Страница 21 из 79
Интервью Уинстона Черчилля: «Британский народ предпочел бы сражаться»
Опубликовано в журнале New Statesman 7 января 1939 г.
В январе 1939 г., в период активного перевооружения Германии и России, Кингсли Мартин
[19]
[Кингсли Мартин (1897–1969) — британский журналист, главный редактор левоцентристского журнала New Statesman (1930–1960).]
, главный редактор журнала New Statesman, провел беседу с экс-канцлером казначейства и бывшим военным министром, обсуждая возможные сценарии конфликта и меры, которые Британия должна предпринять для подготовки к нему.
Однажды известный журналист поделился со мной историей о напряженном интервью с мистером Черчиллем, которое произошло за несколько лет до начала Второй мировой войны. В тот момент мистер Черчилль был облачен в полный парадный костюм тайного советника и сопровождал свою речь элегантными движениями шпаги. Впрочем, сам мистер Черчилль считает эту историю вымышленной; и действительно, недавно, когда я посетил его, в руках у него не было ничего более угрожающего, чем обычный строительный мастерок, которым он завершал работу над аркой в доме, построенном им самим этим летом. Тем не менее он все еще был достаточно вовлечен, чтобы обстоятельно обсудить вопросы демократии и эффективности.
Кингсли Мартин
: «Страна склонна связывать вас с мыслью о том, что нам всем следует как можно быстрее объединиться, чтобы модернизировать наши силы для защиты демократии. Учитывая мощь и природу тоталитарных режимов, можно ли сочетать демократические свободы с эффективно организованной армией?»
Уинстон Черчилль
: «Ключевыми элементами демократии считаются личная свобода в пределах законов, установленных парламентом, возможность самостоятельно организовывать свою жизнь, а также одинаковое применение законов судами, которые независимы от исполнительной ветви власти. Эти законы основываются на таких документах, как Великая хартия вольностей, Хабеас корпус, Билль о правах и др. Без них невозможны ни свобода, ни развитое общество: любой человек может оказаться под властью бюрократов, его могут контролировать и арестовать даже в собственном доме. Пока эти права защищены, фундамент свободы остается прочным. Я не вижу оснований для того, чтобы демократии не смогли защитить себя, не жертвуя этими ключевыми ценностями».
Кингсли Мартин
: «Есть момент, вызывающий особое беспокойство у многих: свобода критики в парламенте и средствах массовой информации может быть поставлена под угрозу. В авторитарных государствах, как недавно подчеркнул премьер-министр, критика со стороны правительства „взяла верх“ — она находится под строгим контролем, тщательно организована и подчинена установленным нормам».
Уинстон Черчилль
: «Критика может быть неприятной, но она важна. Она играет роль, схожую с болью в организме человека: указывает на развитие негативных процессов. Если своевременно обратить на нее внимание, можно избежать серьезных проблем; игнорирование же критики может привести к катастрофическим последствиям».
Кингсли Мартин
: «Считаете ли вы, что проблемы с задержками, которые вас тревожат, обусловлены определенными недостатками, присущими демократическим институтам?»
Уинстон Черчилль
: «Я убежден, что при правильном руководстве демократия может стать более эффективной формой правления, чем фашизм.
В этой стране людям легко внушить необходимость жертв, и они охотно пойдут на них, если им ясно и честно изложат обстоятельства. Безусловно, за прошедшие семь лет национальное правительство имело возможность перевооружить страну в нужном темпе без какого-либо сопротивления со стороны народа. Сложность была не в том, что демократия оказалась помехой, а в том, что руководители либо не поняли важности ситуации и не предупредили людей, либо просто не захотели исполнить свои обязанности. С моей точки зрения, недальновидные лидеры могут прийти к власти как в фашистских странах, так и в демократических».
Кингсли Мартин
: «Вы занимали ответственные посты во время предыдущей войны. С исключительно военной точки зрения, могли бы мы достичь лучших результатов, если бы требования к работодателям и сотрудникам были жестче и у них оставалось меньше возможностей для ведения переговоров?»
Уинстон Черчилль
: «В стране с автократической системой управления может быть достигнута большая эффективность в секретной подготовке к военным операциям по сравнению с демократией. Тем не менее это преимущество не всегда значительно и явно уступает силе демократического государства в длительной войне. В условиях автократического режима, когда возникают трудности, вину возлагают на лидера, что приводит к распаду системы. В демократических странах люди ощущают личную ответственность и, веря в свои идеалы, могут выстоять значительно дольше, чем жители стран с диктаторским режимом. Время от времени возникали сложности с рабочей силой, однако благодаря взаимодействию с профсоюзами эти вопросы всегда разрешались мирным путем. Мне не удалось обнаружить, что стремление к прибыли со стороны производителей как-то мешало выпуску боеприпасов. Хотя вначале заказы порой размещались и выполнялись сверх возможностей предприятий, это было связано скорее с недостатком опыта, нежели с чем-то другим».
Кингсли Мартин
: «Как я понимаю, вы полагаете, что Великобритания извлекла выгоду и не понесла потерь благодаря сохранению структуры демократических институтов в ходе последней войны. Верите ли вы, что эти институты смогут выжить в новой войне? Будет ли парламент способен работать относительно стабильно? Как по-вашему, до какой степени потребуется принудительный труд и как сильно государству придется контролировать промышленность?»
Уинстон Черчилль
: «Предполагается, что следующая война будет кардинально отличаться от предыдущих конфликтов, поскольку ей предстоит вестись в условиях, когда столица и значительная часть страны окажутся под угрозой воздушных атак. Я не считаю необходимым введение цензуры, которая была бы значительно строже, чем во время прошлой войны. Конечно, я полагаю, что будут приняты законы, направленные на предотвращение обогащения за счет войны. Моя мысль заключается в том, что никто не должен выходить из конфликта богаче, чем он вошел в него. Я не верю, что такие меры подавят предпринимательский дух во время войны, хотя в мирное время это может произойти».
Кингсли Мартин
: «Могу ли я еще раз затронуть тему подготовки к войне? Мы все осознаем неизбежность различных ограничений во время военных действий, но как быть с мобилизацией и обязательным использованием трудовых ресурсов и капитала в мирное время? Капитан Лидделл Харт указал, что введение всеобщей воинской повинности ради борьбы с фашизмом равносильно тому, чтобы самому себе перерезать горло, лишь бы не заболеть».
Уинстон Черчилль
: «Я не вижу причин жертвовать значительной частью нашей свободы во имя оборонных мероприятий. Я не считаю нужным создавать большую призывную армию по континентальному образцу, но вместе с постоянной профессиональной армией необходимо увеличить территориальные войска, которые можно будет использовать как для защиты страны, так и для участия в международных миссиях в случае чрезвычайных ситуаций. Если начнется война, такой фундамент позволит создать большую армию. Я без колебаний устранил бы этот пробел путем голосования среди всех молодых людей нашей страны соответствующего возраста, полностью исключив возможность замены. Ничто не может быть более демократичным и способствовать дальнейшей демократизации вооруженных сил. Когда мы вспоминаем, что демократическая Франция добровольно пожертвовала двумя годами жизни каждого молодого человека ради защиты своих свобод, мне трудно понять, почему такая система, требующая от небольшой части нашего общества жертвовать всего несколькими месяцами, воспринимается как капитуляция перед фашизмом».