнов, штурман тендера, хорошо знал этот морской район.
Уже после того как офицерское собрание отряда, назовем его так, было закончено и офицеры тендеров разошлись. Остались только командиры капитан-лейтенант Бутаков, капитан-лейтенант Смирнов, лейтенант Заблоцкий, лейтенант Андреев, мой помощник капитан-лейтенант Вальд, заговорил я.
-Вам Пётр Ярославович, готовить тендер «Свет» к ремонту, - сказав это, я посмотрел на капитан-лейтенанта Смирнова, уяснил ли он то, что я сказал.
На меня с удивление посмотрел лейтенант Андреев, сказав, - Сергей Сергеевич, но ведь командир флотского экипажа капитан 1-го ранга Истомин сказал, что ремонт возможен только зимой.
- Я думаю, что мы сделаем его до зимы, - проговорил я, - и возможно и на «Лучезарном», тоже успеем до зимы.
- Но как? - на лице Андреева было написано неподдельное изумление.
- Видите ли, Александр Николаевич, - начал говорить я, - как я вам уже говорил ранее, в Николаеве ещё в прошлом году была заложена верфь, от клана Вяземских, и я как представитель этого клана, официально состою в её соучредителях капиталом. Так что думаю, что такой незначительный вопрос, как ремонт двух тендеров, я решу здесь на месте, как только в следующий раз буду в Николаеве по делам службы и попаду на эту верфь. Заодно посмотрю, в каком она состоянии, может и им нужно будет оказать помощь.
На такое моё заявление, лейтенант Андреев, только и кивнул головой, понимая, что в таком случае у меня всё получиться, ну а военное ведомство рассчитается за ремонт, позднее зимой.
- Подготовим, Сергей Сергеевич, - заверил меня, капитан-лейтенант Смирнов.
- Потом, зимой,подумаем насчёт перевооружения, - сказал я, - Александр Иванович, вы не помните, осталось ли что-то на складе вооружения на верфи моего деда?
- Пулемёты «Максим», точно были, - сказал Вальд, - и были в наличии 47мм пушки, сколько точно сейчас не скажу, но перевооружать ими тендеры я бы не стал.
-Почему? – тут же уточнил с любопытством, капитан-лейтенант Бутаков.
- Не вижу целесообразности, - ответил Вальд, - тендеры не имеют той скорости, чтобы выступать на равных с теми же пароходами. Их главная функция, это задержать в продвижении корабль противника, для этого сам тендер достаточно вооружён. Если же противник слишком силён, то тут надежда, только на береговые батареи, ну и ещё на те же вооружённые пароходы, которые имеет наш флот. Ещё надо не забывать про Кинбурнскую крепость, это, на мой взгляд, сильный аргумент у нас.
Вот тут я хотел бы поподробнее остановится, именно на Кинбурнской крепости.
Крепость Кинбурн – предназначена для обороны Бугского лимана и прикрытия Николаева, одного из самых главных пунктов на Чёрном море. Именно там находились верфи и большие запасы для Черноморского флота. А так же для прикрытия Херсона и Берислава с большими складами.
Кинбурнская крепость была расположена на косе при входе в Днепровский лиман, ширина между Кинбурнской косой и Очаковым была всего близко 2,3 морских мили.
Сама крепость состояла из 5-ти бастионов и 2-х полубастионов. Фронты, обращены к лиману, эти сооружения были снабжены оборонительными казармами со сводами в 91,44 метра толщиною и земляной насыпью в 0,35 метра. Внутренне пространство в самой крепости было очень тесное, везде находились казематы и другие воинские здания.