Страница 35 из 53
- Я понял Сергей Сергеевич, - ответил Егор, при этом посмотрел на Седых.
- Вы Куприян Семёнович, - обратился я к боцману, - объяснили бы будущему юнге, что можно на корабле, а что нельзя, что бы тот в просак не попал.
- Это вы Сергей Сергеевич правильно сделали, - ответил боцман, - что мальца мне доверили, на предмет объяснений. Сам бы попросил вас об этом, - пошли Егор, и покажу и расскажу.
В это время ко мне подошёл Ивашов, как я уже понял с очередной «проблемой», которая по всей видимости, нуждалась в моём решении. Так оно и оказалось. Решили, потратив на неё полтора часа.
С Ивашовым решили так же, когда предварительно можно назначать спуск корабля на воду, пришли к единодушному мнению – через пять дней.
Уже ближе к вечеру направился на яхту, забрав ссобой Егора.
На ужине капитан Майет, обратился ко мне с просьбой, решить, наконец, проблему с названием яхты, а то она пока плавала без названия.
- Вот так всегда, - подумалось мне, - о главном мы и забываем. В круговороте событий, я действительно забыл дать название яхты. Какое же дать название яхте? Тут неожиданно в голове возник образ младшей дочери императора Николая ІІ, Наталии Николаевны, поэтому недолго думая, я сказал:
- Пусть будет «Принцесса».
- «Принцесса», - повторил за мной Майет, как бы пробуя слово на произношение, - я вас понял Сергей Сергеевич, она действительна принцесса среди яхт, уже завтра оформим всё как положено и нанесём на борта яхты.
Я, конечно же, на такое толкование названия промолчал, пусть каждый думает, как ему подсказывает его фантазия.
После ужина, я еле дождался, когда придёт Вероника со своим традиционным вопросом, - Ванну готовить Сергей Сергеевич?
На который, я просто кивал головой в знак согласия.
Остановились мы только через несколько часов, я-то точно вымотанный до предела, вот я просто не знаю, как это у них сестёр получалось, так вымотать меня по вечерам, что засыпал я, как только закрывалась за ними дверь.
Следующие дни просто проходили как одно мгновение, ещё через три дня прибыла оставшаяся часть нижних чинов экипажа.
Я тут же взял в оборот тех, кто должен будет работать в машинном и котельном отделении, особенно машинном. Как я с ними проводил занятия, вызвался понаблюдать и боцман Седых, который во время их, простоял чуть в стороне. Матросы во главе со своими младшими механиками уже на середине занятий прониклись тем, что у меня знаний намного больше, чем у всех с кем им пришлось сталкиваться до этого. Я не только объяснял почему, но и разъяснял, какие процессы происходили в тот, или иной момент работы оборудования, машинного отделения.
По всему мои знания впечатлили и боцмана, бывалый вояка понимал значение знаний на отдельном корабле, когда тот находится на выходе в море, а вся техническая помощь осталась на берегу.
К тому моменту, рабочими верфи уже были закончены работы по монтажу палубы эсминца, машинная команда работала с утра, до поздней ночи, проверяя всё своё немалое хозяйство, при необходимости подключая в процесс доделки, переделки рабочие бригады, которые монтировали данное оборудование.
Дед, на которого навалилось много работы в городе, на верфи практически не появлялся, но тем не менее был в курсе всех дел, и этапов работы на ней. Он же и назначил ответственный спуск эсминца на воду на воскресенье. По всей видимости, у него просто не было больше возможности побыть на верфи больше чем полдня в другие дни недели.
В субботу, непосредственно у самого эсминца, я столкнулся с бароном Винком, его уже давно не было на верфи, как всегда завязался разговор о непосредственно эсминце, и тут неожиданно, барон спросил у меня:
- Сергей Сергеевич, а вот как бы вы назвали эсминец, если бы у вас была возможность это сделать?
Я ответил барону, не задумываясь, - у этого корабля может быть только одно подходящее, на мой взгляд, имя - эсминец «Везучий».
