Страница 27 из 53
Но и я на флоте в своей жизни до пенсии, не один десяток лет провёл. Изогнув бровь, я с удивлением посмотрел на лейтенанта, сказав:
- Впервые вижу молодого морского офицера, которому нравятся молодые девушки с весом более ста пятидесяти килограмм.
Несколько секунд тому потребовалось, чтобы осмыслить, что я ему сказал. Стоящие в стороне матросы, просто размазались по металлу каземата, прикинувшись ветошью, при этом, едва сдерживая рвущийся на волю смех.
Наконец лицо лейтенанта опять приняло улыбающееся выражение, и он сумел проговорить, - я понял ваш юмор барон, а если серьёзно, то, что вам не нравится в этом орудии?
- Виктор Христианович, - ответил я ему, - вы же прекрасно знаете возможности этого орудия, что тут может нравится? Вес более 30 тонн, поворачивают её не менее трёх человек. Частота стрельбы как минимум минута, и то если цель неподвижна. А если подвижна, да к тому же быстроходна, какова частота стрельбы?
- Думаю, в две минуты уложимся, - сообщил тот, - но если попадём … .
Он не закончил свою мысль, как я с ним согласился, - если попали то да, сразу на дно. Но сколько времени необходимо, к примеру, для попадания на расстоянии одной мили?
На что лейтенант только тяжело вздохнул, затрудняясь ответить.
- Я бы руки оторвал тому, кто придумал всунуть сюда это орудие, - продолжил я, - вот только представьте, что у вас в носовой части стоит по бортам два орудия 152-мм. того же Обуховского завода, с той же длиной ствола 28 калибра, что и расположенная у вас в кормовой части на палубе полуюта. Представили? Что бы они могли натворить своими выстрелами, скорострельность которых, значительно выше этого орудия, да и вес носовой части бы уменьшился как минимум на пятнадцать тонн, да и расстояние, на которое стреляют подальше.
- Да тут я с вами согласен, - со вздохом ответил лейтенант Иениш.
В то же время инженер Ивашов, что-то стал судорожно записывать в свою рабочую тетрадь, при этом задал мне вопрос, - где бы вы Сергей Сергеевич их расположили в носовой части?
- Я бы установил их на вынесенные спонсоны, которые расположил бы, на уровне примерно первой мачты, тут более точно надо считать.
Инженер только кивнул головой, продолжая что-то судорожно записывать в свою тетрадь. По всей видимости, хочет предоставить свой проект военного корабля, что ж, флаг ему в руки, пусть старается, идей я ему могу много накидать, может, что у него и получиться.
- А ещё что можете предложить? – тут же задал мне вопрос, уже Иениш.
- Ещё один фанат от артиллерии нарисовался, - подумалось мне, ну что ж можно и ещё идей подкинуть, - я бы посоветовал бы подумать над казематами и спонсонами. Сделать их более, как бы сказать угловатыми что ли.
- Зачем? – почти одновременно сказали и Иениш и Ивашов.
- А вы нарисуйте на отдельном листе спонсон, с орудием, хоть приблизительно, - сказал я Ивашову.
Тот это сделал достаточно быстро и протянул листок с карандашом мне.
Взяв его, я чуть ниже, нарисовал контуры двух кораблей и протянул листок с карандашом уже лейтенанту Иенишу.
- Вот вам листок, вы же артиллерист? – сказал я ему, - тогда дорисуйте траекторию полёта снаряда от одного корабля к другому, хотя бы примерно.
Тот взял листок и быстро изобразил примерную траекторию полёта снаряда, хотел отдать листок назад мне, но я указал на Ивашова.
- Сергей Сергеевич, - попросил я, - сделайте на своём рисунке со спонсоном, как снаряд будет входить в него, хотя бы приблизительный угол, если такой есть. Инженер тут же изобразил попадание в спонсон снаряда.
- А вот представьте, что в месте, куда попал снаряд, будет стоять броневой лист под наклоном, - продолжил я, - представили? А теперь вы, Сергей Сергеевич, на обратной стороне листа нарисуйте в разрезе, как будет снаряд проходить броню, и потом, то же самое, если наклон этого же листа будет примерно 75-80 градусов.
