Страница 28 из 79
Обладая всей этой информацией и учитывая мнение таких известных личностей, как лорд Данрейвен, сэр Джозеф Вест Риджвей, сэр Энтони Макдоннелл, лорд Дадли и других, кто служил британской короне в Ирландии, неудивительно, что мы должны отказаться от мысли о другой Ирландии, независимой Ирландии, которая могла бы сама решать свое будущее во всех вопросах, касающихся ее самой, а также свободно развивать культурный потенциал своего народа. Мы отвергаем мысль об Ирландии, которую мистер Гладстон видел как вершину своей долгой политической деятельности. Но действительно ли эта концепция вызывает у нас удивление? Я бы сказал, что стремление и цель достижения национального соглашения с Ирландией на условиях, при которых жители этой страны могли бы управлять своими внутренними делами, являются задачей, тесно связанной с общим курсом либеральной политики. [Аплодисменты.]
Если мне представится шанс выступить на вашей площадке здесь, в Данди, я сделаю это с пониманием того, что не исключаю возможности продвижения к примирению между Ирландией и Англией, основанному на принципах свободы и справедливости.
Уже отмечалось, что предстоящие выборы имеют огромное значение. Независимо от того, какое влияние они окажут на правительство Его Величества и на Либеральную партию — положительное или отрицательное, его последствия будут существенными и долговременными. Силы, противостоящие нам, обладают значительным влиянием. Мы не можем недооценить усиливающуюся консервативную реакцию, наблюдаемую во многих районах Англии. Я призываю всех присутствующих здесь членов Лейбористской партии не закрывать глаза на нависшую над нами угрозу.
С вашей помощью мы сможем дать им отпор — благодаря вам мы добьемся победы. Однако наша настоящая потребность — это именно ваша поддержка. [Аплодисменты.]
Меня тревожит не столько противник, стоящий перед нами, сколько разногласия внутри нашего движения, которые нередко возникают между теми, кто стремится к прогрессу. Эти расхождения во взглядах, распыление сил и внутренние конфликты особенно беспокоят в ключевые моменты, когда успех зависит от каждого шага. Именно эта разрозненность может ослабить нашу деятельность и, возможно, привести к потере того успеха, которого мы могли бы достичь.
В этих выборах присутствуют сложные и противоречивые тенденции. Невозможно игнорировать тот факт, что они колеблются то в одном направлении, то в другом, размывая ясный водораздел, который мы стремились провести между теми, кто стремится идти вперед в русле современной цивилизации, и теми, кто жаждет возврата к устаревшим и варварским предубеждениям и конфликтам прошлого, к их налоговой системе, методам управления и администрирования, а также к агрессивной внешней политике, от которой, как мы надеялись, мы уже избавились. [Аплодисменты.]
Сегодня я хотел бы обсудить три взаимосвязанные темы, однако перед этим разрешите мне высказать несколько замечаний по поводу социализма. Среди социалистов есть люди, чье мнение и убеждения я глубоко уважаю, — некоторые из них мои хорошие знакомые, и я горжусь нашей дружбой. Однако многие из тех, чьи мечты о великолепном и сверкающем будущем так вдохновляют, зачастую настолько далеки от жестокой реальности повседневной жизни и обыденной политики, что я сомневаюсь, способны ли они привнести что-то полезное или действительно повлиять на текущее положение дел. В дальнейшем, если вы позволите, я сосредоточу свои комментарии на тех, кто придерживается радикальных и крайних взглядов и называет себя социалистами.
Как социалист-революционер, я не ожидаю поддержки от либералов в Данди. Я осознаю причины, по которым они проголосовали против меня и моих соратников, ведь либерализм и социализм представляют собой кардинально различные течения, которые сложно совместить. Между ними существует глубокая пропасть. Разногласия затрагивают не только методы, но и фундаментальные принципы. Нам необходимо двигаться вперед вместе с нашими единомышленниками — социалистами или приверженцами, независимо от того, как они сами себя определяют. Однако наши позиции и их убеждения значительно различаются по ключевым вопросам и политическому мировоззрению.
Либерализм уходит корнями в богатую историю и традиции. Социализм также обладает своими уникальными принципами и целями. Если социализм направлен на сокращение социального неравенства, то либерализм стремится увеличить общее благополучие. Социализм ограничивает личные интересы, в то время как либерализм их защищает, обеспечивая баланс между безопасностью и справедливостью через уважение общественных прав. [Аплодисменты.] Социализм подавляет инициативу, но либерализм освобождает ее от оков привилегий и предвзятости. [Аплодисменты.] Социализм ставит под сомнение значение отдельного индивида, тогда как либерализм трудится ради обеспечения достойной жизни для всех. Социализм делает акцент на правилах, а либерализм — на человеке. Социализм критикует капитал, а либерализм борется с монополиями. Эти отличия имеют ключевое значение и играют важную роль при выборе между этими двумя идеологиями. Нельзя думать, что у либерализма нет будущего; эта философия еще далеко не исчерпана. До тех пор пока существует наш мир, либерализм продолжит выполнять свою важную, позитивную и преобразующую функцию для людей и государств. [Аплодисменты.]
Ах, уважаемые дамы и господа, я вовсе не хочу вступать в жаркие дискуссии, но, похоже, благородная идея социалистов о всеобщей солидарности и совместном владении собственностью часто расходится с их реальными действиями. Они проповедуют полную самоотверженность, но выражаются языком гнева, зависти, ненависти и жестокости. Они призывают нас к жизни в мире и согласии, хотя сами расколоты на множество враждующих фракций. Они стремятся изменить мир, пренебрегая самой сущностью человеческой натуры. Задумайтесь над абсурдом философии радикального коллективизма. Одинаковая награда для всех независимо от усилий? Существует и другой способ сказать об этом. Вы знакомы с лозунгом: «От каждого по способностям, каждому по потребностям». [Смех.] Прекрасно звучит, не так ли? Давайте перефразируем: «Работай, сколько хочешь, получишь, сколько пожелаешь». [Аплодисменты.]
Несмотря на мои старания понять эти предложения, я все еще не могу представить себе механическое сердце в рамках социалистического строя, созданное для замены нашего естественного сердца, которое бьется в груди. Почему люди готовы отказаться от своей индивидуальности не на день, не на месяц, не на год, а навсегда? Что толкает шотландцев, рассеянных по всему миру, на стремление к славе и власти в самых разных странах и климатических зонах, жертвуя своим уникальным «я»? Я знаю о преданности королю. Мы осведомлены о любви к родине. Но ведь речь идет о великой космополитической республике. Мы также слышали об узах семьи, супругов и детей. Все это всего лишь слабости эпохи, в которой мы живем. Нам известно о вере в загробную жизнь, где все земные радости и опасности исчезнут, о надежде, которая приносит покой. Тем не менее они отрицают ее существование. Но почему тогда мы должны приносить такие жертвы? Ради общества.
Что представляет собой общество? Позвольте мне объяснить, что такое общество. Если говорить конкретно о социалистическом «обществе», то это группа людей с неприятными чертами характера, которые недавно получили большинство голосов в своей фракции, а их чиновники теперь наблюдают за человечеством сквозь бесконечные решетки и витрины, требуя: «Предъявите билеты». (Действительно, наш старый серый мир еще не сталкивался с такой мрачной шуткой.)
Так вот, дамы и господа, никто не может быть исключительно коллективистом или индивидуалистом. Человек обязан сочетать в себе оба этих качества. Некоторые дела требуют совместного решения, другие же следует бережно охранять как индивидуальные.