- Вот даже как, - только и смог сказать барон Винк, - вы Сергей Сергеевич и правда думаете, что это будет везучий корабль?
Пожав плечами, я ответил, - время покажет.
- Согласен, - задумчиво сказал барон Винк, - время всегда расставляет всё, по своим местам.
На этом этот наш разговор с бароном и прекратился, я тогда весь в хлопотахи проверках не придал значение этому разговору.
Действительно этот субботний день выдался у меня слишком напряжённым, как впрочем и у экипажа эсминца, те так же в течении дня только и занимались тем, что всё проверяли на корабле и перепроверяли. Боцман Седых и все те матросы, которые должны будут работать на палубе эсминца, были заняты тем, что в течении дня таскали на его борт мешки с углём, которые телегами подвозили к самому кораблю. Им же к вечеру и предстоит наводить порядок на палубе корабля, а так же приводить себя в порядок, их видок от угольной пыли был ещё тот, не негры, но уже что-то среднее между белым человеком и негроидной расой.
Те, кто надо, на верфи знали, что завтра состоится спуск на воду корабля. Знали об этом событии и на яхте, но, тем не менее, и в этот вечер Вероника взяласвоё по полной, как будто понимая, что возможно в ближайшее время я буду занят ещё больше на эсминце,я даже уснул когда она ещё не закрыла за собой дверь каюты.
Утром едва дождался завтрака, быстро поел в обществе капитана Майета, как сразу же поспешил в закрытый стапель к эсминцу.
Там уже вовсю шла подготовка к спуску корабля на воду, руководил ей инженер Ивашов, помогал ему, боцман Седых, для этого задействовал экипаж эсминца. Рабочие верфи убирали всё лишнее около корабля, что можно передвигая в сторону к стенке стапеля, чтобы не мешало.
Понимая, что Ивашов и Седых более опытные в таких делах - как спуск на воду корабля, я старался им не мешать, наблюдая за этим процессом со стороны.
Хоть мероприятие спуска было запланировано на одиннадцать часов, уже к девяти около меня находились два компаньона деда – Невинский и Волоцкий, самого деда и барона Винка, пока тоже не было. Дед кстати вместе с бароном появился к десяти часам, потом стали прибывать и гости, которых позвали на это мероприятие.
К гостям я отношу свою семью, которая прибыла в полном составе папа́ и мама́, младший брат Владимир, сёстры Ольга и Ксения. Следом за ними в стапеле появился и друг деда граф Юрьев, в этот раз, приехавший не в форме, а в гражданском костюме, подходящим для этого случая.
Все вновь прибывшие внимательно рассматривали громаду неподвижного пока эсминца, конечно же, это был не самый крупный из виденных ими. Все уже видели вновь построенный эскадренный броненосец «Павел Великий» - один из сильнейших броненосцев нашего времени. Читал я о нём в справочниках, этот корабль разрабатывался как «монитор-крейсер», имел: фактическое водоизмещение более 10500 тонн, хотя должен был иметь до 10000 тонн; в длину имел 104 метра, ширину более 19 метров, осадку более 8 метров, развивал скорость всего лишь 12 узлов; экипажсостоял из 440 человек; вооружён 4 морскими корабельными орудиями 305-мм и шестью 87-мм пушками. Напоминал мне наш аналог эскадренного броненосца «Пётр Великий», даже название, практически то же. По мне, так это просто выкидывание денег на ветер. Лучше бы построили семи тысячник, хорошо вооружённый и с хорошей скоростью, больше пользы было бы.
Но что-то я отвлёкся. К тому же подошло время спуска эсминца на воду, на борту его остался только экипаж, а в качестве старшего - опытного Волоцкого, как ни как капитан 1-го ранга, хоть и бывший.
Тут меня удивил дед, оказывается, и тут проводили ритуал спуска на воду корабля, соблюдая те же традиции. Право разбить бутылку вина о борт эсминца, дед предоставил моей мама́.