Смотря, как инженер всё быстро рисунком изображает на листе, добавил, - вот и у вас получается, что тому же снаряду при попадании в то же самое место, придётся преодолевать намного большее расстояния, не так ли?
- Получается, что так, - согласился со мной Ивашов.
- Весьма интересно и поучительно, используете вы свои знания барон, - глядя на листок, добавил лейтенант Иениш, - хотелось бы пообщаться мне с вами и на тему морской артиллерии, да мы здесь не на долго, к сожалению.
- Ничего страшного Виктор Христианович, - заметил я, - пообщаемся зимой, когда будет время.
Заметив удивлённый взгляд того, добавил, - я буду отрабатывать свой долг перед империей, на Руссийском флоте, и как мне кажется, именно в составе Балтийском флота.
- Так может быть к нам, - предложил Иениш, - у нас вакансия на место артиллерийского офицера.
- Нет, - покачал я головой, - я намерен проходить службу в составе миноносной флотилии … .
- Да, зачем, барон, - тут же прервал меня лейтенант Иениш, - это же совсем несерьёзные корабли, хоть и считаются военными, но они же даже не забронированы совсем.
- Надеюсь начать службу на флагмане одного из миноносных отрядов, - спокойно ответил я Иенишу.
- До сих пор не знал, что у этих отрядов есть флагманы, - заметил мне тот.
- Пока нет, но скоро, вначале нового года будут, - ответил я.
На том мы и расстались со старшим артиллерийским офицером канонерской лодки лейтенантом Иениш Виктором Христиановичем.
На выходе с канонерской лодки мичмана, барона Ферзена, вахтенного начальника лодки мы не обнаружили и беспрепятственно сошли с неё.
Глава 12
- Ну, вы Сергей Сергеевич, рисковали, высказывая такое лейтенанту Иенишу, - сказал мне инженер Ивашов, когда мы отошли от канонерской лодки «Окунь», - не любят такие высказывания флотские офицеры, особенно в сторону своих кораблей.
- Но, тем не менее, сами-то они не очень хорошо отзываются о тех же миноносках, сами ж видели, - ответил я инженеру, - пусть сами постепенно привыкают к тому, что и у них корабли не совершенные.
- Сергей Сергеевич, хотел вас спросить, - проговорил Ивашов, - вы и правда думаете, что наклонные листы способны увеличить надёжность казематов и спонсонов?
- Отчасти, на настоящий момент, то да, - ответил я Ивашову, - почему именно так, а не по другому? Отвечу. У нас ещё не очень развита промышленность, чтобы делать несколько по другому, более практичному варианту.
- И что же это за вариант? – тут же уточнил любопытный Ивашов.
- Вариант есть, но пока о нём говорить рано, - ответил я Ивашову, - чтобы он преждевременно, не ушёл к нашим, пока более развитым в промышленном отношении врагам.
На том мы с Ивашовым распрощались у него на контроле, к тому же была и очередная миноноска, на которую он и поспешил.
Я же сев в свой фаэтон, поехал назад в особняк деда, мне ещё там работы на вечер хватит.
Последующие два с половиной дня я проработал ударными темпами, совместно с чертёжниками приближая к концу техническую документацию на миноносец, а так же чертежи на него.
Могу только добавить, что к тому времени я стал более уверенно стрелять из Маузера и револьвера, практиковаться в стрельбе из револьвера я не прекратил.
В следующую мою поездку на верфь, как и было оговорено ранее, прошли ходовые испытания яхты. На это событие собрались не только дед, но и все три его компаньона барон Винк, Невинский, Волоцкий, а так же подъехал и граф Юрьев, присутствовали на яхте и все инженеры верфи.
Всех собравшихся порадовала хорошая маневренность яхты, она уверенно набирала ход, экипаж, что на ней находился смог разогнать её до скорости 12,7 узлов, что для этого времени считалось очень приличной.